Дочь магистра Пламенных Чаш - Эльвира Вашкевич

– Территория наша и добыча наша, но мы можем и миром решить. Отдайте нам девку, а парень ваш будет, – гном указал на Голафа. – По-доброму предлагаю, Давпер, иначе крови будет, – в доказательство он прижал лезвие ножа к боку перепуганного арбалетчика. Люди Бугета плотнее обступили часть команды «Нага», перекрывавших проход к докам и товарным дворам.

– Я лайт делаю – береги глаза! – отступая от Голафа, прошептала Астра.

Рейнджер не успел возразить. Ослепительная вспышка рванула где-то высоко над головой Давпера. Рванула так, что тени на земле стали аспидно-черные, а мул, ожидавший у начала соседнего квартала, истерически заржал и понес. Воры, вооруженные пращами, метнули разом камни в людей окружавших Хивса. Другие с воплем бросились на ватагу Мораса. Арбалетчик, целивший в рейнджера, вздрогнул и стрельнул с перепуга, снаряд ушел в окно на втором этаже, где мелькнули чьи-то полные ужаса глаза.

– Бежим! – в то же мгновенье решил Голаф.

Перехватив меч, он бросился навстречу опешившему Кириму, возле которого звенели сошедшиеся клинки Варгиевой банды и ослепленных частью пиратов.

– Вы ума лишились! – заорал Морас, взмахивая костяной тростью. – Кирим! Григор! Остановите своих людей! Мэги держите!

– Гринх свой лучше держи! – повернувшись вполоборота, Астра стряхнула рвущуюся с ладоней злость, и молния стремительной голубой змеей прошла по ряду бойцов Пери. Трое, сотрясаясь в конвульсиях, рухнули наземь. Капитан Морас взвыл, сыпля искрами, словно алхимическое чудо из лопнувшей колбы.

– Поторопись! – крикнул Голаф Астре, отражая атаку Геншеба и пустив его ловкой подсечкой на булыжники мостовой. Теперь между ним и поворотом к улочке, длившейся до товарных дворов, оставался только синеносый гном, озверело размахивающий топором и рычащий сочным архаэсским матом. В два прыжка рейнджер оказался за спиной Кирима, развернулся и изящным тычком всадил острие меча в гномью ягодицу.

– Френх бора каро! – Кирим вытаращил терновые глазища, роняя топор и хватаясь отчаянно за предательски раненый зад.

Астра была уже рядом с Голафом. Протянув ладони, призвала фаерболл– огромный сгусток пламени разорвался с грохотом, обжигая, отбрасывая назад ринувшихся было вдогонку бандитов.

– Скорее! – поторопил Брис, хватая ее за руку.

Они вдвоем побежали изо всех сил по улочке вниз, свернули за первый же угол. Топот погони и выкрики, перченные моряцкой бранью, опускались от стен старой крепости. С другой стороны тоже послышались голоса, треск опрокинутых кем-то ящиков, – рейнджер догадался, что им наперерез движется другая часть головорезов Хивса или толпа воров. Он толкнул ближнюю дверь, открывая вход в крошечный сарайчик, заваленный доверху досками, какой-то рухлядью, и нырнул туда, поманив за собой мэги.

Для двоих здесь едва было место, Голаф почти лег на втиснутый наклонно стол. Астра, кое-как закрыв дверцу, застыла в нелепой позе, стоя на осколках кирпичей и опираясь на выступ стены.

– Сюда, пожалуйста, госпожа Пэй, – он привстал и повалил ее на себя. – И тихо!

Недалеко слышались голоса пиратов, ругань, топот сапог и деревянных башмаков. Сквозь широкие щели двери было видно, как несколько преследователей свернули в переулок и ворвались в подворотню дома напротив. Визгливо залаял пес.

– Неудобно мне так, – Астра почувствовала, что начинает сползать на пол с их узкого перекошенного ложа.

– Упрись ногами в дверь, я тебя буду держать, – касаясь губами ее плеча, прошептал рейнджер, опустился и усадил ее на себя верхом.

– Сукин сын! – юбка ее задралась, и мэги вздрогнула от прикосновения его ладони к бедру. – Что ты делаешь?!

– Успокаиваю тебя. Тише, пожалуйста, твои дружки рядом рыщут. Вот, пожалуйста, – он прижал ее крепче и поцеловал в шею.

