Сунь Укун — Царь обезьян - У Чэнъэнь

Богослужение состоялось в тринадцатый год Чжэньгуань, в третий день девятого месяца в храме Перевоплощений.

Как только окончился утренний прием во дворце, император сошел с трона, покинул дворец, сел в карету, украшенную изображениями фениксов и драконов, и в сопровождении целой свиты гражданских и военных сановников направился прямо в храм.

При его появлении смолкла музыка. После того как император и сопровождавшие его сановники с благовонными свечами в руках совершили поклонение перед золотым изваянием Будды и статуями архатов, Сюаньцзан собрал всех монахов для воздания почестей императору. Затем монахи разделились на группы и начали богослужение. Оно продолжалось и на следующий день, но говорить мы об этом пока не будем, а расскажем о богине Гуаньинь.

Вы уже знаете, что богиня по повелению Будды давно искала добродетельного человека, который мог бы отправиться за священными книгами и привезти их в Китай. И вот сейчас богиня как раз пожаловала из-за Южного моря в Чанъань, захватив драгоценности, которые дал ей сам Будда, и отправилась продавать их на рынок в сопровождении своего ученика Хуэйаня.

Вы, может быть, спросите, что это были за драгоценности? Парчовая ряса и монашеский посох с девятью кольцами. Были у нее три золотых обруча для обуздания непокорных, но их богиня на всякий случай оставила у себя.

В это время по улицам бродил один невежественный монах, который, узрев богиню в бедном монашеском одеянии, босую, с непокрытой головой, подошел и грубо крикнул, указывая на сверкающую рясу:

– Эй ты, поганый монах! Сколько просишь за свою рясу?

– За рясу пять тысяч лянов, за посох две тысячи.

– Спятил ты, что ли? Да кто купит эти негодные вещи за такую цену? Убирайтесь-ка лучше отсюда!

Гуаньинь спорить не стала, и отправились они с Хуэйанем дальше. Шли долго и у ворот Дунхуамынь повстречали сановника Сяо Юя, возвращавшегося с высочайшего приема.

– Сколько просите вы за рясу и посох? – спросил сановник.

– Пять тысяч лянов за рясу и две тысячи за посох, – отвечала богиня.

– Соответствуют ли их достоинства столь высокой цене? – поинтересовался сановник.

– Для одних соответствуют, для других нет, – молвила богиня. – Благородного, добродетельного, почитающего Будду и его заповеди ряса спасет от воды, от яда, от адских мучений, от хищных зверей. Коли сыщется такой, я отдам ему рясу без денег. Если же нечестивец, поносящий имя Будды и нарушающий его заповеди, пожелает купить эту рясу, я возьму с него пять тысяч лянов, но он раскается, что купил ее, ибо ряса эта принесет ему только несчастье.

– О почтеннейший! Есть такой человек, о котором вы говорите. По высочайшему указу он проводит сейчас богослужение в храме Перевоплощений. Пойдемте же туда, и вы доложите обо всем императору.

Богиня согласилась и вместе с Хуэйанем последовала за Сяо Юем. Сяо Юй привел монахов к императору и обратился к нему с такими словами:

– Этих монахов я повстречал за воротами Дунхуамынь, они продавали там рясу и посох. Я сразу понял, что они вполне годятся для нашего верховного священнослужителя Сюаньцзана, потому и осмелился привести монахов прямо сюда.

Богиня рассказала, какой волшебной силой обладают оба ее сокровища, и император, возрадовавшись, решил тотчас же их купить. Но богиня отдала рясу и посох и сразу же удалилась, не взяв и ляна.

Император встревожился: уж не обидел ли он чем-нибудь бедных монахов, и велел их тотчас вернуть.

Но богиня и ее ученик склонились перед императором и почтительно молвили:

– Если человек, о котором вы говорили, и в самом деле добродетельный, мы с радостью подарим ему эти вещи, а денег нам никаких не нужно.

Сказав так, они повернулись и пошли прочь.

В полночь император велел сановнику Вэй Чжэну пригласить Сюаньцзана и, когда тот предстал перед ним, молвил:

– Сегодня мне представился счастливый случай отблагодарить вас за труды. Хочу поднести вам парчовую рясу и посох с девятью кольцами.

Выслушав императора, Сюаньцзан склонился в благодарственном поклоне.

– Наденьте же рясу, я посмотрю, идет ли она вам, – сказал император.

Сюаньцзан взял рясу, легонько встряхнул и надел, затем взял посох и стал перед троном. Выглядел он поистине величественно и привел в восторг всех гражданских и военных сановников. Император тоже остался очень доволен. Он выделил свиту, которая должна была сопровождать Сюаньцзана по улицам города до самого храма.

Торжественная процессия привлекла к себе внимание проезжих купцов и местных торговцев, городской знати, ученых и писателей, стариков и юношей.

В толпе то и дело слышалось:

– Благородный священнослужитель! Архат, сошедший с Небес! Живой бодисатва!

Когда процессия достигла храма, все монахи вышли встретить Сюаньцзана и затрепетали, увидев его в новом облачении.

Время летело быстро, и вскоре наступил день последнего торжественного богослужения, седьмой день седьмой седмицы, то есть сорок девятый день. Сюаньцзан приготовился к заключительной проповеди и пригласил императора пожаловать на богослужение. Ранним утром Тайцзун вместе с императрицей, в сопровождении огромной свиты из гражданских и военных сановников, отбыл в храм. К храму также устремились все жители города, стар и млад, благородный и простолюдин.

Войдя в храм, они увидели истинное великолепие, достойное великой империи и великой династии. Но это великолепие меркло перед сиянием рясы, в которую облачился Сюаньцзан. Торжественно и громко звучала музыка, славя великого Будду. Но вот музыка стихла, и раздался голос Сюаньцзана, стоявшего на возвышении. Он прочитал Сутру о спасении усопших и упокоении душ, об умиротворении государства и наконец изложил вкратце учение Будды о пользе самоусовершенствования. Тут Гуаньинь приблизилась к возвышению, ударила по нему рукой и крикнула:

– Почему же ты, монах, говоришь только об учении Малой колесницы, а ни словом не обмолвился об учении Большой колесницы? Ведь с помощью учения Малой колесницы нельзя спасти души усопших.

Услышав это, император спросил:

– А где же проповедуют учение Большой колесницы?

– Его проповедуют в Индии, в храме Раскатов грома, там, где обитает Будда Татагата, – отвечала Гуаньинь. – С помощью этого учения можно избавиться от всяческих невзгод и предотвратить всевозможные бедствия.

– А вы знаете это учение? – снова спросил император.

– Да, знаю, – отвечала богиня.

– Тогда пусть наш наставник попросит вас подняться на возвышение и изложить это учение нам, – молвил император.

Но в этот момент все увидели, как богиня вместе со своим учеником Хуэйанем поднялась на возвышение, а оттуда вознеслась в облака, держа священную вазу с веткой ивы, и предстала народу во всем своем блеске и славе. По левую сторону от нее стоял ее ученик с посохом в руке. Пораженный величием этой картины, император пал ниц, вслед за ним, возжигая благовония, склонились все гражданские и военные сановники, а также монахи, монахини, миряне, чиновники, ремесленники и торговцы, восторженно восклицая: «О прекрасная, о чудесная богиня!»