Инкарцерон - Кэтрин Фишер

Книжник взглянул на нее:

— Думаешь, у них было точно такое же устройство?

— Именно! — Не в силах усидеть на месте от волнения, она вскочила, спугнув дрозда. — Учитель, вы ведь сами сказали, что это не просто ключ. Может быть, его можно использовать как средство связи!

— С Инкарцероном?

— С Узниками.

— Клаудия…

— Подумайте сами! Если пройти туда невозможно, то каким образом можно наблюдать за экспериментом? Только подслушивать, что там происходит.

Джаред кивнул, уронив на глаза прядь волос.

— Да, вполне возможно.

— Вот только… — Она нахмурилась. — Они говорили как-то… неправильно.

— Клаудия, нужно уметь четко формулировать свои мысли. В каком смысле — «неправильно»?

Верное слово, когда оно нашлось, удивило ее саму:

— В их голосах чувствовался страх.

— Действительно, — подумав, сказал Джаред. — Пожалуй, ты права.

— Но чего им бояться? Откуда взяться страху в идеальном мире?

— Ну, наверное, это могла быть постановка, — с сомнением сказал он. — Трансляция какой-то пьесы, например.

— Но если у них есть такие вещи… театр, кино — значит, им должно быть известно, что такое опасность, риск, ужас. Возможно ли это для тех, кто живет в идеальном мире? Да и сможет ли кто-нибудь из его обитателей придумать подобный сюжет?

Джаред улыбнулся.

— Тут можно поспорить, Клаудия. Мир, в котором живешь ты, кто-то тоже назвал бы идеальным, однако тебе все эти понятия знакомы.

Клаудия сдвинула брови.

— Ну ладно. Но меня вот еще что интересует. — Она постучала пальчиком по фигуре орла с распростертыми крыльями. — Он предназначен только для того, чтобы слушать? Или с его помощью мы сможем разговаривать с Узниками?

Наставник вздохнул.

— В любом случае, делать этого не стоит. Система Инкарцерона построена на строгом расчете и контроле за всеми ее составляющими. Стоит добавить один-единственный неучтенный параметр, открыть крохотную щелочку во Внешний Мир, и все может рухнуть. Мы не должны занести в Рай семена разрушения, Клаудия.

Девушка повернулась к нему.

— Да, но…

Она замерла. Позади Джареда, в прогале между зарослями стоял отец. Он смотрел прямо на нее. От ужаса сердце у Клаудии ушло в пятки, но уже через секунду на ее губах играла заученная любезная улыбка.

— Сэр!

Джаред словно закоченел. Он протянул было руку к все еще лежавшему на скамейке Ключу, но достать его, не сдвинувшись с места, не получалось.

— А я повсюду вас ищу, — негромко произнес Смотритель.

В черном бархатном плаще он выделялся на залитой солнцем лужайке пятном абсолютной пустоты. Джаред, бледный как полотно, поднял взгляд на Клаудию. Только бы отец не заметил Ключ!

— У меня новости для тебя, Клаудия, — со спокойной улыбкой обратился тот к ней. — Граф Стэна прибыл и жаждет увидеть свою нареченную.

Какой-то миг она смотрела на него холодным взором, потом медленно поднялась.

— Сейчас его занимает лорд Эвиан, но, боюсь, он только нагонит на него еще большую скуку. Разве ты не рада, моя дорогая?

Смотритель подошел, протягивая к ней руку. Девушка хотела шагнуть в сторону, чтобы он не увидел сверкающий кристалл, но не могла пошевелиться. Внезапно Джаред с тихим стоном подался вперед, едва не упав.

— Учитель? — Встревоженная Клаудия высвободила кисть из отцовской ладони. — Вам плохо?

— Я… Нет… — хрипло проговорил Джаред. — Просто секундная слабость. Волноваться не о чем.

Она помогла ему сесть прямо. Смотритель стоял над ними с озабоченным лицом.

— Боюсь, вы излишне утомляете себя в последнее время, Джаред, — сказал он. — Вам не стоит сидеть здесь, на солнце. И ваши ночные бдения над книгами и приборами…

Джаред, пошатываясь, встал.

— Вы правы. Спасибо, Клаудия, со мной уже в самом деле все в порядке.

— Думаю, вам нужно прилечь, — сказала она.

— Пожалуй, я так и сделаю. Вернусь к себе в башню. Прошу простить меня, сэр.

Нетвердо ступая, он шагнул вперед, прямо на Смотрителя. Клаудия испугалась, что отец не сдвинется с места, но тот, помедлив, все же пропустил Книжника, с холодной улыбкой произнеся:

— Я распоряжусь, чтобы ужин прислали вам в комнату.

Джаред в ответ лишь слабо кивнул.

Клаудия следила взглядом, как осторожно он продвигается между живых изгородей. Опустить глаза на скамейку она не осмеливалась, хотя и знала, что Ключа там уже нет.

— Примечательный человек наш Книжник, — сказал Смотритель, усаживаясь перед ней и скрещивая вытянутые ноги.

— Да, — рассеянно ответила она. — Как вы попали сюда, батюшка?

Он рассмеялся.

— Ах, Клаудия. Я сам спроектировал этот лабиринт еще до твоего рождения, и никто лучше меня не знает его секретов, даже твой премудрый Джаред. — Он повернулся, положив руку на спинку скамьи, и негромко добавил: — Кажется, ты посмела ослушаться меня, моя дорогая.

Она сглотнула:

— Ослушаться?

Отец с серьезным выражением лица кивнул. Их глаза встретились. Снова он вел с ней всю ту же игру, снова испытывал ее выдержку недомолвками. Клаудия вдруг почувствовала, что не может больше выносить этого. В гневе она выпрямилась во весь рост.

— Ну хорошо! Я проникла в кабинет! — Она смотрела прямо ему в лицо, пылая от ярости. — И ты это знаешь и знал с самого начала, так к чему притворяться?! Я хотела увидеть, что там, за дверью, но ты не позволял мне. Ты меня вообще ни к чему и близко не подпускаешь! Поэтому я вошла сама. Я сожалею о том, что сделала, слышишь? Теперь доволен?!

Смотритель пристально смотрел на дочь. Невозможно было понять, подействовали на него ее крики или нет. Саму Клаудию просто трясло. Копившиеся годами страх и злость выплескивались наружу. Из-за отца вся ее жизнь была насквозь пропитана фальшью, и то же было с Джаредом.

— Клаудия, прошу тебя! — Он поспешно вскинул руку. — Ну разумеется, я знал. Но я не сержусь. Напротив, я восхищен ловкостью, с которой ты все проделала. При дворе подобное качество будет весьма полезным.

Клаудия уставилась на него. Все-таки на мгновение ей удалось привести отца в замешательство. Пожалуй, он был всерьез обеспокоен. И он ни разу не упомянул Ключ.

Розовый куст заколыхался от налетевшего ветерка, насытив воздух приторным ароматом, словно тоже удивился такой несдержанности. Но уже следующие слова Смотритель произнес обычным своим язвительным тоном.

— Надеюсь, вы с Джаредом получили удовольствие от решения задачи. — Он поднялся. — Граф ждет тебя.