– Голаф! – Астра едва не вскрикнула, ощутив сквозь тонкую ткань его твердеющую плоть, – отбросив ее волосы, рейнджер повернул тихонько голову мэги и закрыл ее рот своими губами. В темных глазах Астры, словно распустились золотистые лепестки и жаркий гневный огонь. Тут же она почувствовала, как его пальцы, лаская бедро, поднялись недопустимо высоко и стали влажными.

– Там еще проверь! – раздалось с улицы. – Не могли же они в воздухе раствориться.

– Кто знает, что от колдовки ждать, – ответил рослый пират, подходя к сарайчику.

Не в силах бороться с рейнджером, Астра выгнулась, стиснув зубы и ожесточенно упираясь ногами в дверь. Здоровяк в бандане, потянул ту же дверь на себя, потом попробовал открыть вовнутрь и объявил ожидавшему боцману:

– Закрыто тут. Заколочено насмерть. Григор, говорю тебе, они могли только к рынку драпать. И пойдем отсюда – уже эти уроды на нас нехорошо глядят, – он осклабился в сторону жителей, выглядывавших из окон соседних домов. Снова визгливо залаяла собака.

– Убери лапы, питхнутый франкиец! – выдохнула Астра, едва моряки отошли на десяток шагов. – Я закричу сейчас и плевать, что потом будет!

– С ума сошла! – рейнджер зажал ей рот, и она, будто бы с удовольствием впилась в его ладонь зубами. Он лишь сопел, слушая боль и стихавшие за углом шаги.

Еще несколько минут они лежали, не шевелясь, потом Астра порывисто встала и приоткрыла дверь. На улице не было никого, только в самом конце мальчишки возились возле колодца.

– Какая же ты сволочь, Брис, – процедила мэги, выходя из сарая. – Я еще поверила в твое благородство! Ночевала с тобой в одной комнате! Чего ты добивался?! Чуть не изнасиловал меня!

– Что вы, досточтимая! Это все вам с перепугу померещилось, – он вышел следом, одергивая плащ. – Братцы Пери ужас навели, ну а я как бы пытался отвлечь вас игрой в любовь.

– Игрой в любовь?! Да ты… Ты знаешь, что я… – Астра глубоко вдохнула, жар снова потек по рукам, кольнул ладони. – Я – мэги! Я ненавижу тебя! Вот все! Теперь ненавижу! Сволочь! И ты сволочь! – она вытянула подрагивающий палец в сторону краснолицего толстяка, смотревшего весело из окна. Со второго этажа послышался хохот.

– Потише, госпожа Пэй, – рейнджер примирительно улыбнулся, вспоминая сотворенное с гномом-торговцем вчера. Еще ему подумалось, что она в полоумной ярости может выкинуть нечто похуже шутки с коротышкой, и тогда придется успеть сбить ее с ног. – Не все так плохо. – Голаф подошел ближе, внимательно следя за ее руками. – Кроме того, люди Хивса вряд ли ушли далеко.

– Плевать мне на них! Я сама разделаюсь с Давпером! А ты теперь – как знаешь!.. – она повернулась резко и направилась к видневшемуся невдалеке саду Сафо.

– Астра, постой! – крикнул Голаф. – Астра! Ну, виноват я!

Не оглядываясь, она пошла быстрее.

Злость на Бриса потихоньку стихала, оставалась где-то у обшарпанных фасадов домов ремесленников. В какой-то момент Астра даже хотела вернуться и проследить за франкийцем на случай, если он столкнется с бандой Давпера, но передумала. Дойдя до ажурной ограды, окружавшей танцевальную школу и персиковый сад, она огляделась. Пиратов или людей Бугета не было заметно поблизости. На лавочке в тени дикого винограда сидели девушки в пышных разноцветных платьях, с рынка возвращалась вереница носильщиков с корзинами и холщовыми свертками, мимо проехало несколько всадников, принадлежавших, похоже, к отряду рыцарей Крона Славного, стены Ордена которого, украшенные длинными герольдами, виднелись у начала Архаэсской дороги. Постояв еще несколько минут, Астра решила идти к Варольду – вряд ли псы Хивса станут караулить ее там, и даже если они встретятся, то это, скорее, станет их бедой.