Шмяк! - Терри Пратчетт

— Что? Нет, нет, — ответил он. — Все в порядке.

«Вампир и вервольф в одном помещении, — думал Ваймс, шагая вверх по лестнице в кабинет. — Что ж, им придется как-нибудь поладить. И это — лишь первая проблема».

— А еще я проводила мистера Пессимала в кабинет! — крикнула вдогонку Шелли.

Ваймс остановился на полпути.

— Мистера Пессимала?

— Правительственный инспектор, сэр, — напомнила Шелли. — Тот, о котором вы мне говорили.

«Ах да, — подумал Ваймс. — И это вторая проблема».

…Это все политика. Ваймс никогда не мог ухватить ее суть, потому что для честного человека политика представляла собой сплошные ловушки. В одну из них он угодил на прошлой неделе, в кабинете Ветинари, на самом обыкновенном совещании…

— А, Ваймс, — сказал его светлость, когда тот вошел. — Очень любезно с вашей стороны прийти. Сегодня чудесный день, не правда ли?

«Да — был до сих пор», — подумал Ваймс, заметив в кабинете еще двоих.

— Вы хотели меня видеть, сэр? — спросил он, повернувшись к патрицию. — «Силиконовая лига противников клеветы» устроила марш протеста на Водяной улице, и вплоть до Малых ворот тянется длиннющий затор…

— Не сомневаюсь, затор может подождать, командор.

— Да, сэр. В том-то и проблема, сэр. Именно это он и делает.

Ветинари томно отмахнулся.

— Улицы, забитые гружеными телегами, — признак прогресса, Ваймс.

— Только в переносном смысле, сэр.

— Во всяком случае, я уверен, что ваши стражники справятся, — сказал Ветинари, кивком указывая на пустое кресло. — У вас их теперь так много. Столько расходов. Садитесь же, командор. Вы знакомы с мистером Джоном Смитом?

Мужчина за столом вынул трубку изо рта и взглянул на Ваймса с улыбкой дружелюбного маньяка.

— Кажется, до сих пор не имел удо'ольствия… — сказал он, протягивая руку. Невозможно, казалось бы, картавить на букву «в», но Джону Смиту это как-то удавалось.

«Жать руку вампиру? Черта с два, — подумал Ваймс. — Даже вампиру в безобразном свитере домашней вязки». — Вместо рукопожатия он отсалютовал.

— Рад познакомиться, сэр, — отрывисто сказал он, становясь по стойке «смирно». Свитер, связанный из шерсти несочетающихся оттенков, с тошнотворным зигзагообразным узором, действительно был ужасен. Больше всего он смахивал на подарок от тетушки, страдающей дальтонизмом, вещь, которую ты не смеешь выбросить из опасения, что мусорщики посмеются и пинком перевернут бак.

— Ваймс, мистер Смит… — начал Ветинари.

— …председатель анк-морпоркского представительства убервальдской Лиги воздержания, — сказал Ваймс. — Насколько я знаю, дама рядом с ним — миссис Дорин Подмиггинс, казначей упомянутого учреждения. Речь пойдет о том, чтобы я взял в Стражу вампира, не так ли? Опять.

— Да, Ваймс, именно так, — ответил Ветинари. — И — да, опять. Может быть, все мы сядем? Ваймс?..

Ваймс понял, что выхода нет. Он обреченно опустился в кресло. На сей раз предстояло потерпеть поражение. Ветинари загнал его в угол.

Ваймс хорошо знал все аргументы сторонников того, чтобы в городской Страже служили представители различных видов. Аргументы были веские, тогда как некоторые доводы противной стороны никуда не годились. В Страже наличествовали тролли, множество гномов, один вервольф, три голема, Игорь и, наконец, капрал Шноббс…[1]так почему бы и не вампир? Лига воздержания была признанным фактом. Члены Лиги, носившие черную ленточку с надписью «Ни капли!», — тоже. По общему мнению, вампиры, отказавшиеся от крови, отличались некоторыми странностями, но зато славились умом и сообразительностью и, следовательно, являлись полезными членами общества. А Стража была самым наглядным в городе воплощением власти. Почему бы не установить прецедент?

