Над самой клеткой льва - Александр Бушков

Вот теперь Орк улыбнулся давно знакомой улыбкой — хищной, умной.

— Верите вы или нет, лорд Сварог… — сказал он. — Но сейчас я об этих словах сожалею. Мы оба тогда были гораздо моложе. Можно сказать, в нас бурлила юность… С тех пор многое изменилось. Очень уж высоко вы взлетели, чтобы всерьез пытаться претворять в жизнь юношеские угрозы. Здесь нет ничего от трусости, не подумайте. Просто-напросто я за эти годы научился, как бы это назвать, разумной предусмотрительности. Если человек откажется выходить на каталаунского тигра с одним дамским кинжальчиком, никто ведь не посчитает его трусом, верно?

— Безусловно, — сказал Сварог.

— Ну вот, вы понимаете…

«Интересно, врет или нет? — подумал Сварог. — Быть может, и нет, умен он был всегда. Я ему сейчас попросту не по зубам, должен понимать…»

— Так вот, — сказал Орк. — Даже если бы я вас не убил, а просто серьезно ранил, нет никаких сомнений: сегурским королем мне удалось бы пробыть в лучшем случае неделю. Непременно всадил бы кинжал в спину кто-нибудь из ваших головорезов — вы собрали, должен признать, отличную команду… Иногда даже завидно. Если бы я знал с самого начала, что и вы будете участвовать, не полез бы в это дело… Вас удовлетворяет такое объяснение?

— Полностью, — сказал Сварог. — Ну, а что же за дело, заставившее вас нагрянуть ни свет ни заря?

Словно не слыша, Орк задумчиво продолжал:

— Конечно, те юношеские угрозы были сущей мелодрамой из комедии масок, но все равно, отношение к вам не изменилось. Как-то так получилось, что мне не осталось достойного места на Таларе, куда ни посмотри — всюду ваши короны и флаги. — У него вырвалось с неподдельным надрывом: — Черт побери, ну как это вам удалось?

Возможно, ему просто хотелось выговориться. Сварог серьезно сказал:

— Возможно, все дело в том, что меня почти каждый раз приглашали. Сами. И кое-что я сделал, дававшее основание для таких приглашений. Надеюсь, вы не усматриваете в этом похвальбы?

— Не усматриваю, — сказал Орк. — Простая констатация факта, я понимаю. И все равно, какая разница? Главное, теперь мне нечего делать на Таларе. А здесь, за облаками, я дохну от скуки, это место не для меня…

— Отправляйтесь на Сильвану, — усмехнулся Сварог. — Вот уж где непаханое полюшко для ваших интриг и каверз… Меня там в ближайшую пару сотен лет уж точно не будет.

— Кто вас знает…

Сварог демонстративно посмотрел на часы:

— У меня не так уж много времени. Мне вскоре лететь к Канцлеру, а он любит пунктуальность. Так что, давайте оставим эту лирику для более подходящего случая. Как я понял, вы пришли с каким-то серьезным делом… К начальнику серьезной конторы. Не будете ли так любезны…

Орк натянуто улыбнулся:

— Сложилась странная ситуация, лорд Сварог, прямо-таки парадоксальная. Я вас ненавижу, но, поразмыслив, почему-то именно к вам решил обратиться за помощью…

— За помощью? — небрежно повторил Сварог. — В жизни не помню, чтобы вы искали у кого-то помощи…

— А теперь вот пришлось, — сказал Орк без улыбки. — Дело в следующем. При весьма загадочных обстоятельствах ко мне в руки попал весьма загадочный предмет. Вот… — Он сунул руку в карман камзола и выложил на стол классический черный камень-компьютер тех же размеров, что у патриция, идеально отполированный, овальный, с выступавшим на одной стороне круглым бортиком с продолговатой луночкой внизу.

Сварог знал, что сохраняет на лице совершеннейшую невозмутимость — как-никак он давно уже не был королем-первогодком, научился владеть лицом и в нелегких словесных поединках с земными дипломатами, иным из которых пальца в рот не клади, и в беседах с Канцлером. И на допросах присутствовал не единожды. Так что опыт имелся. Орку совершенно ни к чему знать одну из тяжелых государственных тайн — что он со своим компьютером далеко не первый…

Поэтому он поднял брови и постарался прибавить в голосе самого естественного удивления:

— И что это за булыжник? Это и есть ваше серьезное дело?

Ручаться можно, Орк купился. Он воскликнул словно бы даже с негодованием:

— Это не булыжник! Это компьютер.

— Это? — показал Сварог пальцем с оттенком легкой брезгливости.

— Представьте себе, — прямо-таки огрызнулся Орк. — Оказывается, бывают и такие…

— В жизни не видел.

— Вы еще столько в этой жизни не видели… Говорю вам, это самый настоящий компьютер!

— Вообще-то всякое бывает, — примирительно сказал Сварог. — Иногда для спецопераций компьютерам придают самый необычный вид… Можно посмотреть? — он повертел камень в руках так, словно видел его впервые. — Интересное исполнение, ни за что не подумаешь… Покажите, как он включается.

— У вас не получится, — сказал Орк. — Так уж сложилось, что включать его и работать на нем могу только я.

— Интересно… — сказал Сварог с таким видом, словно впервые слышал о таких вещах. — Герцог, простите великодушно, но здесь явно присутствует логическая неувязка. Компьютер вам достался «при весьма загадочных обстоятельствах», но управляться с ним можете только вы…

— Так уж сложилось. Это отдельный разговор, и долгий.

— Ладно, отложим на потом, — сказал Сварог. — Время поджимает. Покажите тогда, что там есть… там ведь наверняка что-то есть, и вы пришли показать его, а не сам компьютер…

— Извольте. Только должен предупредить сразу: сам я туда ничего не вводил. Все, что там есть, уже там было…

— Показывайте.

Повторилось то, что Сварог уже наблюдал у патриция Кадората, — Орк положил подушечку большого пальца в луночку, зажмурился, пошевелил губами. Сварог обошел стол и встал за плечом Орка. На темной поверхности стола, меж его краешком и компьютером, появилась клавиатура из неяркого синего света. Над компьютером засветилась тускло-синяя полоса прямоугольного экрана.

Орк коснулся нескольких клавиш. Экран залило синим светом, ярче рамки загорелись черные буквы — стандартный компьютерный алфавит, принятый повсеместно. Крупными буквами: