Резервация - Алексей Калугин

– Слушай меня внимательно. – Стинов подошел к девушке и, глядя на нее сверху вниз, говорил быстро и уверенно. – Я оставлю тебя здесь. До конца рабочего дня сюда вряд ли кто зайдет, но на всякий случай ты спрячешься в шкафу. Я вернусь за тобой, как только представится такая возможность. Думаю, что это произойдет не позднее чем через час. Сколько бы ни пришлось тебе ждать, будешь сидеть тихо и смирно. Не вздумай уснуть. Все ясно?

Девушка посмотрела на него исподлобья.

– А что потом? Как ты собираешься вывести меня из сектора?

– А вот потом и узнаешь.

Стинов достал из кармана ключ и открыл свой шкафчик. Задвинув в дальний угол ботинки, он подумал и бросил на пол пояс, который снял с пленницы. Вряд ли она настолько умело владела мачете, чтобы он в ее руках представлял какую-то серьезную опасность. Ну, а если она настолько глупа, что надумает взорваться вместе с собственным динамитом, что ж, значит, того она и заслуживает.

– Забирайся, – приказал Стинов.

Прежде чем войти в шкаф, девушка пристально посмотрела Игорю в глаза.

– Все равно я тебе не верю, – покачала она головой.

– Меня это нисколько не волнует, – криво усмехнулся Стинов.

– Серьезно?

Стинов молча кивнул.

Девушка вошла в шкаф и села на пол, поджав колени.

– Держи, – Стинов кинул ей начатую упаковку эфимера.

Впервые во взгляде девушки мелькнуло что-то похожее на благодарность. Она вытряхнула на ладонь две пастилки и обе кинула в рот.

– Удобно устроилась? – спросил Стинов.

– Закрывай, – махнула рукой девушка.

Прежде чем закрыть дверцу, Стинов счел нужным сказать:

– Замок в шкафчике ненадежный. Но не вздумай убежать. Если, вернувшись, я не найду тебя на месте, то не стану искать, а просто натравлю на тебя охранников. И не думай, что, связавшись с тобой, я и себя подставил под удар. Для себя у меня оправдание готово.

– Не сомневаюсь, – ядовито усмехнулась девушка.

Стинов с треском захлопнул дверцу и повернул ключ в замке.

Сделав глубокий вдох, он ненадолго задержал дыхание, а затем медленно выпустил воздух сквозь чуть приоткрытые губы. Ему хотелось присесть, а еще бы лучше прилечь на диван, расслабиться, отдохнуть. Но времени у него было в обрез. Если остальных иксайтов уже схватили, то вот-вот должен был пропищать зуммер вызова на записной книжке, возвещающий об окончании облавы.

Стинов постучал в дверцу шкафа.

– Это все еще я, – сказал он. – Сколько человек было с тобой?

– Я тебе ничего не скажу, – приглушенно прозвучал ответ из-за закрытой двери.

– Дура! – Стинов, не сдержавшись, саданул кулаком по двери. – Я не собираюсь идти с докладом в службу безопасности! Мне надо точно знать, когда будет снято оцепление вокруг сектора!.. Ну?..

Ответ последовал после непродолжительного молчания:

– Семь.

– Вот так-то, – сам себе тихо сказал Стинов. – И нечего строить из себя героиню. – И громко, чтобы было слышно в шкафу, добавил: – Все, я ухожу.

Он одернул на себе форменную куртку и поправил очки-хамелеоны, которые купил на свои деньги – почти все помощники управляющего, за исключением редкостных скряг, пренебрегали обычными темными очками, выдававшимися бесплатно, в виде дополнения к рабочей одежде, – и, подхватив с дивана шокер, направился к выходу.

Осторожно выглянув за дверь, Стинов убедился, что на улице по-прежнему все спокойно.

Вернувшись на свой пост, он еще раз проверил, надежно ли закреплена вентиляционная решетка.

Прогуливаясь вдоль кромки поля в ожидании отбоя, он снова мысленно прошелся шаг за шагом по всей цепочке своего плана, чтобы лишний раз убедиться, что слабых мест в нем не было.

Примерно через полчаса пропищал зуммер вызова, и бегущая строка на табло записной книжки сообщила, что операция закончена и всем, принимавшим в ней участие, следует явиться в кабинет главного управляющего.

Стинов дождался Джана и вместе с ним подъехал к конторе на электромобиле.

Когда все были в сборе, управляющий Эриксон сообщил, что операция успешно завершена. Трое злоумышленников задержаны на тринадцатой плантации, двое – на десятой и еще один – на двадцать четвертой. Из такого широкого разброса следует, что иксайты двигались к цели по разным направлениям, но представители службы безопасности уверены, что после проведенной ими газовой атаки террористов в воздуховодах не осталось. По крайней мере живых. В заключение Эриксон от имени руководства отдела поблагодарил всех работников плантации за добросовестное выполнение своего долга.

– Будем считать, что на этот раз нам повезло, – сказал кто-то из помощников. – Денежные премии за иксайтов получат другие, зато им же предстоит и объясняться с «безопаской».

Эриксон собрал электрошокеры и снова запер их в шкафу, после чего как бы между прочим заметил, что до конца рабочего дня осталось еще три часа. Поняв намек, помощники потянулись к выходу.

– Много платят за пойманных иксайтов? – спросил Стинов у Джана.

– Месячный оклад, – ответил тот и усмехнулся. – На мой взгляд, это слишком незначительная компенсация за потерю нервных клеток, возникающую в результате общения со следователями из «безопаски». Эй, да что с тобой?

Джана наконец-то обратил внимание на то, что его напарник болезненно скривился и держится ладонью за щеку.

– Зуб, – не разжимая губ, промычал Стинов. – Опять прихватило.

– В дежурке есть аптечка. Возьми обезболивающее.

– Без толку, – безнадежно махнул рукой Стинов. – С утра глотаю. На полчаса отпускает, а потом снова.

Для убедительности Стинов сдавленно застонал.

Джана сочувственно покачал головой.

– К врачу надо, – сказал он.

– Да ладно… – Стинов обреченно вздохнул. – Как-нибудь…

– Что значит «ладно»! Ты что, мазохист?

– Да ведь работа… – изображая нерешительность, произнес Стинов.

– Я и без тебя управлюсь, – решительно заявил Джана. – Подбрось меня до участка, а потом бери машину и дуй к врачу. Успеешь вернуться к вечерней проверке.