«Потому что, — отозвался потрепанный, но еще не побежденный дух Ваймса, — ты ненавидишь проклятых вампиров. Довольно обиняков, лицемерия, уклончивых фраз типа „общественное мнение этого не потерпит“ и „сейчас неподходящее время“. Ты, черт возьми, ненавидишь вампиров, и речь, черт возьми, о твоей Страже».

Остальные трое внимательно смотрели на него.

— Мистер Файмс, — сказала госпожа Подмиггинс, — мы нефольно замечайт, что фы до сих пор не приняли в Стражу ни однофо из членов Лиги…

«Меня зовут Ваймс, ради всего святого. Я ведь знаю, что ты в состоянии правильно выговорить мою фамилию. Впусти букву „в“ в свою жизнь. Так или иначе, у меня есть еще один аргумент, и он воистину железобетонный».

— Госпожа Подмиггинс, — сказал Ваймс, — до сих пор ни один вампир и не собирался вступать в Стражу. У них просто голова не так устроена, чтоб быть стражниками. И, с вашего позволения, я командор Ваймс.

Маленькие глазки госпожи Подмиггинс сверкнули праведным гневом.

— Фы хотите сказать, что фампиры… глюпы?

— Нет, госпожа Подмиггинс. Я хочу сказать, что они слишком умны. В том-то и проблема. Зачем умному существу каждый день рисковать тем, что ему оторвут яй… в смысле, голову, и все это за тридцать восемь долларов в месяц плюс покрытие расходов? Вампиры полны собственного достоинства, образованны, и перед фамилией у них стоит «фон». Для вампира найдется сотня занятий получше, чем патрулировать улицы. Что вы от меня хотите — чтобы я силой загонял их служить в Страже?

— Может быть, сразу по'ышать их в чине? — намекнул Джон Смит. На лице у него выступил пот, неизменная улыбка казалась безумной. Ходили слухи, что исполнение обета воздержания дается ему нелегко.

— Нет. Все начинают с улицы, — отрезал Ваймс. Он слегка покривил душой, но предложение Смита его оскорбило. — В том числе в ночной смене. Хорошая подготовка. Лучшее, что только может быть. Целая неделя дождливых ночей, когда клубится туман, по шее течет вода и в темноте слышатся странные звуки… Вот тогда мы понимаем, достался ли нам хороший стражник.

Как только Ваймс закончил фразу, до него дошло: он сам загнал себя в ловушку.

Разумеется, они уже нашли кандидата.

— Да, это хороший нофость, — заметила госпожа Подмиггинс, откинувшись на спинку кресла.

Ваймсу захотелось встряхнуть ее и крикнуть: «Дорин, ты не вампир! Да, ты вышла замуж за вампира, но никакой нормальный человек не в силах представить, чтобы ему вдруг захотелось тебя укусить! Настоящие абстиненты по мере сил держатся спокойно и ненавязчиво. Никаких развевающихся плащей, никакого причмокивания. Никто из них не срывает декольтированные ночные сорочки с юных девушек. Все знают, что Джон Никакой-Не-Вампир Смит на самом деле — граф Варго Сент-Груэт фон Вилинус. Но теперь он курит трубку, носит ужасные свитера, коллекционирует бананы и делает из спичек модели человеческих органов, поскольку считает, что хобби делает его человечнее. Но ты, Дорин? Ты родилась на Петушиной улице, и твоя матушка была прачкой! Никому бы и в голову не пришло срывать с тебя ночнушку, разве что в исследовательских целях. Но ты… кажется, всерьез увлеклась. Это, черт возьми, тоже хобби. Ты пытаешься выглядеть вампиристее, чем настоящие вампиры! И, кстати, твои вставные клыки прыгают, когда ты говоришь!»