И маятник качнулся... - Вероника Иванова

— Решай сам. — Он надо мной издевается, это точно!

— Тогда позвольте узнать ваше имя.

— Дэриен. — Он чуть склонил голову набок, ожидая продолжения увлекательного разговора.

— Прошу прощения, dou Дэриен, но я вынужден вернуться к выполнению своих обязанностей. — Я шлёпнул мочалку в пустое ведро и направился к колодцу. Могу спорить, молодой человек хихикнул. Угораздило же нарваться на того, кто обожает вести себя примерно так же, как и я...

* * *

Четверти часа не прошло, как Борг увёл своего господина обедать. Меня, разумеется, он не позвал, а сам я счёл уж совсем непристойным сесть за общий стол, о чём и сообщил недоумевающему доктору, когда он выглянул из дверей в поисках вашего покорного слуги.

— Какая глупость! Немедленно марш обедать!

— Это вызовет неудобство... — попытался возразить я, но Гизариус взял меня за ворот фуфайки и потащил в кухню.

Борг был недоволен, узрев меня на другом конце стола, но промолчал, хотя его молчание было настолько красноречиво, что Дэриен усмехнулся:

— Тебе не нравится еда?

— Да, у меня пропал аппетит, — процедил сквозь зубы верзила.

— И почему же? — Молодой человек подпёр подбородок рукой, вдыхая аромат дымящейся похлёбки.

— С каких пор прислугу усаживают за один стол с господами?

— Ты тоже служишь мне, разве нет? — мягко напомнил Дэриен.

— Это другое дело, милорд! — с жаром возразил Борг. — Но приглашать за стол раба...

— Знаю, знаю, — отмахнулся молодой человек. — Раба, клеймёного и так далее и тому подобное... Тебе не надоело?

— Милорд, его присутствие оскорбляет вас...

— Почему? — искренне удивился Дэриен.

— Ну... Он...

— Он вполне разумный и воспитанный человек. Не думаю, что его манеры принимать пищу будут много хуже твоих.

— Милорд... — Борг чуть покраснел.

— Чтобы чавкать, как ты, нужно долго и упорно учиться. — Дэриен откровенно развлекался.

Я же сидел, изо всех сил сдерживая желание поучаствовать в пикировке. Любой разговор с этим парнем будет небезопасен для меня, и особенно — для моих секретов. Не скажу, что Дэриен «видит насквозь», но он слишком проницателен, чтобы вести с ним умные беседы. Нужно взять себя в руки, а точнее, надеть маску, целиком и полностью соответствующую моему теперешнему положению. Фрэлл, как это трудно — корчить из себя тупое и обозлённое чудовище, когда на самом деле я — безобиднейшее и несчастнейшее существо на свете! Хотя насчёт «обозлённого» — это правильно. Это мне близко и понятно... Я фыркнул прямо в миску, разбрызгивая похлёбку по столу и по собственной физиономии. Борг злорадно ухмыльнулся, но не стал комментировать мою оплошность — то ли не хотел снова вызвать неудовольствие своего господина, то ли просто устал пререкаться...

...Остервенело топя грязную посуду в потёртом тазике, ваш покорный слуга поинтересовался у Гизариуса:

— Кто этот молодой человек?

— А тебе-то какой интерес? — удивлённо уставился на меня доктор.

— Я же не в пустыне живу, — обиделся я, — и если уж вынужден делить с кем-то стол и кров, то хотел бы знать, с кем именно.

— Занятно, — усмехнулся Гизариус. — Первый раз встречаю такого любопытного раба.

— Не любопытного, а любознательного, — поправил я.

— Пусть так... Тебе будет достаточно того, что Дэриен происходит из древнего и знатного рода?

— Скудновато, — протянул я.

— Можно подумать, что молодых аристократов в наших землях как грибов после дождя!

— И всё же их слишком много, чтобы вы отговорились ничего не значащей фразой, — укоризненно заявил я.

— Ладно уж... Тебе будет легче, если я скажу, что Дэриен — брат того мальчишки, который наградил тебя клеймом?

— Вы хотите сказать, что он — принц? — Я присвистнул. — Вот ведь не везёт... И когда я смогу избавиться от этой назойливой семейки?

— Избавиться? — Доктор аж весь подобрался, как охотничья собака, взявшая след.

Я мысленно залепил себе пощёчину.

— Я неверно выразился... Не обращайте внимания.

— У тебя счёты с королевской семьёй? — продолжал допрос Гизариус.

— А вы не считаете клеймо достаточным поводом для мести? — Я сузил глаза, пугая доктора.

— Мести? — На него было страшно смотреть, так он побледнел, и я поспешил исправить положение:

— Вы ещё не поняли, что у меня проблема с выражением мыслей? Не принимайте всё, что я говорю, за чистую монету...

— Я не позволю тебе причинить вред Дэриену!

— Клянусь, что этому человеку я не намерен ни мстить, ни вредить каким бы то ни было способом, — очень серьёзно сказал я. — Что касается его брата... не поручусь.

Гизариус чуть успокоился, но следующий же мой вопрос снова заставил его напрячься:

— Что у него с глазами?

— Почему ты спрашиваешь?

— Из общей вредности. — Я показал доктору язык. — Вы будет выдавать мне информацию по кусочкам, или покончим с вопросами раз и навсегда?

— Обычное воспаление... — нехотя ответил Гизариус. — В народе его называют «кисеёй».

— Позвольте, но это вполне излечимая болезнь! — в свою очередь удивился я.

— Да, но в случае принца всё пошло иначе...

— Что именно?

— Воспаление не проходит, хотя я перепробовал уже все возможные лекарства.

— Почему же было не прибегнуть к магии?

— Использование чар по отношению к члену королевской семьи строго оговорено Кодексом...

— Только не говорите, что принца не таскали по чародеям! — съязвил я.

Гизариус скривился:

— Было дело... Но даже придворный маг, один из самых лучших заклинателей в Королевствах, заявил, что магией здесь и не пахнет.

— Почему же тогда лечение не даёт результатов? — нахмурился я.

— Не то чтобы не даёт... — неопределённо ответил доктор. — Временами мне кажется, что наступает улучшение, но спустя день-два «кисея» снова становится плотной.

— Странно, не находите?

— Куда уж страннее... Некоторые полагают, что это не магия, а проклятие.

— Ха, от заклятия до проклятия — всего один шаг, к тому же... — где-то в груди ледяными лапками прошелестело старое, но совсем не дряхлое воспоминание, — делать такое предположение — слишком большая ответственность.

— Да уж... — вздохнул доктор. — Никто и не делает, только шепчутся по углам...

— Проклятие родовое? — уточнил я.