Трофей генерала драконов - Мария Лунёва

— Ой-ой. Завоюет он. Маги сильнее драконов. И папа мой несокрушим. Он меня любит, я же его первенец. Он ещё подумает, отдавать ли меня за тебя.

— Ха, отдаст, — подойдя к огромным валунам, он поднял свой короткий деревянный меч. — Потому как земля эта будет моей.

— Нет! — я уперла руки в бока. — Род Матей состоит из сильных магов.

— Да, Алисия. Твой папа задирает моего. Требует отдать ему нашу землю без боя. Ведёт себя оскорбительно и обзывается, называя нас ящерицами. Это недостойно!

— Мой папа не такой, — насупившись, я задрала подбородок.

Не любила, когда Фроди говорил плохо о членах моей семьи. Делал он это нечасто, но иногда его слова были просто недопустимыми.

— Такой, Алисия. И брат такой. Пока наши отцы разговаривали, он вышел во двор и сломал шалаш моего младшего брата. Взял и ногами поломал все ветки, на которых он держался. Разве достойный воин себя так ведет? Это подлость! Обижать маленьких низко. А тем более пакостить, когда взрослые не видят. Он слизняк! Ты вообще на него непохожа. Ни на кого из них. Ты очень добрая, хоть порой и вредная. По нашим законам наследницей рода была бы ты, а не он. Потому что неважно мальчик или девочка. Власть у первого ребёнка в семье. И когда я приду на эту землю, то законы магов потеряют силу. Наследницей станешь ты, и мы объединим наши семьи.

— Нет, мой папа победит. Он у меня самый сильный маг, — пробубнила я упрямо.

От его слов мне стало совсем грустно, потому как мой брат Критес и правда часто пакостил. Ломал игрушки или, извозив палку в лужах для свиней, тыкал ею в мои платья, зная, как я не люблю грязь. 

Да и близняшки не сильно от него отличались.

Усевшись на толстый корень дерева, растущего на краю скалы, насупилась.

Конечно, мой папа не замечал меня, ведь я всего лишь девочка. К тому же у меня подрастали ещё две сестры. Но я его любила и гордилась им. Он же папа! Лерд этих земель. И обидно было, что Фроди не уважает его.

Все должны уважать папу.

— Алисия, ты что обиделась?

Шмыгнув носом, сложила руки на груди.

— Хочешь, я достану тебе с вершины голубой цветок?

— Тебе нельзя обращаться драконом. Увидят, поругают. Это наши земли.

— Да я так достану.

Подскочив к скале, он ловко принялся карабкаться наверх.

— Осторожно, — мне стало страшно за этого безрассудно-храброго мальчишку. — Упадешь и коленки разобьёшь.

— Для настоящего дракона синяки и ссадины украшение! — донеслось до меня сверху.

— Настоящий лерд должен выглядеть чистым и опрятным!

— Под чистыми штанами моих коленей не видать.

Задирая голову, я пыталась рассмотреть Фроди за ягодными кустами.

Голубые снежные примулы росли только на голых скалах, там в вышине. Любая девочка мечтала покрасоваться в венке из таких цветов. Но мне было нельзя. Разве что цветочек в тугую косичку вставить.

Фроди порой доставал мне примулы и даже венок из них я плела. Но оставляла здесь, вешая на ветку. Если бы меня в нем увидели в замке, то принялись расспрашивать откуда цветы. Особенно навязчивым и вездесущим был брат. И не докажешь ему, что это я сама их нашла. Не поверит.

Да и про Фроди я молчала.

Проносила в волосах редкие цветочки и прятала их в комнате.

Жаль, они быстро вяли.

— Нашёл! — прокричал мой друг.

Несколько камушков скатилось по склону, напугав меня.

— Не упади, — совсем неприлично закричала я. — Фроди, возвращайся. Ты упадёшь.

— Ты что в меня не веришь?! Я же дракон. Будущий генерал императора.

— Ты ещё маленький и можешь упасть.

— Я не маленький, а уже взрослый. Ясно тебе? — его голос звучал ближе.

Снова посыпались мелкие, но острые камни. Они отскакивали от земли и откатывались в сторону. Сделав еще один шажок назад, подняла голову. Мой друг показался за пышным кустом скальной черной ягоды и снова скрылся в неглубокой расщелине.

Вновь посыпались мелкие камешки.

Вдруг... грохот...

Фроди, неуклюже съехав по крутому склону, уселся прямо передо мной, смешно расставив ноги. Потирая ушибленное то, что пониже спины, чего-то бормотал себе под нос. Явно неприличное! Не удержавшись, я хрюкнула со смеху.

— Вот видишь, как девочек не слушать, — обличительно ткнула в него указательным пальцем. — А я говорила, осторожнее. Но разве вы, мальчишки, когда кого слушаете?!

Он поморщился, и обиженно взглянул на меня.

— Я же тебе хотел цветок принести, а ты смеешься...

— А вот и не говори, что самый сильный. Вырасти сначала.

— Да ну тебя, — он вручил мне немного помятый голубой цветок и поднялся на ноги. — Невесты драконов не смеются над своими женихами!

— А ты моей руки ещё у папы не просил, — подметила я и поднесла цветок к лицу.

Как он пах! Сладкий аромат напоминал о леденцах, что готовили детям на праздники. О ярких оранжевых петушках, которые отливали из сладкой карамели.

Переведя взгляд на друга, мило улыбнулась и вставила цветок в косичку.

— А что просить, — Фроди отвернулся от меня. — Он же выгонит только потому, что я дракон! Мы же для вас ящерицы!

— Это неправда! — как же мне не понравились его слова. — Я уважаю тебя и.… люблю.

— Но ты смеешься надо мной!

— Это потому, что ты меня не послушался и упал.

— Тогда иди и скажи брату и отцу, что дружишь с драконом.

Фроди указал в сторону виднеющегося за холмом замка.

И я трусливо отступила на шаг.

— Не могу, — поджав губы, отвернулась. — Они ругать будут!

— Так кто из нас трус, Алисия? Я, который ради тебя разбиться не побоялся, или ты, стесняющаяся нашей дружбы? Я своему отцу ещё два года назад сказал, что подружился с девочкой из-за реки. И он очень рад был, а ты всё молчишь и бегаешь сюда как заяц.

— Мне только восемь! Мне нельзя выбирать самой, с кем дружбу водить и по скалам бегать за кроликами. Папа меня просто запрет, и всё. Тогда мы с тобой не увидимся больше.

— Ничего, я получу свой меч и завоюю право сделать тебе предложение. Когда ты вырастешь, то станешь моей женой и Великий дух драконов принесет нам яйцо с первенцем…

— А зачем мне яйцо? — не поняла я.

— Как зачем? — он призадумался и почесал затылок. — А детей откуда брать? Их же боги приносят.

— Ну ты и дурачок, — я снисходительно покачала головой. — Они в животе у мам хранятся.

— А как они, по-твоему, туда попадают? — Фроди прищурился. — Вот я и говорю: Великий дух принесет яйцо.