Солнечная тайна Изабель - Анна Лерн

Но полежать мне толком не удалось — прошло примерно полчаса, как внизу раздались голоса, и я приподнялась на локтях, прислушиваясь к происходящему. Неужели близнецы снова что-то натворили?

Тяжело вздохнув, я поднялась и поправила одежду, выглядевшую, по меньшей мере, странно, но и я ведь была не в двадцать первом веке.

На мне была туникообразная рубашка с широкими рукавами и длинная широкая юбка темно синего цвета. Рубашка, украшенная вышивкой и кружевами, была чистой, но не новой и на ней кое-где виднелись следы штопки. На юбке в сборку, выделялась кайма из другого, более плотного материала бордового цвета, по которой плелся рисунок из цветов. Корсаж с завязками как спереди, так и сзади не очень плотно стягивал талию и служил, похоже, больше украшением, чем поддерживающим элементом одежды. Он имел длину до талии и плотно облегал фигуру и к моему удивлению, рукава к нему были не пришиты, а привязаны тесемками.

— Донна Изабель! Донна Изабель! — громкий женский голос прервал мои размышления по поводу костюма и я, резко встав с кровати, почувствовала легкое головокружение. Тише, тише… не стоит быть такой резвой.

Глубоко вздохнув, я распахнула двери и сразу же увидела женщину лет пятидесяти, с очень располагающим, приятным лицом и взволнованным взглядом. Одета она была почти, как я, за исключением того, что ее одежда из более грубого материала не имела ярких расцветок, а волосы на макушке прикрывал накрахмаленный чепец. Черноволосая и темноглазая, она была похожа на цыганку.

— О Мадонна! — воскликнула она и ее рот вытянулся в длинную букву «о». — Что с вами, донна Изабель?! Что с вашей милой головкой?!

— Лучиана, Изабель свалилась с лестницы! — из-за ее спины появилась голова Матео, и женщина, охнув, резко повернулась к мальчишкам, которые топтались позади.

— Ах вы, негодники! Стоит мне на минуту покинуть виллу, как здесь обязательно что-то происходит! Сожгли сарай, покалечили сестру!

— Она сама упала! — воскликнул Марко и взглянул на меня такими чистыми глазами, что я не удержалась и сказала:

— Я действительно упала сама.

— Когда бежали тушить сарай? — незнакомая Лучиана укоризненно посмотрела на меня и пригрозила мальчишкам пальцем. — Сегодня на ужин придут уважаемые люди, и не приведи Господь вам что-то сотворить! Клянусь святым Франциском, я запру вас на чердаке!

Ужин? Я растерянно хлопнула глазами и мысленно застонала. Только этого еще не хватало! Мало того, что я еще толком не пойму где нахожусь, так еще и ужин, на который придут «уважаемые люди»! Наверняка я должна знать их и это будет практически испытанием — не вызывать подозрений.

— Как же быть? Ох, матерь Божья… — тем временем Лучиана прикоснулась к моей шишке и тоном, не терпящим возражений, сказала: — Идите в кровать донна Изабель, я сейчас принесу мазь и заварю траву, чтобы снять головную боль. Сколько лет служу в этом доме, и видывала многое, но эти дети, как ураган, все сносят на своем пути! По всей Энталии не найти таких сорванцов!

Она быстро пошла по коридору, а я порадовалась тому, что начинаю хоть что-то понимать. Лучиана — служит на этой вилле, я, как и мальчишки — ребенок хозяев, ведь обращается она ко мне «донна». Вопрос, где они? Или их нет? Место, в котором я оказалась — Энталия. Осталось узнать какой век и год.

— Изабель… — раздался тонкий голосок и вынырнув из своих мыслей, я увидела, что Матео держит Марко за руку и часто часто моргает, отчего мелкие бисеринки слез срывались и падали на пол. — Не продавай «Мистико соларе»! Это наш дом!

О Господи, что еще?! «Мистико соларе»… Вилла! «Солнечная тайна».

Я молчала, соображая, что происходит. Значит так и есть — родителей у этой троицы нет и Изабель, коей я сейчас являюсь, собралась продать виллу.

— Не нужно плакать, — я прижала мальчишек к себе. — Я подумаю, что можно сделать. Вы поэтому подожгли сарай, скажите честно?

— Да, — кивнул Марко, сопя носом. — Мы вообще можем все поджечь, чтобы наша вилла никому не досталась!

— Так, молодой человек! — я резко оборвала его. — Больше никаких поджогов! Ясно?

— Да…

— Вот и хорошо, а теперь идите, мне нужно подумать.

Мальчишки ушли, а я вернулась в комнату и подошла к окну. Вид из него открывался сумасшедшей красоты, и я залюбовалась раскинувшимся передо мной пейзажем — изумрудные холмы, над которыми сияло жаркое солнце, убегающий от виллы склон с ровными рядами виноградника и желтая дорога, вьющаяся к самой лазурной дали горизонта.

— Пройдет еще немного времени, и оставшиеся рабочие уйдут от нас, — услышала я голос Лучианы, неслышно вошедшей в комнату. — Вы это прекрасно понимаете, донна Изабель, мы в том месяце продали все вино из старых запасов, чтобы выплатить им деньги. Больше продавать нечего.

Я обернулась к ней и молча, наблюдала, как она ставит на столик поднос с чайными принадлежностями и блюдцем с какой-то неприятной на вид субстанцией.

— Вы приняли правильное решение продать виллу. На эти деньги можно скромно жить в небольшом домишке, и не думать, как прокормить свою семью, — продолжала мягко говорить женщина, наливая чай в красивую фарфоровую чашку. — Но вы могли бы выйти замуж и тогда эти земли достались бы вашему мужу, как приданное. Мне бы не хотелось, чтобы донна жила, как обычная крестьянка.