Наследница - Кира Воллеф

– Миледи!

– Ой… Я бы на твоём месте сбежала.

Скомкав одеяло и сунув его под кучу листьев, Иона спрятала туда же книгу и дала дёру через деревья. Юноша, пару раз моргнув, хмыкнул и щёлкнул пальцами, отчего воздух вокруг чуть засиял.

На поляне появились всклоченные, усыпанные ветками горничные.

– Я точно вам говорю, я слышала её голос тут!

– Тут никого нет, Мари. – Девушка постарше вздохнула. – За что нам такое наказание? Ладно, идём искать дальше.

Вздыхая и ругаясь вполголоса, девушки ушли, то и дело цепляясь подолами за ветви деревьев. Юноша же, оставшийся невидимым для них, только усмехнулся.

Встав с земли, он подошёл к импровизированному тайнику и, подняв одеяло, которое листьями было прикрыто едва-едва, улыбнулся.

– Люди такие невнимательные… Или же глупые? – Осторожно свернув одеяло, Виан отыскал в листьях книгу. – А может и то и другое. Ну как можно не заметить единственную кучу листьев во всём саду?

Задумавшись, юноша осмотрел книгу и проказливо прищурился. Лёгкое движение рукой – и в обложку ударяется сгусток заклинания. Тщательно спрятав вещи Ионы в куче листьев и для верности прикрыв слабенькой магией, призванной отвлечь чужих от этого тайника, Виан танцующей походкой направился к другой стороне от лаза.

– Надеюсь, твоя книжка не испортится, маленькая ведьма. И что тебе понравится мой подарочек.

***

Вечером того же дня, во время ужина, герцог сообщил ей, что завтра состоится обед, на котором ей предстоит познакомиться с важными людьми. Что это за важные люди говорить он отказался, загадочно улыбаясь и поглаживая ухоженную бородку.

Поэтому на следующий день девочка ужасно нервничала, вспоминая все правила этикета, которые ей вбивали в голову гувернантка и учителя. Платья, которые ей подобрали горничные, ей не нравились: казались то слишком вычурными, то слишком простыми. Слуги только тихо вздыхали, не понимая, откуда у девятилетней девочки такая требовательность. Одна из девушек даже шёпотом посетовала, что ребёнку совсем не оставили детства, раз она в свои годы ведёт себя почти как взрослая.

Наконец, выбрав синее платье, в меру праздничное и при этом не легкомысленное, девочка успокоилась. Волосы было решено оставить распущенными

К обеду она спускалась внешне спокойной, стараясь держать своё любопытство и некоторый страх в узде. Это был первый раз, когда отец предупреждал о важности гостя, хотя Иона и без того всегда была максимально вежливым ребёнком в присутствии других. Уже у дверей, когда лакеи открывали створки, Иона едва удержалась, чтобы не поджать губы. То, что обед накрыли в Сапфировой столовой, никто девочке не сказал. Хотя она узнавала у горничных – не хотелось попасть впросак с цветом платья. Мысленно пожелав слугам попасть под горячую руку главного дворецкого, Иона вздёрнула подбородок и вошла в столовую. Обычно, если выдавался случай обедать герцогу вместе с наследницей, она сидела от него по правую руку. Сейчас же на правой стороне стола стояло два прибора, что Иону насторожило. Самого герцога, как и гостей ещё не было. Вздохнув, девочка присела на один из диванчиков, что стояли у стен. В одиночестве усаживаться за стол она не решилась.

Она просидела так почти полчаса и уже было решила, что никакого обеда не состоится, как двери распахнулись.

На пороге стоял герцог, который обнимал за плечи светловолосую леди. На руках у него сидела девочка лет семи, как две капли воды похожая на женщину. Обе были одеты в светлые, роскошные платья. Волосы завиты и тщательно уложены даже у ребёнка, весь вид которой кричал о том, что для мамы дочь – любимая кукла для переодевания. Женщина блистала украшениями, которые некоторые постыдились бы надеть даже к ужину. Шикарное колье с редчайшим «Снежным камнем», в искусной оправе, которую явно делали на заказ. Иона смутно припомнила, что в маминой шкатулке драгоценностей, что досталась ей после смерти герцогини, она видела серьги в похожем обрамлении. На миг зажмурившись, Иона выбросила все мысли из головы. А когда открыла глаза, наткнулась на насмешливый взгляд женщины. Правда, та сразу же отвела глаза в сторону, будто ничего и не было.

Смеясь, троица новоприбывших направилась к столу, не обращая внимания на замершую у стены Иону. И девочка было почти обиделась, но тут герцог недовольным голосом спросил у лакея, где же наследница.

– Папа! Я вас уже полчаса жду тут!

– Ой! – Женщина вздрогнула, уставившись на Иону округлившимися глазами. – Эсселт, я думала это один из пажей. Это твоя дочь? Она так похожа на мальчика!

Иона изо всех сил сжала подол пальцами, отчего те побелели. Она – и мальчик? У неё волосы длинные, голос высокий, так она ещё и в платье стоит тут! Девочка перевела взгляд на отца, но тот только рассмеялся. Сердце Ионы рухнуло вниз, когда она услышала слова герцога:

– Да, она порой похожа на мальчугана. Кажется, она совсем ничего не взяла от своей матери-красавицы, как все говорят.

В голове ребёнка пролетела шальная мысль, что этот мужчина – вовсе не её папа. Ведь он всегда говорил, что она очень похожа на маму. В горле было встал ком, но Иона заставила себя успокоиться. Может, у папы просто плохой день?

Когда наконец стали садиться за стол, девочка с неудовольствием отметила, что незнакомка вместе с дочерью сели по правую руку от герцога.

– Папа, почему меня пересадили? Я всегда сидела справа.

– Иона, это просто место. Угомонись.

– Но справа сидят наследники и жёны! Разве она твоя жена?

– Иона Элар, я сказал успокойся! – Герцог гневно посмотрел на дочь. – Иначе я прикажу увести тебя в покои.

Краем глаза девочка заметила, как переглянулись женщина с девочкой. Казалось, им доставляет удовольствие смотреть на эту маленькую ссору.

Поджав губы, Иона опустила взгляд в тарелку и замолчала. Папа вёл себя странно, но ещё больше вопросов вызывали две незнакомки, которых, кстати, так и не представили.

Будто подслушав мысли дочери, герцог отставил в сторону кубок с вином и, откашлявшись, всё-таки решил исправить досадную ситуацию.

– Иона, эти две леди – Кассандра и Алее́на Грейстоун. Теперь они будут жить вместе с нами.

– Грейстоун? Вы дочь недавно усопшего графа Грейстоуна?

– Я была его женой.

Иона, вопреки всем правилам этикета, ошарашенно уставилась на Кассандру. На вид ей было максимум лет двадцать пять, и это совсем не