Второй шанс. Книга 3 - Юлия Ляпина

– Я ничего не знаю, – завопил герцог и разразился самой грязной площадной бранью.

Писец послушно скрипел пером по бумаге, фиксируя все сказанное, а Дикран подливал масла в огонь:

– Вы ничего не знаете, но вы натравили собак на лошадь леди Аннелоры – значит, в вашем распоряжении была вещь с ее запахом. Где вы ее взяли?

– Не помню! – отпирался герцог. – Возможно, маркиза обронила платок или шарф…

Дикран посмотрел на меня, и мы вместе усмехнулись. Как профессиональный телохранитель, Ини ненавидела шарфы. Бесполезные кружевные кружочки ее тоже не волновали – все положенные ей как невесте короля платочки, принесенные камеристкой мигом расхватывали фрейлины, горничные и пажи.

Повернувшись к арестанту, лучший агент лорда Иана невозмутимо продолжил:

– Допустим, горничную, которая принесла вам личную вещь маркизы, мы не найдем. Скорей всего, ее тело давно спрятано в ближайшем к тракту болоте… – (Герцог ощутимо поморщился, очевидно, Дикран попал в точку.) – Но возникает второй вопрос, кому вы передали эту вещь? И кто поставил магическую привязь на кабана?

– Ничего не знаю! У нашей семьи нет магических способностей! – Вест вопил, потому что с каждым вопросом следователя палач начал прикладывать к его ноге железо.

Кожа краснела, покрывалась пузырями и лопалась, обнажая плоть. В тесном подвале и так отвратительно пахло, а теперь по полу потекли ручьи с запахом уборной.

– А если подумать? – Дикран вновь подал знак, и палач занялся второй ногой. – Насколько я помню, ваша уважаемая бабушка происходила из рода Имистов, сильных природных магов. Неужели вам не досталась капелька ее таланта?

– Нет, нет! – герцог корчился от боли. По его лицу стекали слезы, пот и юшка из сломанного палачом носа. – Это не я…у меня не хватило сил! – Вест задыхался от боли, он уже готов был сломаться и Дикран дал ему повод сделать это, кивнув палачу на клещи. Стоило служителю смерти взять в руки раскаленные металлические щипцы с вытянутыми губками, как высокомерный аристократ закричал: – Это лорд Свайнфорд!

– Очень хорошо, – Дикран позволил палачу отойти и поворошить кочергой угли в маленьком очаге. – Вы утверждаете, что лорд Свайнфорд наложил заклинание на кабана. Верно?

Вест попытался отрицать, но увидев перед лицом щипцы, сдался окончательно:

– Да! Да! Это он! – сжавшись и пытаясь прикрыть пах, бывший светский красавчик заскулил: – Он говорил, что это безопасно, что никто не узнает…

Я смотрел на Веста с отвращением, а вот Дикран – совершенно равнодушно. Теперь я видел, почему лорд Иан отпустил его ко мне так неохотно.

Не знаю, что случилось с моим другом в Северных землях, но это превратило его в идеальный инструмент: холодный, острый и равнодушный к материалу, который приходится резать.

– Какое это было заклинание? – Дикран продолжил допрос абсолютно равнодушным тоном, а я вышел, чтобы не мешать.

На широком дворе мне в лицо пахнуло свежим воздухом. Уже смеркалось. Дикран дожмет Веста и остальных заговорщиков, но успеем ли мы спасти Ини? А если она мертва? Где прячут ее тело? Почему не бросили его на поляне? Возможно, она еще жива?

Мне хотелось выть от безысходности и бессилия: я обещал ей любовь и защиту, но не сдержал своего слова!

Словно в ответ на мои стоны из кухни выскочил парень в просторной хламиде из фиолетового сукна:

– Ваше Величество, выпейте, прошу вас! – Он протянул мне горшок, наполненный теплым отваром.

Яд? Мне было все равно. Я выпил, и боль немного отступила, спряталась. Тогда я внимательно взглянул на парня, и тут же узнал его:

– Ты маг, как тебя… – Я замешкался, вспоминая.

– Нерсил, Ваше Величество, – подсказал парень. – Лорд Дикран узнал, что я маг, и велел помогать ему.

– Хорошо… – Язык почему-то отяжелел и слова давались с трудом. – Найди их, парень, найди тех, кто сделал это…

– Клянусь, Ваше Величество! – Глаза мага подозрительно блеснули, он шмыгнул носом: – Давайте я провожу вас в опочивальню. Отвар уже действует, вам надо поспать.

Я позволил проводить меня и впервые за последние дни провалился в черный сон без сновидений.

Или напиток, сваренный магом, успокоил растревоженное сознание, а, может, измученное тело было радо передышке, но спал я долго. Уже в сумерках открыв глаза, я оправил вчерашний камзол и вновь спустился в подвал. Дикран доложил, что виновных в поместье Вестов не осталось.

– Благодарю за работу, друг. – Я стиснул его плечо.

Камзол агента пропах дымом и горелой плотью, глаза покраснели, а выражение лица превратилось в маску. Мне не хотелось оставлять его одного разгребать бумаги, но еще прежде, чем я встал, мой стол оказался усыпан депешами из столицы.

Наполнив два кубка, я протянул один из них Дикрану:

– Закончишь здесь сам? Мне пора возвращаться в столицу. Еще неделя – и ко двору начнут съезжаться посольства, приглашенные на свадьбу.

– Закончу, – Дикран ни на миг не усомнился в моем праве свалить на него часть своих забот. – Соберу доказательства, зафиксирую показания. Вернусь в столицу – доложу.

Он усмехнулся и отпил вина, позволяя себе минуту отдыха перед очередным сражением. Я усмехнулся ему в ответ и выдал краткие указания:

– Всех участвующих – казнить, соучастников – в каменоломни. Я не желал вести преступников в столицу, там за них будут ходатайствовать родственники, попробуют отложить казнь, а здесь все сделают быстро.

– Понял, – Дикран отсалютовал мне кубком и вернулся к бумагам.

Простившись с ним кивком, я вышел во двор. Свита потянулась следом, держась от меня на расстоянии. Они, как хищные звери, чуяли мою рану, но боялись подойти ближе.

– Ждите здесь! – велел я придворным, очищенным от обвинений, и свернул в маленький сад.

Среди плодовых деревьев возвышалась небольшая часовня. Ее крутая крыша терялась в переплетении ветвей, а серый невзрачный камень стен превращал здание в траурный призрак.

В саду особенно остро чувствовалось приближение осени. Луноликая Силен властно утверждала свои права – луна еще сияла на небе, прячась за дымной вуалью облаков.

Я горестно вскинул лицо к застывшей ночной красавице:

– Среброкосая! Помоги! Если твоя дочь разлучила нас, позволь хотя бы похоронить тело любимой!

Должно быть, я долго стоял, чутко прислушиваясь, надеясь, что Силен услышит мою мольбу. Когда ледяной сырой ветер пробрался под теплый плащ, я вздрогнул и сделал шаг. Ветер, словно дождавшись движения, бросил мне в лицо охапку облетевших цветочных лепестков с клумбы, а где-то в лесу дружно завыли волки.

Что хотела сказать Луноликая? Скоро осень, ее время… Более не раздумывая, я шагнул к часовне, и остановился: мои руки все еще покрывала копоть, одежду пропитал запах пыточного подвала.