Время меча - Юрий Нестеренко

Элина села, осторожно потрогала затылок и поморщилась.

— Если вы позволите, я предложу вам одну мазь, — сказал Эйрих.

— Очень эффективную. Ее можно втирать прямо сквозь волосы. Потом, конечно, надо будет вымыть голову…

— Она такая же вонючая, как то, что вы совали мне под нос? — улыбнулась Элина.

— Нет, поменьше, — серьезно ответил Эйрих.

— Ладно, давайте, — решилась Элина, поднимаясь на ноги. — Надеюсь, что не распугаю весь постоялый двор.

Когда процедура была закончена (у мази действительно оказался довольно сильный, но не сказать чтобы неприятный запах), Элина и Эйрих вышли на улицу, оставив труп в подворотне. Из некоторых окон падал свет, и графине удалось лучше разглядеть своего спасителя. Эйриху было, как минимум, за сорок, а то и за пятьдесят. Глубокий шрам на лбу и перебитый нос наводили на мысль, что по крайней мере некоторые из этих лет выдались достаточно бурными. В его фигуре угадывалась немалая физическая сила, его осанка была прямой, а походка — необычно плавной, практически неслышной; Элина подумала, что этот человек был либо армейским разведчиком, либо охотником в диких землях.

— Я хочу дать вам совет, — сказал он.

Элина уже не сомневалась, что к советам такого человека стоит прислушаться.

— Но прежде я хотел бы спросить, как далеко вы направляетесь.

— Достаточно далеко, — неопределенно ответила графиня, понимая, что полностью доверять незнакомцу, даже и спасшему ее, все же преждевременно.

— На восток? Можете не отвечать — если бы вы ехали из Тарвилона в другом направлении, как бы оказались здесь? Так вот, если вы едете прочь от западной цивилизации, вам тем более следует прислушаться к моему совету. Если, конечно, вы не хотите специально привлекать к себе внимание и нарываться на неприятности.

— Что вы имеете в виду?

— Отныне вам следует перевоплотиться в мужчину. В юношу, если быть точнее.

— Ну уж нет! — возмущенно воскликнула Элина. — Если всякие самоуверенные самцы убеждены, что только их пол чего-то стоит, то я не намерена лезть из кожи вон, дабы поддержать их в этом заблуждении и не уязвить их самолюбие!

— Вполне могу вас понять. Вы считаете, что маскироваться унизительно. Но это говорят чувства, а здравый смысл говорит иное. Не нужно дразнить гусей. Вы еще не покинули по-настоящему Запад, а уже влипли в историю. Надеюсь, вы понимаете, что было бы с вами, если бы я не подоспел?

Элину передернуло от этой мысли. Пожалуй, только сейчас она осознала размер опасности, которой избежала.

— Дальше, на востоке, будет еще хуже, — продолжал Эйрих. — Здесь девушка с мечом — всего лишь нарушение традиций, там это могут воспринять как святотатство. Там есть культуры, в которых женщина вообще не имеет свободы — до замужества она считается собственностью родителей, потом ее, как рабыню, покупает у них муж, и она становится его собственностью. Пусть даже местные обычаи не в полной мере распространяются на чужеземцев, все равно вы не сможете появиться на улице с открытым лицом и тем паче при оружии. Наш мир таков, что женщины почти всюду считаются существами второго сорта, чье единственное предназначение — рожать детей и ублажать мужчин; причем во многих странах такое положение закреплено законодательно. Но даже там, где речь не о законах, а лишь о традициях, вам придется постоянно доказывать свои права, плюс к тому подвергаясь опасности со стороны всяких похотливых ублюдков. Вам это надо? Это поможет цели вашего путешествия?

Элина помолчала.

— Вы правы, — сказала она наконец. — Как бы ни было противно играть по мужским правилам…

— Вот и хорошо. Вам надо слегка изменить прическу — хоть вы и не носите длинные волосы, ваш нынешний фасон скорее женский, чем мужской. Ну и, естественно, называться впредь мужским именем и следить за своей речью. Имя, кстати, это отдельный вопрос. Как по-вашему, кого у вас больше — врагов или друзей?

— Друзей, конечно, — не задумываясь, ответила Элина. — У меня нет врагов. Случаи вроде сегодняшнего не в счет, я имею в виду — постоянных.

— Я тоже о них. Хорошо, допустим, вам ничего не известно о личных врагах. Поставим вопрос по-другому: есть ли у вас семейные враги? И есть ли те, кто хочет помешать вашей миссии?

— Что вы знаете о моей миссии? — быстро спросила Элина. Она еще полагала, что эта информация остается в тайне. Впрочем, до восточных областей Пралецкого княжества слухи действительно не дошли, во всяком случае, пока.

— Ничего, потому и спрашиваю, — спокойно ответил Эйрих.

— Ответ — «да» на оба вопроса, — признала графиня. — Я не знаю всех подробностей биографии отца, он не слишком любит об этом рассказывать… но он мог нажить немало врагов. Не так давно я даже встречалась с одним из них, правда, как раз этот вряд ли для меня опасен. В конце концов, я спасла ему жизнь.

— Уж это мне рыцарское благородство, — с неодобрительной насмешкой произнес Эйрих.

— По-вашему, я должна была позволить его убить только потому, что его покойный отец когда-то пытался убить моего?

— Нет — при условии, что он столь же благороден, как и вы, а в этом никогда нельзя быть уверенным.

Элина возмущенно пожала плечами и продолжила:

— Что касается цели моего путешествия, то, конечно, есть те, кто хотел бы мне помешать, иначе не возникло бы нужды в самом путешествии. Но они не здесь… они далеко на востоке.

— Кто может гарантировать, что у них нет своих людей на западе?

— Никто, — признала Элина. В самом деле, если Артен стал жертвой заговора, его нити могли вести куда угодно.

— Таким образом, с вашей стороны было бы неразумно продолжать путешествовать под вашей фамилией, — резюмировал Эйрих. — Вы потеряете возможность щеголять своим графским титулом, но не сегоднязавтра вы все равно покинете земли, где западные титулы имеют значение. С другой стороны, вам следует выбрать псевдоним так, чтобы ваши друзья, если они захотят вам помочь, сумели вас отыскать. Есть ли у вас какое-нибудь прозвище, известное только вашим друзьям?

— Н-нет. Я всегда терпеть не могла прозвища — кроме, понятно, героических, которые дают за подвиги, — последняя оговорка натолкнула Элину на мысль: — Вот разве что на последнем турнире мне уже пришлось притворяться мужчиной, и я выступала под именем Эрвард. Но я уже раскаялась, что взяла такое громкое имя — победа досталась не мне…

— Эрвард — вполне нормальное имя. Так звали легендарного героя, но так зовут и многих обычных людей. Я знавал одного бакалейщика по имени Эрвард. (Элина явно не пришла в восторг от такого сравнения. ) Жаль, конечно, что это имя знают не только друзья… ну да ничего не поделаешь. Осталось выбрать фамилию.

— Эльбертин, — назвалась Элина по имени своего отца.

— Ну что ж, с днем рождения, Эрвард Эльбертин. С этой минуты вы должны пользоваться только этим именем и говорить о себе только в мужском роде. Даже когда считаете, что посторонние вас не слышат.