Ведьма в большом городе - Хельга Блум

— Вы кто такие? Одноглазый, обыщи!

С меня грубо стащили плащ и заплечный мешок. Широкие ладони с интересом прошлись по моему телу, задержавшись на вырезе лифа и ниже спины. Краем глаза я увидела, как с моего спутника срывают куртку, которую тут же живо начал примерять какой-то щуплый тип, путаясь в рукавах. Куртка оказалась ему отчаянно велика, туда смогли бы поместиться еще полтора таких разбойника. Ну ок, видимо, в разбойничьей среде оверсайз нынче в моде.

В это время рыжебородый вскочил на пенек и, подбоченившись, торжественно произнес:

— Милостивые господа! Мы рады приветствовать вас во владениях Рыжего Мартина, грозы лесов и невинных дев! За транзит по территории нашего леса мы взимаем определенную плату, так сказать, не слишком обременительную для ваших тощих кошельков, но поддерживающую мааааленький, так сказать, бизнес! — он протянул в нашу сторону грязную растопыренную пятерню и заглянул в наши глаза, как бы сканируя нас на наличие денежных средств.

Всё это было бы смешно, если бы не было так грустно — денег-то у нас с собой не было: Мирос оставил всё заработанное дома, у меня денег вообще никогда не бывало, я их и в руках-то почти не держала. Тут я на секундочку пожалела, что так поторопилась с побегом и не послала Аранью к ростовщику с алмазной подвеской, подарком дорогого жениха. Несколько монет, чтобы заплатить «пошлину» за проход по лесу сейчас были бы кстати. Сама подвеска у меня с собой, пришитая к одной из нижних юбок, но я надеялась, что ни до моих юбок, ни до алмазной подвески у этих рыцарей меча и топора не дойдет.

Надо поскорее соображать, очень не хотелось бы драки — я краем глаза заметила, что Мирос уже хмурит брови и руки у него сжимаются в кулаки. Сила сейчас не на нашей стороне, но ум и смекалку никто не отменял. Я набрала побольше воздуха в грудь и принялась импровизировать:

— Доблестные рыцари Темного Леса! К нашей величайшей скорби, на данный момент мы не располагаем денежными средствами. Не при деньгах мы. — Я красноречиво вывернула карманы своего темно-серого шерстяного платья, чтобы воочию продемонстрировать окружающим правоту своих слов. — Однако нам всё же есть чем порадовать и удивить любезную взыскательную публику!

С этими словами я, к изумлению присутствующих, достала из-за уха Одноглазого почерневшую серебряную ложку.

Толпа ахнула:

— Ээй, это же ложка Одноглазого!

— Верни, ворюга! Я ж ее в прошлом году честно стырил у самого архиепископа!

Под громкий хохот из носа верзилы с рукой, перебинтованной сомнительной чистоты носовым платком, я достала золотую монету. Сообразительный малый тут же принялся ощупывать свои карманы с таким испуганным выражением лица, что я сама чуть не прыснула от смеха и вынула из-за воротника Рыжего Мартина дымящуюся прокуренную трубку.

— Ох, трубочка-то точь-в-точь как у Мартина, вы посмотрите! — видимо, это был не самый сообразительный член банды.

— Идиот, это и есть трубка атамана!

Сам атаман в это время смотрел на меня не сводя глаз с таким выражением лица, что я замерла: похоже, с трубочкой я переборщила и сейчас нас будут убивать.

Над лесом повисло молчание. Банда разбойников стояла не дыша. Казалось, даже птицы затихли и ветер не шевелил верхушки елей. Всё, господа, похоже, это фиаско.

— Нет, ну вы видели, какая ловкая девчонка?! — громко воскликнул Рыжий Мартин и оглушительно расхохотался. — Цыпа, может, останешься с нами? Нам такие ручки ох как нужны! Мы будем посылать тебя в город в ярмарочные дни и ты будешь нам приносить золотой улов. Не обидим, сестренка, белая зарплата, премия раз в квартал. И парня твоего пристроим, нам сильные ребята не помешают.

Я улыбнулась и выдохнула: кажется, в этот раз пронесло.

— Это очень заманчивое предложение, милорд! Да только нам пора идти дальше, нас ждет тяжело больная старенькая бабушка, она уже все глаза проглядела, внуков своих поджидая.

— Ты мне нравишься, детка! Пожалуй, мы с парнями проводим вас до границы леса, а то мало ли, места здесь неспокойные — такие люди ходят, аж в дрожь бросает! — Рыжий Мартин подмигнул Одноглазому и тот скрылся в кустах, а уже через минуту вернулся с парой лошадей.

— Мамзель, прошу на борт! — с этими словами галантный предводитель доблестных работников ножа и топора подхватил меня под ягодицы и, не успела я пискнуть, как он ловко и точно закинул меня в седло.

Наши лошади резво понесли нас вперед, а следом подтянулся и Мирос на гнедом муле под золоченым седлом, в окружении бородатой оравы.

На границе леса и степи атаман галантно поцеловал мне обе ручки и тут же, что-то вспомнив, нахмурил свои рыжие брови:

— Эй, Щуплый! Куртёнку-то парнишке верни!

— Ну ваше атаманство, я ж ее всю дорогу грел! Она мне к сердцу прикипела, да и размерчик самый мой!

— Скидай, я тебе говорю! — вскричал Рыжий Мартин и наградил подчиненного легким отеческим подзатыльником, но тот только поплотнее завернулся в честно отобранную куртку.

— Позвольте полюбопытствовать, молодой человек! — подчеркнуто интеллигентно осведомился у Мироса высокий разбойник в клетчатом сюртуке и треснутом пенсне. — Я интересуюсь уточнить, ежели вы привязаны исключительно к данному предмету своего бывшего гардероба, то сия куртка как есть испорчена телесными жидкостями зеленого колера, истекающими из правой ноздри вышеозначенного гражданина Щуплого, то-бишь соплями, извиняюсь за выражение, среди нас дама.

— Ты что-то конкретное предлагаешь, Кривой? Не можем же мы парня отпустить полураздетым. Чего доброго, пойдут слухи, что дела у Рыжего Мартина настолько плохи, что мы раздеваем прохожих.

— Так, ваше благородие, вчерась заместитель начальника секретаря второго помощника главы герцогской стражи изволили пожертвовать бедным лесным труженикам свой новый камзол золотого шитья с перламутровыми пуговицами!

— Да ты что, Кривой? Оставь этот попугайский наряд себе, на Хэлоуин наденешь! Люди к бабушке направляются… Старушку удар хватит, если они заявятся к ней в таком экстравагантном прикиде.

— А давайте отдадим ему куртку Фибаса, она совсем новая, его вчера очень кстати прикончили в перестрелке, пусть его на другом берегу Арра встретят юные девы.

Кривой прижал руки к груди и зашептал с очень серьезным и печальным лицом:

— Не извольте беспокоиться, выстрел пришелся в голову, курточка не пострадала.

Откуда-то с задних рядов извлекли действительно почти новую темно-зеленую куртку и торжественно, с поклоном вручили ее Миросу.

Я поблагодарила наших новых знакомых за теплый прием, пора было и честь знать, ведь разбойничья благосклонность субстанция весьма переменчивая.

— Прощайте, доблестные господа! Обратно пойдем через ваш лес! До новых встреч!

Разбойники повскакивали на своих лошадей и с гиканьем помчались в лес, а мы с Миросом поспешили вперед снова пешком.