Стальная бабочка, острые крылья - Иван Константинов

Мириам не ответила. Она словно завороженная смотрела на ярко-желтый платок, пропитывающийся кровью у нее на глазах, просто вещь, принадлежавшую ей, одну из многих, которые у нее были.

Нет, теперь не было.

– Не хочу. – Мириам встала и сгребла все, что еще висело на полках в шкафу: пару курток, юбку и свитер.

Ее прежняя жизнь закончилась, и ей почти нечего было взять с собой – точно так же, как когда-то в прошлом, полтора года назад.

Бросив вещи на кровать, она завернула их в одеяло и скрутила в большой узел, потом вышла на кухню, ступая между лужами крови, и вынесла оттуда две коробки с личными вещами и медикаментами.

Человек в маске тем временем опустошил пистолет рейдера и зарядил свой собственный – небольшой черный игольник с широким магазином перед рукоятью.

– Очень хорошо, – сказал он, поймав взгляд Мириам. – У меня как раз закончились заряды.

Глядя, как незваный гость вешает пистолет на пояс и подбирает с пола свой страшный клинок, Мириам внезапно до конца осознала то, что заподозрила с самого начала. Существо в маске было женщиной, худой и узкобедрой, всего на несколько дюймов выше Мириам. Жуткий комбинезон почти не скрывал ее форм.

– Там есть еще вода и продукты, совсем немного. – Мириам подняла узел и коробки и смотрела, как женщина в маске вытирала лезвие одной из старых рубашек, подобранных в окровавленной куче.

Пыль в комнате медленно оседала, но дым от тлеющих пластиковых занавесок все еще висел под потолком.

– Хорошо, бери.

Клинок, чистый и блестящий, щелкнул, уходя в длинную рукоять так же легко, как обычный складной нож.

Они вышли во двор. Маска тащила тридцатилитровую бутыль с водой так, будто та ничего не весила, а Мириам волокла за ней свои нехитрые пожитки, дополнившиеся еще одним узлом с крупой, картошкой и сушеным мясом.

Она остановилась на секунду, и дыхание ее перехватило, может быть из-за тяжести узлов или же потому, что двора больше не было.

Пространство перед ее домом было засыпано дымящимися кусками металла, в которых угадывались обломки каров и домиков для гостей. Труба колодца, срезанная у основания будто ножом, смотрела в небо, как ствол орудия.

Рядом с колодцем, прямо на раздавленных остатках другого кара, стояла низкая бронированная машина военного типа, выглядевшая так же жутко, как и сама ее хозяйка, – с множеством отметин на броне, оплавленными щитками и ребристым цилиндром тяжелого излучателя, смотрящего своим слепым зрачком прямо на Мириам.

– Что здесь?.. – Мириам остановилась около колодца и заглянула внутрь.

Там, на глубине десяти метров, мерцала вода. Оплавленные края трубы все еще дымились и излучали жар, а в воде отражалось лицо девушки, маленькое и испуганное, с огромными черными глазами, точно такое же, каким она увидела его когда-то давно, впервые посмотрев в этот колодец.

Ее тихому островку посреди безумного и страшного мира действительно пришел конец. Опустив узлы в горячую пыль, она наклонилась и сняла с рукояти колонки, лежащей теперь рядом с трубой, маленький колокольчик.

Женщина в маске наблюдала за ней, поставив бутыль с водой на броню своей машины.

– Он звенел, когда набирали воду. – Мириам сжала колокольчик в кулаке. – На память…

– Это был разъезд. – Механический голос незнакомки не выражал ничего. – Это разведка, идущая впереди Руки. Их много, в этом разъезде было всего восемь, и остальные уже знают, что они мертвы.

– Мой грузовик за домом. – Мириам наклонилась, собирая узлы. – Дай мне две минуты, чтобы его завести.

Уже забросив вещи в трейлер, девушка оглянулась. Женщина в маске все еще стояла посреди двора, но теперь – возле колодца, и смотрела вниз, на свое отражение.