Осторожно, ведьма! - Ольга Пашнина

Я уставилась на протянутую руку. Если вцеплюсь в нее ногтями и оторву пару пальцев, народ будет в шоке, или им тоже полегчает?

— Я не думала, что ты… так скажешь всем, — с легкой улыбкой произнесла я.

Лучезар немного стушевался, но в руки взял себя быстро. Ожидал скандала, наверное. Нет уж, я ударю с другой стороны. Даже примерно знаю направление.

— Знаю. — Я поразилась его актерской игре. — Я подумал, что чем раньше все узнают, тем быстрее закончатся косые взгляды и перешептывания.

— Да, конечно. — Я опустила глаза, чтобы никто не понял, какие на самом деле я испытываю эмоции.

— Десерт! — громко объявил Дарен.

* * *

Я со странной смесью злости и страха смотрела на то, как Лучезар собирается укладываться спать: расправляет постель, переодевается в домашние брюки, пренебрегая рубашкой, умывается и делает несколько упражнений для шеи.

Я же и не подумала начать готовиться ко сну.

— Любовь моя, ложись спать. Или, если хочешь, можем заняться чем-нибудь другим… Например, я могу показать тебе, что творит с людьми этот ритуал.

— Размечтался, — фыркнула я. — Зачем ты устроил этот маскарад с женитьбой? Мы оба знаем, что я за тебя добровольно замуж не пойду.

— Мы оба знаем две вещи: я могу тебя заставить сделать все, чего мне хочется, и твоя жизнь в моих руках.

— Твоя в моих.

— Нет, милая. — Лучезар расплылся в улыбке. — С этого дня мы — жених и невеста, а значит… ты в моей власти. Мое положение выше, или ты сомневаешься? Думаешь, слово деревенской девки, которой не на что купить пожрать, чего-то стоит? Я могу потребовать тест, Василиса. И тебя отправят на костер. А что бы ты ни сказала, это будет расценено лишь как клевета на будущего мужа. Тем более что я официально вернулся в Инквизицию. Ну что, будем дальше спорить? Ляжешь спать или разденешься?

Я закрыла глаза и досчитала до десяти, чтобы паника не захлестнула меня полностью. Потом медленно развернулась и вышла из комнаты. Как и ожидалось, Лучезар бросился за мной.

Мощная силовая волна отбросила его назад в комнату. Не заботясь о том, увидят меня или нет, я выскочила под дождь и побежала к пляжу, надеясь скрыться среди скал и камней, чтобы спокойно все обдумать.

Где-то вдалеке гремел гром, ледяные струи дождя хлестали по щекам, я поскальзывалась на песке, лишь краем сознания думая, как бы не свалиться со скалы. Я поняла, что нужно сворачивать, почти сразу же: отвесная скала виднелась со всех сторон вполне отчетливо, и на ней я не останусь незамеченной. Резко, будто налетев на невидимое препятствие, я остановилась.

На краю скалы стояла девушка. Длинное белое платье развевалось на ветру, мокрые черные волосы были длинными и роскошными, фигурка — точеной. Она была босой и как-то странно раскачивалась.

— Госпожа, — неуверенно обратилась я к женщине. — С вами все в порядке?

Девушка не двигалась и никак не реагировала на мои слова.

— Госпожа?

Я почти вплотную подошла к незнакомке и тронула ее за плечо…

Жуткий оскал лица… нет, гниющей, злобной морды явила незнакомка, со спины казавшаяся ангельским созданием. Из ее груди вырвался утробный рык, а потом, не успела я оправиться от шока, девушка бросилась с обрыва.

Я подбежала почти к самому краю, силясь разглядеть то, что должно было остаться от человека после падения с такой высоты, но видела лишь море, бьющееся о камни, да отблески луны, сияющей в небе.

Сильный, лишающий дыхания удар сшиб меня наземь, я задохнулась и едва успела закрыть голову, чтобы не удариться. От страха, накатывавшего волнами, я забыла и о своей силе, и о навыках, приобретенных за время учебы. Я боролась, как обычная девушка: царапалась, пиналась и кусалась.

— А ну! — раздался над моим ухом вопль. — Успокойся! Я сказал, немедленно!

Я замерла, узнав голос Лучезара.

Он развернул меня к себе лицом и крепко обнял.

— Дурная девка, — срывающимся шепотом сообщил колдун. — Чего ты так истеришь?

— Пусти! — не понимая, за что меня поймали, рявкнула я.

— Ага, конечно! Пусти тебя, ты опять к морю направишься. Нет уж, сиди здесь. — Лучезар оттащил меня вниз, на самый пляж.

Я все всматривалась в воду, пытаясь понять, куда делось тело той женщины.

— Глупая, маленькая, наивная дурная девка! — разорялся Лучезар. — Перспектива спать со мной хуже смерти?! Что, так страшно выйти замуж за такого, как я?!

— Что? — Я моргнула, абсолютно не понимая, что происходит.

— Я люблю тебя, — уже мягче сказал Лучезар. — Я веду себя не так, как нужно, но я тебя люблю и не позволю сделать такую глупость. Ты не понимаешь, зачем я это делаю. Зачем ты борешься, глупая, я ведь могу дать тебе все!

— Ты псих! Какую глупость? Сбежать от тебя и сходить к морю?

Он укутал меня в плед, который, очевидно, захватил из дома.

— Не прикидывайся. У края скалы не стоят, чтобы проветриться.

— Ты видел ее?! — встрепенулась я.

— Кого?

— Девушку! Она стояла на краю, а потом упала вниз.

Он немного обеспокоенно улыбнулся.

— Нет, я видел лишь тебя. Сначала — как ты бежала, а потом — как остановилась и начала медленно приближаться к краю. Я думал, что не успею…

Лучезар неожиданно крепко меня обнял и уткнулся носом в волосы. Я слышала, как быстро бьется его сердце, как тяжелое дыхание вырывается из груди.

— Кто ты такой? — тихо спросила я. — Почему ты делаешь и говоришь такие страшные вещи и одновременно бываешь таким? Что с тобой происходит, что сводит тебя с ума?

— Если бы я знал. Поверь, я бы многое отдал, чтобы… чтобы понять, кто я на самом деле. Чтобы избавиться от всего этого, чтобы жить, как все: в семье, с любимой женщиной. Я не знаю, почему мучаю тебя.

Он говорил искренне, я видела это. Точнее… чувствовала. В его словах было что-то, что не позволяло мне отстраниться и сбежать. Может, это во мне говорил ритуал, проведенный Лучезаром, а может, действительно в Лучезаре было что-то, что притягивало.

— Василиса, — спустя минуту тихо сказал Лучезар.

Мне почудилась некая неуверенность в его голосе.

— Да?

— Шанс.

— Что? — я нахмурилась.

— Дай мне шанс, пожалуйста. Мы ведь сможем попробовать, правда?

— Попробовать что?

Порыв ветра заглушил его ответ, но по глазам колдуна я все поняла. Смертельно захотелось его поцеловать — в этом отчаянном желании я узнала колдовство. Я верила, что наколдованные чувства от настоящих отличаются. Умом понимала, что все это ерунда, но мне нестерпимо хотелось думать, будто есть что-то за пределами власти магии. Магии, которую я ненавидела и любила одновременно. Магии, которая была моим другом и врагом, жизнью и — я не раз об этом думала — мучительной смертью на костре.