Айн, цвай, драй, полицай! - Ульяна Тюмень

На сей раз птенчиков было трое. Точнее, спелых помидорок. Одну видела впервые, явно испанский сорт, близкий родственник декана, и ровесник ему.

Я досчитала минимум, что ж теперь, все бросать? Поправила полу балахона и полезла в кроватку. Ручки благонравно сложила и молвила овощам:

— Добрый день!

Помидорки оказались неговорящие.

Они что, женских ног от колена до пят не видели? Даже интересно стало, ей-богу. Может, им тут сексуальной революции не хватает.

Ректор вернул себе нормальный цвет первым. Мужик, у тебя не все потеряно.

Он сел на табурет, и помидорки, медленно превращаясь в баклажаны, застыли адъютантами за его спиной.

Волшебный мир, точно.

— Ладания, вы подумали?

— Да, магистр ректор, и совершенно с вами согласна, на первый курс. Меня смущает только вопрос оплаты.

— Не подумал бы, что вы умеете смущаться.

— Вы считаете это большим недостатком?

У баклажан образовались круглые глазки, и они строем вышли из палаты.

Я не пошевелилась, и ректор тоже, у него даже чувство юмора есть. Кажется.

— Память, я понимаю, не вернулась?

— Нет. Не хочет.

— А вы хотите?

— Безусловно. Лишнее знание не всегда обременяет человечество.

Он хмыкнул, устроился поудобнее:

— А почему так избирательно? А как же ведьмы, русалки, оборотни и гномы?

— А я кто? — спросила максимально спокойно.

— В документах написано — человек.

Кивнула, дескать, само собой.

— Но теперь я засомневался. Ладно, шутки в сторону. Вероятно, у вашего декана появились срочные дела, ему пришлось выйти, а жаль, мы планировали поспрашивать, что помните по основным предметам. Но раз вы согласились на первый курс, то вопрос отпал сам собой.

— Вопросы есть у меня, вы позволите?

— Позволяю.

А ведь он смеется!

— Магистр, я прочла, что экзаменов вступительных, как таковых, нет, принимают по величине резерва, но есть собеседование. Так это?

— Так.

— У меня есть необходимость проходить еще раз эту процедуру?

— Нет, конечно, нет. Вину академии за то, что с вами произошло, мы не отрицаем.

— Хорошо. Я могу проживать на территории академии до экзаменов и пользоваться библиотекой?

— Да.

— А что с питанием, не помню.

— С момента учебы все курсанты посещают нашу столовую, оплата вычитается из стипендии, до первых экзаменов получают стипендию все. До начала занятий приходите в столовую преподавателей, я распоряжусь. В комнату вас отведут завтра утром, библиотека работает и летом. Еще вопросы?

— Одежда и необходимые мелочи.

— Что именно?

— Мыло, расческа…

— Сначала посмотрите у себя в комнате.

— Вы уверенны, что все сохранилось, прошло полгода?

— Гм, хорошо.

— Благодарю вас за содержательную беседу, простите за мою настойчивость, последний вопрос: могу ли уточнить все-таки свой резерв?

— Завтра и посмотрим. И форму утром принесут. Всего доброго!

— Всего доброго, магистр, спасибо!

Так, есть еще важные моменты, но это мы решим сами, девочки, в узком кругу!

В очередной раз в засаде прогоняла сон. Листала учебник. Принесли бульон с ниточками мяса, кусок хлеба и морс из ягод. Прогресс, однако.

— Подождите, пожалуйста, я могу вас попросить поделиться вашими знаниями?

— Ты у нас тут одна, все равно делать нечего, спрашивай!

— Обучите меня, пожалуйста, как пользоваться светильником, душем, и что еще мне может понадобиться, а я не помню.

— Да моя девочка, да конечно же! Сейчас еще позовем наших практиканток… и все тебе покажем, и все тебе расскажем…

Совсем другое дело!

Кто сказал, что женским вихрем нельзя управлять? Да ладно, я офицер или где.

Одна мне показывала, вторая отмечала в учебнике или записывала, если ничего подходящего не было. Третья соображала, что еще необходимо знать. И даже весело было! Мы и поужинали кашкой у них в подсобке все вместе, а потом опять вернулись в палату. Тело уже слушалось.

Уснула поздно, но хотя бы стала понимать, куда попала, как с этим бороться и побеждать.

А для начала выжить.

Глава 2

С утра позанималась и вымылась самостоятельно. Как смогла. И жадно рассматривало свое тельце в блестящей поверхности душевой кабинки.

Кабина — громко сказано, функционал скромный, струи воды льются сверху, как из лейки, и все. Но они же маги! Значит, и я смогу. Вчера с девочками выяснили опытным путем, что резерв уменя вполне подходящий для мага-бытовика. Необходимо и достаточно для изучения программы. Но внутрь кабинки, к зеркалам, при целителях — я не полезла, сдержалась. Устала так, что ноги тряслись, и сразу легла спать.

Ну что ж…

Если составить привычный для меня словесный портрет, мы очень похожи. Телосложение худощавое, рост такой же, у меня метр семьдесят два, вот плечи поуже, и покатые, я-то подпортила свою фигуру плаваньем, да. Талия могла быть тоньше моей, но мышцы провисают, полгода проваляться без движения… Это мы поправим, без фанатизма, конечно. В целом — такой же смуглый длинноногий жеребенок. Этот образ отлично мне служил, хоть в платьях, хоть в комбезах, очень трогательно.

Мордашка моя, глазки серо-голубые, бровки тоненькие, носик аккуратный. Рот чуть крупнее, и губы полнее, зато зубы совершенно белые. Надо же! Чем они чистят, я не спросила. А, магия же, все время забываю. Волосы темные, вроде темнее моих. Когда отрастут, будет понятнее.

Если нас обеих развести в разные стороны комнаты, мы на одно лицо. Но если поставить рядом… Мы абсолютно разные. И я не знаю особенностей ее походки, жестикуляции, как она улыбается.

Радует то, что у нее, то есть уже у меня, нет подруг.

Но есть родственники.

Значит, чем позже мы увидимся, тем лучше. Человек взрослеет, меняется, а тут учеба, да и потеря памяти, то, се. Только вот мамы… моя бы узнала своего ребенка, если бы была жива. Тут может быть… очень непросто.

Пока себя разглядывала в душевой, мне в комнату занесли форму.

Блузка с воротником на стоечке, рукав длинный, цвет голубой. Подчеркнуть мои небесные глазки! Удлиненный жилет и юбочка ниже колен, в складку, темно-синие. Туфли серые, глубокий цвет, на толстой подошве, чуть приподнят каблук, как платформа, и серые гольфы.

Честно сказать, типичная наша форма ученицы в каком-нибудь лицее.

Одежду я умею носить любую. Научили. Отдельно зеркала в палате нет, в душ же не полезешь.

Взяла свои три методички и вышла на свет божий.

А меня ожидает синьор помидор боевого факультета!

Я сама скромность:

— День добрый, магистр!

Не повелся.

— Добрый, следуйте за мной.

И выражение личика неприязненное.

Помахала девочкам, до встречи, спасибо, и молча пошла следом за магистром, знакомиться с АМСО.

Шли мы по безлюдным извилистым коридорам, как будто