Бояръ-Аниме. Одаренный: ученик - Тим Волков

Иголка качнулась и потянулась острием к букве.

— «Я»! — прочитала мадам.

Иголка вновь качнулась.

— «Т»… «У»… «Т»… — словно выстрелами выдала Шерер.

Женский тонкий голос из второго ряда удивлено прошептал:

— «Я тут»! Он сказал: «Я тут»!

— Верно, — кивнула Шерер. — Он тут.

По толпе прошелся удивленный ропот.

— У кого какие вопросы к князю Павлу?

Толпа оживилась — всем хотелось задать много чего, но мадам жестом остановила вольности:

— Не шуметь! Иначе дух может разгневаться!

Это произвело эффект, толпа затихла. Гнева призрака никто не желал увидеть, к тому же в втором отделении сеанса, говорят, должны были подавать шампанское и антре из гусиной печени и поэтому дожить хотелось всем.

— Разрешите мне? — пробиваясь сквозь плечистых юнкеров, к мадам вышла пожилая женщина.

Многие зашептались:

— Сама княгиня!

Верно, это была она, княгиня Курчатова, мать Павла. Вопрос, который она намеревалась спросить, был уже всем понятен, но ей дали слово.

— Кто тебя убил, Павлуша? — проскрежетала та, глядя куда-то в потолок.

Князя Одинцовской области Павла убили неизвестные пятнадцать лет назад, в период второй смуты. С тех пор много воды утекло, власть города сменилась, волнения были подавлены, размеренность и спокойствие воцарили, чего при молодом и не опытном князе отроду не было.

— Кто тебя убил, родненький?

Шерер закрыла глаза, вновь затряслась ее грудь. Кто-то из господ совсем тихо произнес: «неплохо-неплохо».

— Сейчас он ответит!

Игла начала бродить по буквам.

— «Б»… — шепнул кто-то.

Ему тут же ответили:

— Нет, не «Б», смотри — еще шатается. На «В» остановилась!

— Вяземский! — шепнул третий.

— Нет, не на «В», рядом же! На «Г»…

— Сам ты на «Г»! Ниже пошла — к «П»… Может, Потанин?

Толпа принялась живо обсуждать поведение иглы, а та все не хотела успокаиваться и кружила, рождая множество версий того, кто был убийцей князя.

Обсуждение могло продлиться долго — мадам любила накрутить интригу. Но игла вдруг выпала из рук Шерер, а сама мадам ойкнула. На лице ее вдруг отразилась гримаса ужаса.

— Там! — только и успела крикнуть она, указывая в толпу.

Глаза мадам округлились, в них застыл ледяной ужас.

Собравшиеся забеспокоились, потому что подумали, что мадам увидела призрака. Но она заметила кое-что другое, гораздо страшней привидения.

Из толпы выскочил худой человек в черном кожаном пиджаке. Лицо незнакомца было болезненно бледным, но не эта бледность испугала мадам Шерер. А пистолет, который тот держал в своей трясущейся руке.

— Оружие! — наконец смогла выдавить из себя мадам, отшатнувшись от столика. И завизжала: — У него оружие!

Но было поздно.

Незнакомец выставил вперед пистолет, намереваясь произвести выстрел.

Закричали. Началась толкучка. Все рванули кто куда.

— Пушкин! — дребезжащим голосом окликнул незнакомец графа.

И тот на свою беду оглянулся, привыкший после долгих лет службы к командным голосам.

— Сдохни! — прошипел незнакомец.

Грянул выстрел.

Но судьба вмешалась в час расплаты. Одна из гостей — та самая, что обсуждала отсутствие нижнего белья у Шерер, — обезумев от страха, бросилась к двери, толкнув при этом ненароком и самого стрелявшего именно в тот самый момент, когда он нажимал на спусковой крючок.

Рука незнакомца дернулась. Пуля полетела гораздо ниже цели, прямо в сына Пушкина, княжича Александра…

Ворвавшийся в помещение холодный сквозняк задул свечи, погружая все во мрак.