Корректировщик истории - Юрий Валин

Быть не может. Розыгрыш какой-то идиотский. За что отчислять? Да эти «хвосты» в три дня сдать можно. Да даже если и отчислили… Ну и идите со своей фонетикой и смакованием своеобразий бургенландского диалекта. Сейчас главное – от армии окончательно откосить, а с работой проблем не будет. Например, к Борису можно пойти. Конечно, не айс по восемь часов в офисе горбатиться, но что поделаешь? У него в конторе и раньше подрабатывал, там за нотариальные переводы платили неплохо. На первое время сойдет… Нет, ну и обломище…

Рука замерзла, и Женька принялся запихивать файл с мерзостными справками в портфельчик. Щегольская кожа портфеля на морозе закрываться никак не желала.

– Вы о колено обоприте, – посоветовал кто-то из прохожих.

– Не премину, – пробурчал Женька. – Сейчас еще кирпичик, и в реку все это делопроизводство.

– Боюсь вас разочаровать, но там ледок. Довольно толстый.

– Вы, случаем, не из ледокольного пароходства? – поинтересовался Женька, наконец справляясь с упрямым замочком.

– Нет, я из другого ведомства.

Женька поднял глаза, – перед ним стоял сухощавый офицер в зеленоватой военной шинели. На плечах погоны, на каждом по звезде. Полковник, что ли? Мучений с военной кафедрой Женька счастливо избежал, посему мог разве что морского волка, облепленного якорями, от сухопутного «сапога» отличить.

Сердце екнуло.

– Я про утопление портфеля пошутил, – вежливо объяснил Женька. – Я экологию уважаю. К тому же хороший девайс. Свиная кожа. Из Магдебурга привезли.

– Неужели из самой Саксонии? – не менее вежливо поразился офицер. – Там, говорят, ныне тоже прохладно.

– Так ведь глобальное потепление, – сказал Женька и быстренько развернулся в сторону метро.

– Молодой человек, – окликнул назойливый офицер. – Это случайно не Остоженка, 38? Это ведь Лингвистический университет?

– Кажется, да. Впрочем, я не совсем в курсе, – буркнул Женька.

– Постойте, а вы сами случайно не Евгением Романовичем Земляковым будете? – оживился офицер.

– Я?! – Женька вскинул брови. – Валькирьев моя фамилия. В Малой Вальхаловке проживаю. Вот приехал с ребятами столицу посмотреть.

– Странно. Очень вы на гражданина Землякова похожи. Вот у меня фото имеется. И повесточка данному гражданину, – офицер полез за борт шинели. – Куда же вы, Валькирьев?

Женька наддал ходу. Иногда интеллигентному человеку стоит отринуть предрассудки и понадеяться исключительно на собственные, природой данные ноги. Сейчас в переулок нырнуть – и пусть ищут. Домой, пожалуй, нельзя. У Ирэн придется пожить…

На повороте Женька с маху врезался в девушку. Девица, как ни странно, на ногах устояла, а отставной студент, выронив портфельчик, отлетел к стене дома.

– Что это за побегушки идиотские?! – возмутилась молодая особа. – Абонемент в фитнес-центр потерял, метросексуал буйный?

– Прости, опаздываю, – Женька подхватил оказавшийся под водосточной трубой портфельчик.

– Что значит «прости»? – возмутилась незнакомка. – Не чувствую искреннего раскаяния.

– В следующий раз, – пообещал Женька. – Чашечка кофе, эклер и лирика Гейне в аранжировке позапрошлого века.

– Куртуазно, – одобрила девица. – Только ноги раньше времени не переломай.

Она была ничего. Светловолосая, стриженая – капюшон короткой, цвета хаки «аляски», несмотря на мороз, откинут. Глаза большущие, зеленые, выразительные. Стройная, и даже весьма, хотя и без всяких каблуков. Вот только рост… излишне спортивный. Едва ли ниже самого Женьки.

Мелькнула мысль взять телефончик, но обстановка явно не располагала.

– Извини, опаздываю жутко, – Женька шмыгнул за угол, но неведомая сила рванула назад, затрещал ворот, и бывший студент крепко впечатался грудью в стену.

– Ты чего?! – Женька изумленно рванулся, пытаясь освободить ворот, но только оцарапал о стену щеку.

– Уже опоздал, гражданин Земляков, – зловеще пояснила зеленоглазая. – Не трепыхайся, руку сломаю.

– Пусти! – Женька попытался выпутаться из куртки, но кисть руки зажали железно. – Больно!

– Ролевые игры, – зеленоглазая улыбнулась приостановившимся прохожим. – Хотите поучаствовать?

– Извращенцы, – пробурчала дама в возрасте, на всякий случай заслоняясь сумочкой.

– Мы такие, – радостно согласилась девица. – Что делать, тлетворное влияние Запада, – она подмигнула двум таджикам в оранжевых жилетах – труженики коммунального хозяйства поспешно ускорили шаг.

Дергаться у Женьки сил уже не было – при малейшей попытке пошевелиться гадская девка слегка нажимала на кисть, и тупая боль прохватывала руку до плеча.

– Катерина, прекрати призывника калечить, – рядом остановился давешний офицер, поправил фуражку. – Пусти, говорю. Перепугала парня. И в машину садитесь. Устроили бесплатный цирк.

Потрепанная «девятка» стояла в двух шагах. Руку Женьке вроде бы отпустили, но у недавнего студента от боли слезы выступили. Смаргивая, упал на сиденье, следом блондинка-садистка зашвырнула портфельчик, едва нос не разбила.

– Спокойнее, Катерина, – разозлился офицер, усаживаясь за руль.

– Куда уж спокойнее? – пробурчала девица. – Я его чуть придержала. Да и на хрена он нам такой? Бегает паршиво, предсказуем, как синяя уличная кабинка. Разве что вежливый.

– Ну, еще он твой родственник. Валькирьев из Вальхаловки.

Девица, садясь рядом с Женькой, хмыкнула:

– Тогда конечно.

Женька отодвинулся к двери:

– Ну ты и сука.

– О, да он и взрослые слова знает, – удивилась девица.

– Предлагаю прекратить никчемные препирательства, – офицер завел двигатель. – Гражданин Земляков Евгений Романович, официально уведомляю, что вы призываетесь для выполнения своего гражданского долга по защите Родины. В соответствии с дополнением к Федеральному закону № 56Ф66. Будьте любезны получить повестку и расписаться.

– Нигде я расписываться не собираюсь, – сжав зубы, сообщил Женька. – Вы права не имеете людей на улицах хватать.

– Кто тебя хватал? – морщась, поинтересовалась девица. – Сам на меня налетел. Хулиган. Потом еще и в машину шмыгнул. Желаешь в армии от уголовной ответственности скрыться?

– Что я такого сделал?

– Статья 213. Деяние, сопровождающееся вопиющим неуважением к мирным прохожим.

– Кого я не уважал?!

– Еще злостное уклонение от воинской службы, статья 328-я, – заметил офицер. – Вам, Земляков, сколько повесток выписывали? Годами за вами военкомат бегает. Не стыдно?

– Лучше уж хулиганство пришейте, – в ужасе пробормотал Женька. – Там хоть условно дадут.

– Вот дебил, – девица отвернулась к окну.