Ее зовут Тень - Ксения Чайкова

Кто это там такой умный? Обернувшись, я увидела роскошную карету с герцогским гербом, запряженную парой подобранных в масть лошадок. Из окна, посверкивая на солнце серебряной серьгой по альмовской моде, высовывался молодой щеголь, давший последний совет. С козел солидарно со своим господином бранился рыжеволосый кучер в форменной ливрее и шляпе цилиндром. На запятках стоял мрачный голубоглазый хран с парными клинками за плечами.

Я сделала рукой неопределенный, но весьма драматичный жест, который был с готовностью воспринят как извинение за неуклюжесть возницы и приглашение приблизиться и продолжить так внезапно начавшее завязываться знакомство.

— Как ваше имя, прекрасная незнакомка? — мягко поинтересовался герцог, дав своему кучеру знак подъехать к моему экипажу поближе. К этому времени мой возница успокоился и взял себя в руки настолько, что смог внятно и спокойно дать лошади команду трогаться с места. Два экипажа покатились бок о бок.

— Назвав его, я уже не буду для вас незнакомкой, — с лукавой улыбкой отозвалась я, кокетливо обмахиваясь веером и подчиняясь недавно вернувшейся моде на абсурдные разговоры, во время которых внимание собеседников обращалось главным образом не на смысл фраз, а на интонации, с которыми они были произнесены. Хран на запятках слегка приподнял брови, явно распознав во мне коллегу (все мы каким-то непостижимым чутьем чувствуем друг друга, несмотря на обстановку, наряды или поведение), но вмешиваться в начавшую завязываться светскую беседу и не подумал — хозяину его я явно не угрожала и вообще вела себя очень мирно. Так почему бы не позволить подопечному такое маленькое развлечение?!

— Но не перестанете быть прекрасной, — галантно отозвался герцог, окидывая меня внимательным взглядом. Я спокойно выдержала его — платье, хоть и не сверхмодное, все же стоило очень и очень немало, а кружева, сплетенные монахинями одного из отдаленных горных монастырей, и вовсе можно было смело назвать безбожно дорогими. — Так как же вас зовут, обворожительная миледи, едва не загубленная неумехой кучером?

— Лайтэния, — отозвалась я, ляпнув первое пришедшее на ум женское имя.

— Очаровательно! Какое дивное сочетание звуков! В нем слышится тихий звон весенней капели, срывающейся с покатых крыш замка: Лай-тэ-ни-я… не правда ли?

— Да вы поэт, — кокетливо взмахнула веером я, в душе проклиная любезного аристократа — вот же приперло ему прицепиться к незнакомой девушке! Сам настырный благороднорожденный, судя по гербу на дверцах и крыше кареты, носил славное имя герцогов Бельдерских, древнего, богатого рода, на протяжении нескольких столетий верно служащего правящей королевской династии и связанного с ней довольно тесными кровными узами. Насколько я помню, сейчас этот род может похвастаться только одним наследником мужского пола такого возраста — где-то между двадцатью и тридцатью годами. Вернее, есть еще один, но он живет где-то в Йанаре. А этого, кажется, зовут Райтомор. А может, Райтмер…

— Как и все высокородные, — не стал отпираться и скромничать герцог. — А позволено ли мне будет узнать ваш титул, очаровательнейшая Лайтэния?

— Почему бы вам самому не представиться, таинственный незнакомец? А то как-то неловко получается, вы обо мне уже что-то знаете, а ваши титулы и звания покрыты для меня мраком неизвестности…

— Райтмир, герцог Бельдерский, — честно признался аристократ.

— Ах! — игриво пропела я, как бы в смущении дотрагиваясь уголком веера до щеки. — Прошу простить мою неучтивость, герцог, при встрече со столь благороднорожденным мне полагалось бы встать!

Я бросила веер, придержала платье у колен и оперлась одонью о сиденье, демонстрируя явную готовность тут же вскочить, но галантный Райтмир мигом остудил мой учтивый порыв:

— Ну что вы, прекрасная Лайтэния! Даже не думайте выражать почтение столь опасным для жизни способом — вставать во весь рост в едущей открытой карете в высшей степени неразумно и рискованно! Тем более что дороги в нашей славной Каленаре не отличаются особенным качеством и гладкостью.

Рука герцога высунулась из окошка по плечо и, как бы стараясь удержать меня от безрассудной попытки вскочить на ноги, накрыла мою ладонь, лежащую на дверце кареты. Да-а, на колечки и перстенечки Райтмир явно не поскупился — только за очаровательную печатку со среднего патьца можно купить небольшой домик вроде моего.

— Ах, насколько вы правы! Сразу видно умного и образованного человека, — вздохнула я, не убирая руки и прикидывая, как бы половчее избавиться от докучливого ухажера. Вовсе не обязательно ему знать, куда я держу путь и в каком качестве буду выступать. Впрочем, герцог своей настырностью сам помог мне избавиться от сомнительного счастья лицезреть его лучезарную особу:

— Не покажется ли обворожительной Лайтэнии некоторой назойливостью повторение моего вопроса о ее титулах?

Я мигом поняла, что следует ответить, и, скромно потупив глаза, смущенным полушепотом призналась:

— Прошу простить мое незнатное происхождение, милорд герцог, я дочь главы купеческой гильдии и титулов не имею…

— О, — пытаясь скрыть разочарование и некоторую брезгливость, многозначительно выдал Райтмир, отводя взгляд и тут же убирая руку. Благороднорожденному не пристало любезничать с какой-то мещанкой, пусть и дочерью самого главы гильдии. Торговка торговкой и останется, как ни ряди ее в пышные одежды.

— Прошу меня простить. — жалобно повторила я, на мгновение сверкнув слезинками в уголках глаз.

— Что вы, Лайтэния, вашей вины здесь нет, — равнодушно отозвался герцог, слегка кривя губы и рассматривая меня в упор, как редкую экзотическую зверушку. Я отметила, как упала моя оценка — теперь я была уже не прекрасной и обворожительной, а просто Лайтэнией, без всяких лестных добавлений и уточнений. Хорошо, хоть тыкать не начал. Впрочем, похоже, некоторую часть своего очарования в глазах герцога я все-таки не растеряла.

— Не желаете ли встретиться со мной сегодня вечером? — предложил он, видимо вполне удовлетворившись осмотром. — Где-нибудь в городе, скажем в «Винной реке» или «Влюбленной мухе». Вам случалось бывать в подобных заведениях? Там есть прелестные маленькие кабинетики для приватных бесед и ужинов наедине.

— Прошу простить меня, герцог, я честная девушка! — гордо выпрямилась я, резким движением захлопнув веер и алея румянцем на щеках.

— Жаль, — с сожалением уронил Райтмир и крикнул своему кучеру: — Быстрее, увалень! Нам нужно успеть к графине до трех часов!

Тот понятливо кивнул и щелкнул бичом. Лошадки из герцогских конюшен всегда славились быстротой и резвостью — они рванули так, словно за ними гнались хищные демоны. Хран, пролетая мимо, успел шепнуть:

— Удачи, сестра.

— Удачи, брат, — так же тихо и торопливо отозвалась я, махнув ему рукой. Потом откинулась на спинку сиденья и проводила вельможную карету задумчивым взглядом. В мире подлунном не бывает бессмысленных случайностей. Что боги хотели мне сказать этой встречей? Уж не предупреждение ли это?