Виттория - Екатерина Верхова

– Два-один, дорогая!

– Помоги мне вылезти, – попросила я, длинная юбка напиталась водой и была ну очень тяжелой…

– Чтоб ты опять меня перевернула? Ну уж нет, выбирайся сама, – ответил этот очень нехороший человек, выжимая свой пиджак.

– Калеб, у меня сегодня первая встреча с родителями…

– Вот все вы девушки такие, – вздохнул он, подавая мне руку.

– Я не виновата, что у тебя такой богатый опыт… – сообщила я, лязгая зубами и отходя в кусты.

– Эй, ты куда? – Калеб направился в мою сторону.

– Надо высушить платье и мне нужна твоя помощь…

– Сначала скинула меня, а потом помощь… – проворчал Калеб.

– А кто меня в воздух поднял?!

– Какая помощь?

– Я сперва платье сниму, – потом задумчиво посмотрела на мокрого и жалкого, как котенок мужчину, – нет, ты тоже раздевайся.

– Звучит многообещающе, но я больше не поведусь на твои женские штучки.

– Идиот, нам надо высушить одежду, или ты предлагаешь каждому объяснять, почему мы в таком виде? А родителям мне что сказать? Простите, но этот кретин решил меня искупать?

– Угомонись, – поморщился Калеб, – кажется, у тебя начинается истерика.

– В общем, я отправляю в стазис фаербол, а ты направляешь воздух так, чтоб он обогревался за счет огня, и направляешь в сторону одежды.

– Неплохая идея, давай попробуем, – он уже рубашку расстегивал. Оперативно, скажу я вам, видимо, сказывается большой опыт. А в моем дурацком тяжелом платье эти идиотские застежки располагались так, что как бы я ни извивалась, дотянуться до них не могла.

– Давай помогу, – предложил Калеб.

– Только слишком уж нагло не разглядывай.

– Да что я там не видел-то?

– Эй, у тебя что, температура? – поинтересовалась я, когда поняла, насколько у него горячие руки. – Ай, аккуратней там, не казенное.

– Это просто ты заледенела. Все, последний замочек, повесь платье вон туда, – он указал на какую-то корягу, тактично смотря в сторону.

Досталось сегодня моему платью… А осталась я лишь в корсете и чулках, замечательная из меня принцесса вышла, сперва полетала, потом поплавала в фонтане, а теперь обжимаюсь в каких-то кустах с первым бабником в королевстве. Об этом я и сообщила своему другу по несчастью, которое мы организовали друг другу.

– Ничего я не первый бабник. И вообще, я завязал, – оскорбился он, пока я заставляла свой фаербол зависнуть в воздухе. А Калеб совершил пассы рукой, после которых на нашу одежду направился сильный горячий воздух.

Ох, как же я замерзла… А платью-то придется дольше сохнуть, а если его начать выжимать – платье безнадежно испортится, да что уж там, оно что так, что так испортится. От прически не осталось и следа, и волосы мокрыми сосульками свисали на плечи, хорошенькая же я перед родителями предстану, надо срочно что-то придумать… Благо корсет и чулки из такого материала, которое сохнет практически мгновенно. В моем прошлом мире такого не было…

– От твоего клацанья зубами мурашки по коже!

– Сам виноват.

Он подошел и прощупал вещи, оказалось, что его уже высохли, после чего он протянул мне свой пиджак, объяснив это тем, чтоб я не скончалась от «д-д-д». Очень заботливо, не правда ли? На стволе дерева что-то блестело и переливалось зеленым. Оказалось, что это растение, по форме листья один в один, только поменьше раза в три. А вот цвет действительно был красивым и идеально сочетался с переливанием камней на моей маске и шелковым пышным платьем.

– Калеб, это растение не ядовитое?

– Нет, обычное декоративное растение, правда, иногда его используют, чтоб отгонять мух и комаров.

С прической решено. Я подняла волосы в высокий хвост, закрепив плющом, который оказался достаточно крепким, и начала заплетать пышную косу, вплетая туда переливающиеся листики. Получилось неплохо, казалось, что в прическу вплетены маленькие камушки. Калеб все это время смотрел, что и как я делаю, удержался даже от комментариев, посему пришлось спрашивать самостоятельно.

– Ну как?

– Нууу… очень оригинально. Твое платье высохло.

Когда мы вошли в зал, я выглядела очень даже прилично, горячим воздухом разгладила платье и вытащила из прически несколько прядей, которые сделали ее именно вечерней. Калебу повезло меньше, поэтому его волосы были в легком беспорядке, что придавало ему некий шарм.

К нам тотчас же подошел принц, старательно делая вид, что проходил мимо и решил остановиться поболтать.

– Вы где были? – прошептал Ники.

– Купались, – не задумываясь брякнула я.

– Что?!

– Это долгая история…

– Калеб, ты же не… – Никирол замялся, – ты понимаешь, что… в общем, не смей применять свои чары по обольщению к Витте.

– Не сметь? – ох, эти сощуренные глаза, кажется, кто-то обиделся.

– Именно, – твердо ответил принц.

– Ваше Высочество, почему все при дворе старательно обвиняют меня в связи с этим молодым человеком? Мне в конце концов неприятно. Может, он и совсем не в моем вкусе!

– Тори, ты это говоришь после всего, что между нами было? – Калеб театрально закатил глаза. – Вот и верь после этого женщинам.

– Остановись, вы меня достали своими полушутками, – рассердился Ники, – скоро бал закончится и… приведите себя в порядок!

– И чем это тебя мой внешний вид не устраивает? – уперла руки в боки моя персона.

– Витт, тебе-то самой будет комфортно предстать перед родителями в таком виде?

– Настоящие родители меня любую примут, независимо, во что и как я буду одета! А на всех остальных мне начхать, – кажется, моя истерика вновь начала набирать обороты, поэтому, чтоб не наговорить лишнего, я развернулась и пошла куда глаза глядят.

* * *

– Калеб, ты мой лучший друг… Но если у вас с ней что-то будет, я тебе не прощу…

– Я что, похож на дурака? – холодно ответил молодой человек. – Ей сейчас нужна поддержка, а твоя королевская задница не в состоянии найти с ней общий язык.

– В чем-то ты прав… Но она же колючая, как еж, такое ощущение, что я самолично отправил ее в эту долбаную ссылку!

– Ты просто вечно показываешь свое превосходство.

– А разве ты так не делаешь?

– Делаю, но я не ее брат, если ты забыл.

– Это-то меня и напрягает. Калеб, любая девушка, только не она! Забыл Зелениру? Она едва не покончила с собой, после того как ты ей объяснил, что серьезные отношения тебя не интересуют…

– Во-первых, Зеленира была истеричка каких мало, во-вторых, я ее и пальцем не тронул, в-третьих…