Захватчик - Ольга Герр

Засыпала я тяжело, хоть и клонило в сон. Боль в руке все никак не отпускала. Кожу на запястье жгло и дергало как при нарыве. Будто этого мало еще и голова раскалывалась. Я словно простуду подхватила: слабость, ломота в суставах, не удивлюсь, если температура подскочила. Метка атланта приживалась ужасно.

Всю ночь я промаялась то ли в дреме, то ли в бреду. Вроде просыпалась, но сил открыть глаза не было. Про то, чтобы поднять руку или позвать на помощь и заикаться нечего.

В моменты краткого пробуждения казалось, что лба и шеи касается что-то холодное и влажное, похожее на компресс. Это приносило облегчение, и я засыпала глубже.

Пришла в себя неожиданно. С меня точно сдернули покров дурного самочувствия, и я вдруг села в кровати. Озиралась минут пять, соображая, где я. Когда поняла, поморщилась. Все та же спальня, все тот же атлант. Нет, вру, атлант другой.

У стены, сложив руки на груди, стоял Феб и мрачно буравил меня взглядом.

— Очнулась, — произнес он так, точно не рад этому. Небось, уже и гробом запасся, а я так его разочаровала. Ну, прости, что выжила.

— Ты как будто удивлен.

Он пожал плечами. Шагнув к кровати, протянул руку.

— Дай взгляну.

Я сразу поняла, что речь о метке. Последнее, чего хотела – чтобы меня касался атлант. Один вон уже дотронулся, до сих пор в голове гудит, а во рту привкус кислятины. Ощущение словно я вернулась с дикой, необузданной вечеринки, где напилась в хлам, а потом полночи обнималась с унитазом.

Но отказать Фебу невозможно. Он, как и любой атлант, привык получать то, чего хочет. Не покажу сама, он вырвет руку, но на метку посмотрит. Так что я просто вытянула руку перед собой.

— Только, пожалуйста, не трогай, — попросила без особой надежды. — Все еще болит.

Феб на удивление внял моей просьбе и не пытался ко мне прикоснуться. Зато рассматривал метку минут пять, не меньше, а в конце недовольно цокнул языком и отвел взгляд.

— Это плохо? — его реакция меня насторожила.

— Раз перенесла внедрение, жить будешь, если это тебя волнует, — ответил атлант.

О да, еще как волнует! Смерть в мои ближайшие планы не входит. Но о чем он? Я могла не перенести внедрение? Вот так новость! Командор чуть не угробил меня и даже не соизволил проведать, прислав вместо себя шестерку.

— Сколько времени я была без сознания?

Я спрашивала о часах, но Феб неприятно удивил:

— Три дня. Но теперь ты в порядке.

Я поежилась. Теперь-то да, но ведь могла умереть. Не только мое мнение здесь ничего не значит. Атланты ни во что не ставят мою жизнь. Я для них пустое место. Что-то вроде резиновой куклы для удовлетворения сексуальных желаний. Если у человека портится такая, он просто пойдет и купит новую. Ему не придет в голову устраивать пышные похороны и оплакивать ее гибель.

Неприятно осознавать такое. Захотелось поддеть атланта в ответ. Но как это сделать, ничего о них не зная?

— Должно быть, обидно дарить женщинам неземное наслаждение, а самому довольствоваться обычным. Вам никогда не узнать, какова эйфория, — произнесла я первое, что пришло в голову.

— Ты ошибаешься, — Феб не выглядел уязвленным, — мы способны испытывать эйфорию. Но только с одной женщиной. С той, что станет для нас единственной.

У меня челюсть отвисла. Вот так новость. Чего еще я не знаю об атлантах? Да всего! Нас они изучили вдоль и поперек, а о себе рассказали какие-то крохи. Даже своих женщин к нам не пустили. Очень таинственные товарищи.

Мне стало не по себе. Уровень откровенности Феба наводил на нехорошие мысли. Вдруг я только что услышала секретную информацию? Означает ли это, что атланты не планируют меня отпускать? Ситуация как в дешевом фильме про мафию: хороший свидетель – мертвый свидетель.

— Зачем ты пришел? — проворчала я, потеряв желание общаться.

— Принес кое-что, — он кивнул на сверток на стуле. — Приведи себя в порядок и оденься. Через полтора часа выезжаем.

— Куда это? — крикнула я ему в спину, так как атлант повернул к двери.

— Узнаешь, — бросил он через плечо и вышел.

Вот так всегда с ними – ничего толком не объяснят.