Его Величество Адам - Христина Романова

Когда король дал согласие на раздумывание, нас оперативно разместили в небольшом домике недалеко от дворца и сказали: «У вас есть сутки на то, чтобы дать ответ».

Становиться участницей отбора желания не было, но представляя, как отец будет разделывать мясо, а мама доить коров, чтобы прокормить семью, я покрывалась испариной.

Невыносимо!

— Барбара, пойми, мы не заставляем тебя участвовать в этом, — мягко произнесла мама, поглаживая меня по плечу.

— Давайте уедем в другое королевство, — всхлипывая, произнесла я.

— Мы не сможем этого сделать, — ответил папа.

— Но почему?

— На это есть веские причины, не могу рассказать подробности, — папа явно уклонялся от ответа. — Тем более, как и сказал король, мы числимся государственными изменниками. Если нас поймают, то убьют.

Я вспомнила, как дрожала от страха в старой повозке, когда мы покидали Фелис. Испытывать это чувство во второй раз не было никакого желания.

— Мама, — всхлипнула я.

— Зайка, дорогая, не плачь.

— Мама, папа, я буду участвовать в отборе, — наконец удалось произнести мне.

Услышав мое решение, родители с благодарностью посмотрели на меня и сразу же рассказали об этом Фэйту, которого отправили помогать нам.

На лице мамы мелькало счастливое облегчение, да и я стала выглядеть лучше. Ведь теперь можно было не переживать насчет ближайшего будущего и жить спокойно. Еженедельные выплаты помогут устроиться на новом месте, и я, как только получу необходимую сумму, уйду с отбора.

Кстати, Фэйт оказался довольно привлекательным молодым человеком и интересным собеседником. От него я смогла узнать о короле все, что было дозволено.

— Сколько ему лет? — мы прогуливались по парку, ожидая прибытия кареты, которая должна была увезти меня во дворец.

— Двадцать шесть, пять из которых он уже правит королевством, — отозвался мужчина. — А ты хоть знаешь его имя?

— Нет, — улыбнулась я. — Откуда?

— Адам Хатман, единственный во всей династии, — словно с гордостью произнес он. — А его сына будут звать Аддисон. Об этом знает уже весь Нюкерн.

— Почему он не смог самостоятельно найти жену? Зачем устраивать отбор?

— Как же, зачем? Это многовековая традиция, которую нельзя нарушать, — удивленно ответил Фэйт. — Думаю, будь его воля, его величество давно бы женился на графине Иллин.

— Кто она? — мне стало жутко интересно.

— Его фаворитка, любовница. Они вместе уже три года, — Фэйт оглянулся по сторонам. — Поговаривают, что после объявления отбора она больше не разговаривает с ним.

— Надо же, — весело сказала я, — а почему эта Иллин не может принять участие в отборе? Если так сильно любит короля.

— Потому что она уже обручена. С графом Фермором.

Карета приехала ровно в семь часов вечера, как только мы с Фэйтом вернулись с прогулки.

Папа сразу же загрузил мой чемодан, в котором находилось скудное количество платьев и украшений. Он был маленький и наполовину пустой, но брать было больше нечего. Почти все осталось в доме, в который мы больше никогда не вернемся.

Мама заплакала, когда обняла меня.

— Не переживай, пожалуйста. Я ненадолго. Вернусь, как и договаривались, — мягко поцеловала ее в щеку. — Четыре недели, и мы снова увидимся.

Потом подошла к папе и шепнула ему на ушко:

— Оберегай маму и пиши письма, — улыбнулась я. — И да, я хочу вернуться в уютный дом.

— Все будет готово к твоему возвращению, дорогая, — ответил отец, и я повернулась к Фэйту.

— Ну что, поехали?

— Вперёд, — откликнулся он.

После того, как мы сели в карету, я сразу же выглянула в окошко и помахала родителям. Им будет не хватать меня, а мне их.

— Готова вскружить голову его величеству? — весело спросил Фэйт.

— Конечно, он будет без ума от меня, — отозвалась я совершенно серьезно.

Фэйт откинулся на сиденье и задумчиво спросил:

— Интересно, зачем ты ему понадобилась?

— Честно говоря, я даже не задумывалась об этом. Но мне кажется, что это расплата за хорошее обустройство родителей на новом месте.

— Нет, Барбара, — отозвался Фэйт. — За этим поступком кроется что-то другое.

Я задумчиво посмотрела в окно. Красивые каменные домики тянулись друг за другом, а материал, которым была покрыта крыша, отражал лучи солнца и сверкал прямо в глаза. Я зажмурилась и повернулась к парню.