Один дар на двоих - Лариса Васильева (Lara)

Диагноз ясен. У подруги острая нехватка мужского внимания. А большой босс холодностью и красотой лишь разжигает пламя любви.

– Ани, ты ведь не откажешься у нас работать? – запричитала Майя, окончательно сбив меня с толку. – Ведь все так удачно сложилось.

Не поняла, в чем, собственно, проблема. Почему подруге так важно, чтобы я работала именно в этой фирме. Хотя, конечно, предложения не сыплются как из рога изобилия, но такая заинтересованность в моей персоне?.. Или я чего-то не знаю?

– Не откажусь, – честно призналась, – но и не понимаю твоего интереса.

Услышанное поразило настолько, что остаток вечера я провела в раздумьях. Оказывается, у Майки на мой счет существовала теория. Мы со Столяровой начали дружить с шестого класса. До этого она была обычной серой мышкой (в ее случае правильнее будет сказать – рыжей). С мальчиками не общалась. В общем, сошлись две подруги по несчастью.

И понеслось…

Мальчишки, до этого в упор не видящие Майку, вдруг разом нахлынули на нее. Из школы мы обычно ходили втроем. Я, Майка и очередной Майкин ухажер. Каждый день – разный. В порядке очередности. Даже Валера, от которого я была без ума, переметнулся к подруге.

В общем, среднестатистическая Столярова в одночасье стала звездой школы.

Девятый класс выпускной, а в десятый я уже пришла одна. Лучшая подруга училась в колледже, и мы могли видеться только на выходных. После поступления в институт встречи стали еще более редкими. Общение свелось к еженедельным телефонным разговорам, а впоследствии – ежемесячным.

До недавнего времени, когда мы случайно столкнулись в супермаркете.

Оказывается, за все это время у Майи не было ни одного серьезного ухажера. В колледже число девушек в разы превышало число свободных парней. На работе тоже с поклонниками не заладилось. С грустью вспоминая былую славу, Майя мечтала возродить школьную популярность.

А в сентябре руководство фирмы поменялось, и Майя пропала.

Новый директор, свободный и независимый, сочетал все качества, которые Столярова мечтала видеть в муже. Тридцать пять. Уже не мальчик, но еще не старик. Уважает престарелых родителей, обожает племянников. Щедр и внимателен к подчиненным. За качественно проделанную работу не жалеет похвалы и солидной премии.

Будучи немеркантильной, Майка совершенно не интересовалась материальным положением босса. Не бедный – и ладно. Главное, все остальные положительные качества при нем.

– И при чем здесь я?

Выслушав длинный рассказ, невольно заинтересовалась.

– Не скажи, – загадочно сверкнув карими глазами, заявила подруга. – Когда ты рядом, все мужчины у моих ног. До сих пор вспоминаю школьные годы, когда была мегапопулярной. И без твоей помощи Фила не завоевать. Он вообще на женщин не смотрит. Помешан на работе, словно офис – центр вселенной.

– Значит, ты считаешь, что я причина твоего успеха?

Даже в голове не укладывается! Сколько она выпила, прежде чем пришла к такому странному выводу?

– Конечно! – Майя улыбнулась, являя всему миру очаровательные ямочки.

– А если дело не во мне?

Точно не во мне. Осталось убедить в этом подругу.

– Тогда, – Майя пожала плечами, – будем считать, что просто помогла бывшей однокласснице. Но я совершенно уверена: как только станем работать вместе, моя жизнь изменится!

Мне бы хоть малую толику ее уверенности.

Засидевшись с Майкой допоздна, влетела в полупустую маршрутку. Дорога от остановки до дома заняла несколько минут.

Панельная пятиэтажка в спальном районе города. Разбитые тротуары, обшарпанный подъезд. Не жизнь, а тоска.

Подняв голову, увидела в окне третьего этажа женский силуэт. Мама надеется, что меня провожает симпатичный мужчина. Придется снова ее разочаровать. Помахала рукой, и женщина в окне исчезла.

Несколько минут – и я уже дома. Скинула сапоги и размяла усталые ноги. Пальто и шарфик отправились на вешалку, а я незаметно проскользнула в ванную.

Моя мама – добрая и понимающая. Правда, иногда перегибает палку. Хорошо, признаюсь: постоянно перегибает палку. Особенно когда дело касается светлого будущего ее дочери. Коронная фраза: «В твои годы я уже была замужем».

Знаю, мамуля ранняя пташка. Рано встретились, влюбились, поженились. В двадцать три у матери уже была я.

Приняв душ и избавившись от макияжа, я рассчитывала незаметно проскользнуть в комнату, но мама ждала возле двери.

– Добрый вечер! – чмокнула меня в щеку.

Теперь неприятного разговора не избежать. Срочно найти тему, волнующую не меньше замужества.

– Ходила сегодня на собеседование.

Я вошла на кухню, поставила чайник на плиту и бросила взгляд на маму. Заинтересованность в ее глазах служила лучшим доказательством правильно выбранной темы.

Кухня у нас маленькая. Девять квадратных метров. Сидя за столом можно, как говорится, и чайник поставить, и посуду помыть, и в холодильнике вкусняшку отыскать.

– И как? Успешно?

Мама – учительница младших классов. Ей сорок четыре. Вот в чем смысл ранней пташки. Ты еще молодая, но уже есть взрослая дочь.

Мамуля, как и я, темноволосая и стройная. Правда, род Меламед отличается широкими бедрами. Что бы я ни делала, как ни худела, попа все равно шире талии. Еврейская кровь гуляет.

– Да, – кивнула я и, вытянув руку, выключила чайник. – Чай будешь?

– С зятем бы выпить, – вздохнула мама.

На больное капала.

– Помнишь Майю? Мы еще в школе были дружны.

Сомневаюсь, что не помнила.

– Конечно! – Мама достала кружки и по пакетику фруктового чая из пачки. – Рыжеволосая девочка. Помнится, вокруг нее всегда крутилось много поклонников.

– Теперь буду работать с ней в одной фирме.

Красивое лицо мамы озарилось внутренним светом.

– Правда? Это хорошо.

Улыбнулась и ударилась в размышления относительно моего будущего. Как мало нужно людям для счастья!

– Она замужем?

На мое счастье, Майя тоже свободна. Иначе не избежать нравоучений.

– Пока нет, – уточнила я, не уловив взаимосвязи.

Мама продолжила допрос с пристрастием:

– А красивые мужчины на работе есть?

Создавалось впечатление, что вместо собеседования я лихо прошлась по кабинетам с табличкой «Ищу мужа». И ведь не объяснишь, что никого не встретила. Пришлось приукрасить.

– Директор очень даже ничего.

Вспомнила мужественное лицо Фила. Большой босс действительно ничего. Только вот первой на него заявила права Майя. Она ведь бросила Валерку ради меня. Так имею ли я право мечтать о директоре, когда лучшая подруга влюблена?