Падший клинок - Джон Кортней Гримвуд

— Госпожа моя.

— Послушай меня, — ее подташнивало. Она устала, еще немного, и расплачется. — Король Янус — крестоносец. Черный крестоносец.

— Я знаю.

— А я узнала это из сплетен слуг. Они собираются выдать меня за бывшего палача, который нарушает принятые обеты бедности и целомудрия. Он позабыл об очищении страданиями. — От отвращения она скривила губы.

— Чтобы стать королем, — просто ответил Атило.

— Он чудовище.

— Джульетта… Германцы жаждут Венецию. И византийцы. Мамлюки хотят ваши колонии. Даже мой народ, мавры, будет счастлив, когда увидит, как тонет ваш флот. Король Янус был Черным совсем недолго. А нам нужен Кипр.

— Нужен? — презрительно переспросила она.

— Сила Венеции в ее торговых путях. Кипр ей необходим. И потом, тебе все равно придется выйти за кого-нибудь.

— И лучше — за него?

Мавр кивнул, и она спросила себя, видит ли он ярость в ее глазах. Злость сдерживала страх. Страх перед Черным крестоносцем.

— Мой господин, — вмешался Джош.

Атило приподнял арбалет:

— Разве я разрешал тебе говорить?

Его палец двинулся на спусковом крючке.

— Пусть говорит.

— Госпожа моя, вы не в том…

— …положении, чтобы приказывать? — горько продолжила госпожа Джульетта. Насколько она понимала, она никогда не была в таком положении. По крайней мере, со дня смерти матери. Джульетта — Миллиони. Принцесса с золотым детством. Каждый завидовал ей.

И она все отдала бы ради…

Госпожа Джульетта до крови прикусила губу. Бывали дни, когда жалость к самой себе вызывала отвращение даже у нее самой. Похоже, сегодня именно такой день.

— Давай выслушаем его, — предложила она.

Атило опустил крошечный арбалет и кивнул мальчику. Помилование, пусть и на краткий срок.

— Лучше ему сказать что-то стоящее.

— Мой господин, нам нужно уйти с улиц.

— И это все? — судя по голосу, Атило был удивлен. — Таков твой вклад в беседу? Только секунда отделяет тебя от смерти. И ты говоришь, нам следует уйти с улиц?

— Уже почти стемнело.

— Они боятся Стражи, — сказала Джульетта.

Неудивительно. «Тебя избивают, выкручивают руки, и так до тех пор, пока ты не сделаешь то, чего они хотят». Слова девочки звучали так, будто она испытала все на себе.

— Не Стражи, — отмахнулся младший мальчик. — Сейчас их уже можно не бояться. Они не выходят после темноты.

— Но они Стража.

— Подумай получше, — ответил он. — Они не связываются с тем, что выходит оттуда.

— С чем? — спросила она. Возможно, мальчик не заметил, как Атило предупреждающе нахмурился. А может, ему все равно.

— С демонами.

— Нет, — возразила его сестра. — Они чудовища.

— Атило… — ей не следовало называть старика просто по имени, без «мой господин» или какого-то титула. Пусть даже регент сместил его с должности адмирала Средиземного моря, которую Атило занимал при покойном Марко III… Все так сокрушались о герцоге Марко III. Его сын, нынешний герцог Марко IV, несчастный двоюродный брат Джульетты, был припадочным дурачком.

— Что? — сухо переспросил Атило.

— Мы не можем их здесь бросить.

— Можем, — ответил он. — Можем. — Слова прервало уханье совы, и его плечи чуть расслабились.

Атило тоже ухнул, сова ответила.

— Это тебя мы не можем бросить, — с горечью сказал он.

— Но если…

— У меня здесь пятнадцать клинков. Лучшие мои ученики. Мой заместитель, его заместитель, и еще тринадцать. Отличные солдаты. И я буду счастлив, если в живых останется хотя бы половина из них.

Джульетта не узнавала того пожилого человека, который вырезал для нее деревянные игрушки. Таким Атило видели в битве.

— Мы идем в безопасное место?

Он повернулся и посмотрел на нее. Тяжелый взгляд чуть смягчился.

— Госпожа моя, в эту ночь безопасных мест не будет. Не здесь и не сейчас. Я лишь надеюсь уберечь вашу жизнь.

— А дети?

— Они уже мертвы. Оставьте их.

— Я не могу… Мы не можем… — она вцепилась в его рукав. — Пожалуйста.

— Вы хотите спасти их?

— Да, — с признательностью ответила она, решив, что он передумал.

— Тогда отпустите их. У них больше шансов остаться в живых, если они сейчас спрячутся. Правда, ненамного. Но если они останутся с вами, тогда у них шансов нет вовсе. Казалось, госпоже Джульетте стало нехорошо.

— Наши враги охотятся за вами. Вы — их цель.

Он снял с бедра стилет, неуловимым движением перевернул его и протянул рукоять Джульетте. «Боже милостивый, — подумала она. — Он серьезен». Только усилием воли она не позволила клубку в животе овладеть ее телом. Еще чуть-чуть, и она опозорится прямо перед Атило.

— Найдите дубильную яму, — бросил Атило компании Джоша. — Не рядом, подальше отсюда. Залезьте в нее по уши. Не двигайтесь. Молчите, пока не наступит утро.

— Демоны ненавидят воду?

— Они охотятся по запаху. От вас воняет мочой. Найдите дубильную яму, и, может, вам повезет.

Атило отвернулся, тут же забыв о маленьких разбойниках. Может, им и вправду удастся уйти подальше.

— Держитесь рядом со мной, — сказал он Джульетте.

Атило шел по соттопортего, туннелям под жилыми домами, направляясь к маленькой площади. Несколько дубов на противоположной стороне не позволяли ей сползти в узкий канал. Атило обрезал веревку и оттолкнул потрепанную гондолу, так что она встала поперек канала, как шаткий мостик. Едва госпожа Джульетта перебралась по нему, Атило перерезал оставшуюся веревку и перепрыгнул на безопасную сторону. Лодка медленно поплыла по каналу.

— Куда мы направляемся?

— У меня есть дом, — ответил он.

— Особняк иль Маурос? — Ее сердце упало. Им придется дважды пересекать Большой канал на гондоле или обходить его, удвоив путь, пролегающий по самым опасным улицам Венеции.

— Другой дом, — бросил он.

Он взял ее за руку, но не ради того, чтобы успокоить или ободрить. Атило стиснул ее кисть и потащил вперед. Он хотел идти быстрее.

— Атило, ты… — Джульетта умолкла.

Старик пытается спасти ее. Он в ярости, таким она никогда его не видела. Лицо превратилось в боевую маску, глаза пронзают тьму.

— Прости, — сказала она.

Он замер, и Джульетте показалось… На мгновение ей показалось, сейчас он не удержится и ударит ее. Но уже в следующую секунду она увидела странную фигуру, следящую за ними из теней приближающегося квартала.