Тьма древнего леса - Александра Христова

Что ж ты делаешь, мальчик?! Довести себя до беды хочешь? Кто тебя закрываться учил?

Руки твоему учителю оторвать надо. Вместе с дурной головой!

Но что-то в парне было не то. Что-то знакомое Тени, но ускользающее от внимания самого жреца…

«Приглядись», – шепнула… Нет, не Тень – сам Эилиан впервые за много лет почтил вниманием своего жреца. Арициан в шоке замер, пытаясь не слишком сильно выдавать свое изумление, а немертвый бог тем временем продолжал: «Посмотри еще раз на ауру. У него нет блоков на эмоциях. Смотри внимательнее…»

Эльф пригляделся – и понял, о чем говорил его владыка. У парнишки был полностью снесен блок на радость! И теперь юноша больше походил на жизнерадостного дурачка, чем на достойного представителя эльфийского рода. Надо бы восстановить, а то не дело это – позорить эльфийскую расу недостойным поведением.

Тем временем парень пришел в себя и принялся пятиться от Арициана, бормоча что-то о вампирах и охоте на них. Это что, новое развлечение молодежи? Странное какое-то. Но наверняка не страшнее гонок на ш'шэври по ночному Лесу в новолуние.

Эй! Куда этот паршивец собрался? Неужто опять полезет в окно?!

От этой мысли Тень взвыла от ярости и выплеснула неконтролируемую волну силы – Арициан с трудом смог удержать ее, чтобы не разрушить весь дворец и не уничтожить ниш-ар-алэ. В противном случае князь бы его по головке не погладил. Выслал бы в лучшем случае из Леса и не посмотрел, что провинившийся когда-то был, а в некоторых вопросах и до сих пор является его наставником, а по совместительству еще и верховным жрецом одного из богов.

– Стоять! – из последних сил рыкнул он… И окончательно вышедшая из-под контроля Тень моментально восприняла это как разрешение, сначала сбив потоком силы парня с ног, а следом приморозив его к полу. Юноша заорал, и Арициан, мгновенно сообразив, в чем дело, поспешил оттянуть часть силы обратно, от души стегнув ею, как плеткой, распоясавшуюся Тень. Та обиженно заворчала, но отступила, позволив жрецу вести беседу. Всего на мгновение, правда.

– А теперь поговорим серьезно. Ты кто такой? – рыкнул эльф, ведя отчаянную борьбу с Тенью, возжелавшей снова почувствовать эмоции парня, а потому решившей его хорошенько напугать.

Тень удалось отогнать, но напоследок она все-таки сумела до полусмерти перепугать парня (кажется, он сказал, что его зовут Раалэс), создав огромную ледяную сферу. Арициан начал спешно впитывать в себя лишнюю силу, ибо создание таких сфер по пустякам было… чревато. «Кажется, мне сегодня поспать не суждено», – рассеянно подумал он, чувствуя, как мощная волна энергии буквально вытряхивает его из сонливого состояния. Жрец знал, что после подобного он не сможет заснуть как минимум дней пять – слишком много силы получил. Тень же только довольно хихикала.

«Гадина, – с нежностью подумал Арициан о своей Тени. – Ревнивая гадина». Та же в ответ только обиженно заворчала.

Проклятый парень! Ну что тебе не сиделось на ветвях и дальше? Нет, тебя понесло именно в комнату жреца. И при этом ты не закрылся! Бестолочь необученная!

Стоит ли упоминать, что Арициан был зол? Последний раз он так срывался лет семьсот назад, когда искал убийцу своей правнучки. А такое состояние для жрецов Мертвого солнца, скажем так, имеет последствия.

– Может, отпустишь? – Раалэс тем временем выразительно скосился на примерзшие к полу ладони, при этом болезненно поморщившись. Старый эльф чуть нахмурился и рывком стянул силу с пола. Слишком резко…

– Ай, чтоб тебя! – Парень принялся отчаянно ругаться, тряся обмороженными руками. Арициан с интересом прислушался, разом позабыв всю свою злость: не то чтобы его раньше не пытались оскорблять, но уж больно интересно и необычно выражался измененный. Некоторые обороты определенно стоило запомнить.

Эльф с одобрением отметил, что словарный запас у парня довольно богатый. Для посиделок жрецов, конечно, еще не годится, но вот для мелких разборок на уровне государства по принципу «князь эмира оскорбил, а тот ему ответил» вполне! Закончив упражняться в сквернословии, молодой человек, держа руки в стороны и пачкая пол отливающей синим цветом и просто невероятно привлекающей Тень кровью, целеустремленно направился к окну, явно намереваясь покинуть комнату таким же образом, каким попал в нее. И даже сломанные ветви, по которым нужно было карабкаться, его не смущали.

«Не пускай его!» – закричала Тень… И впервые за очень долгое время эльф был с ней согласен. Если сейчас позволить измененному уйти, не сделав ничего, чтобы восстановить ему блоки разума, то в скором времени в Лесу появится абсолютно сумасшедший и практически непобедимый убийца – у парня уже начал разрушаться рассудок. Незаметно, но достаточно для того, чтобы это мог увидеть темный жрец. Слишком близко, слишком опасно…

Нет, не то чтобы Арициану было жалко этого парня – просто не хотелось пачкать руки. Конечно, с тем количеством трупов, какое уже есть на его совести, еще одно тело роли не сыграет, но если можно избежать ненужного кровопролития, то почему бы этого не сделать?

– Да стой же ты! – перехватил Раалэса уже возле окна эльф. Нахмурился, глядя на ободранные ладони, на которых уже появилась тоненькая пленочка заживляющих заклинаний, и стегнул хлыстом силы по узлам регенерации в ауре измененного. Миг – и парень изумленно глядит на абсолютно здоровую руку, а Арициан снова использует силу, заставляя зажить раны и на второй руке.

– С-с-спасибо… – ошарашенно пробормотал Раалэс, машинально сдувая с глаз выбившиеся из прически пряди.

– Не за что, – хмыкнул жрец, опускаясь в кресло. Он ведь действительно ничего не делал… Пока что.

Арициан угощал заметно расслабившегося и с комфортом устроившегося в большом кресле парня собственноручно испеченным вчера утром печеньем, заботливо подливая ему в кружку отвар сонных трав, способный усыпить даже устойчивую к чарам нежить. Сам эльф мог выпить хоть несколько литров этого напитка без того, чтобы почувствовать даже малейшую сонливость. Но парень уже после второй кружки начал клевать носом и отчаянно тереть глаза в тщетных попытках перебороть сон.

«Спи, спи, засыпай», – тихонько мурлыкала Тень при виде упорно не поддающегося сну Раалэса, тем не менее не рискуя снова проявить себя без разрешения – недавний урок был достаточно жестким, чтобы его хватило надолго.

Наконец сонные травы сделали свое дело: из расслабленных рук выскользнула кружка, а сам парень, душераздирающе зевнув, погрузился в короткий (Арициан специально рассчитал порцию отвара так, чтобы парень спал примерно два сеада), но глубокий сон.

В тот же момент жрец встал и, скользнув к замотавшемуся в крылья, словно в кокон, измененному, положил руки ему на виски.

«Смотри», – раздался на краю сознания знакомый шепот, и Арициан вздрогнул от неожиданности. Да кто же этот парень такой, что из-за него Эилиан уже дважды проявлял себя сегодня?! Впрочем, если вспомнить узор благословения, то становится понятна такая опека со стороны бога. Вот только причина подобного внимания так и осталась тайной темных вод.