Как я съел ваши фаерболы 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

За те несколько часов, что фильтр выкачивал Разлом, дух рода схавал свою львиную долю и неплохо отожрался. Из полупрозрачной большой собаки он превратился в серебристо-лунного монстра. Шерсть горела холодным белым светом, клыки сверкали жидким стеклом, а в глазницах плясало безжалостное синее пламя Сибири. Тотем раскабанел на дармовых харчах до размеров боевого танка и пришел пояснять за иерархию.

Он почувствовал чужую ауру на своей территории и хотел раскидать на клыках конкуренту, кто тут в праве метить углы, а кто так, мышь.

Семья на крыльце замерла, в ужасе глядя, как два кошмара сходятся посреди узкого дворика.

Два исполинских зверя остановились в десяти шагах друг напротив друга.

Серебряный Дух-Хранитель оскалился, обнажив клыки. Шерсть на загривке вздыбилась. Черная Гончая ощерилась и припала на передние лапы, по бронированному позвоночнику побежали разряды черных молний. Из горла Тузика вырывалось тихое клокотание закипающего вулкана.

— Яр… сделай что-нибудь, — судорожно, почти беззвучно шепнула с крыльца Анжела Голубева, намертво вцепившись пальцами в подлокотники. — Они сейчас нам всю стальную стену порвут как фольгу… Полгорода снесут… Запрети им!

Но я лишь с ухмылкой наблюдал. Альфа не вмешивается в иерархию Стаи на нижних этажах. Это их война за место под солнцем. Если я полезу сейчас, они не поймут, кто из них главный.

Так что я просто скрестил руки на груди, чуть обнажил клыки в ухмылке и стал смотреть, как природа возьмет своё. Моя аура нависала сверху, напоминая им обоим, кто тут главный. А дальше пусть разбираются сами.

Но схватка закончилась, так и не начавшись.

Родовой Призрачный Волк сделал короткий выпад вперед, клацнув зубами-льдинами прямо в полуметре от морды мутанта. Это было своего рода послание: «Я тут жил до тебя, жрал от пуза, защищал старика, я Главный Охранник Альфы!».

Тузик, будучи Высшей тварью из страшнейшего измерения… остановился. Он внимательно оценил холодную, древнюю мощь серебристой махины перед собой. Глянул на меня, поняв, что заступаться за него я не собираюсь. И включил древнейший животный калькулятор выживания.

Гончая судорожно втянула кислотную слюну обратно в пасть, прижала свои шипастые, похожие на обрубки крыльев, уши. Гигантский мутант рухнул на свежий бетонный асфальт, вытянул передние лапы вперед и покорно заскулил. После чего завалился на бок и подставил свое уязвимое брюхо. Поза подчинения и покорности.

Двор шумно, с облегчением выдохнул. Иллириэль, незаметно спрятав ножи обратно в рукава фартука, лишь разочарованно цокнула язычком. Она, видимо, ставила на мясорубку.

Призрачный Волк гордо вскинул лунную голову. Смерил новенькую собаку надменным, барским взглядом патриция, разглядывающего крестьянина. Он медленно подошел к лежащей Гончей. Обнюхал её.

Затем Тотем снисходительно, практически с презрением, фыркнул, пустив морозный пар из ноздрей. Он развернулся, небрежной, вальяжной трусцой подошел к заднему левому колесу моего наглухо посаженного на пузо спорткара. Серебристый дух с наслаждением задрал полупрозрачную лапу и отлил призрачной искрящейся влагой прямо на литой диск.

Гончая Тузик в ту же секунду радостно подскочила с земли, весело тявкнула, виляя шипастым хвостом. Затем радостной, виноватой трусцой подбежала к спорткару.

И, словно закрепив мирный договор, Тузик задрал свою могучую черную ножищу и добавил туда же лужицу кислоты, отчего диск немедленно зашипел и расплавился к чертовой матери.

Хренова банда ссыкунов, мать их.

Я лишь выдохнул через ноздри, наблюдая, как резина шины превращается в пузырящуюся жижу.

Социальная адаптация требует жертв. В любом случае спорткар всё равно в ремонт.

— Отлично. Просто зашибись, — с сарказмом подвел я итог, поднимаясь на крыльцо под шокированные взгляды семьи. — У Стаи теперь есть два отмороженных сторожа с неконтролируемым мочеиспусканием и нулевой терпимостью к роскоши. Демид, готовь чертежи для укрепленного гаража на пять джипов. Все в дом. Время пожрать. Анжела, что там с ужином? И если это не мясо с кровью, я пущу тебя на отбивную.

Тяжелая, наглухо бронированная дверь нашего обновленного поместья захлопнулась с таким сочным, глухим лязгом, словно мы запечатали банковский сейф. Я мысленно поставил нашему юному архитектурному бюро крепкую пятерку.

Мы ввалились в теплый коридор. Я, Мелкая и наш новый шестисоткилограммовый пушистый друг Тузик, который тут же начал принюхиваться к ковру, выбирая, где бы ему удобнее рухнуть.

А вот наш строительный батальон явно дошел до ручки. Студентик Демид, едва переступив порог, издал какой-то булькающий звук, стек по узорчатым обоям в ближайшем углу и просто отключился, пуская слюни на паркет. Земляной маг выжал свое Ядро досуха, до звона в ушах.

Лиза Голубева плелась самой последней. Бывшая гламурная аристократка, гроза школьных коридоров и гордая повелительница металла сейчас напоминала зомби после двойной смены на урановых рудниках. На ней мешком висела заляпанная машинным маслом и цементом дедова роба. Лицо было серое от пыли, по щекам размазались грязные дорожки от слез, а руки плетьми висели вдоль тела.

Она сделала еще один нетвердый шаг, споткнулась о край персидского ковра и рыбкой полетела носом вперед.

Я даже не сбавил шага. Просто выкинул руку и небрежно, двумя пальцами, поймал её за шкирку брезентового комбинезона, как нашкодившего облезлого котенка. Девушка жалко пискнула, болтаясь в воздухе.

— Ногами перебирать надо шустрее, прораб, — хмыкнул я, легко ставя Лизу на пол.

Я смерил её придирчивым взглядом. Аура девочки мерцала тусклым, прерывистым светом, как перегоревшая лампочка в подъезде. Ядро пустое, аж стенки слиплись. Зато наш особняк превратился в гребаный базальтовый форт с бронелистами.

— Выглядишь, конечно, как кусок пережеванного картона. Но хату сколотила знатную. Одобряю. Стае нравится.

Лиза попыталась что-то сказать, но из пересохшего горла вырвался только сиплый выдох. Она покачнулась.

Я шагнул к ней вплотную и по-хозяйски сгреб за талию, прижав к себе. Голубева-младшая судорожно дернулась, её огромные, перепуганные глаза уставились на мою наглую морду. В зрачках читался животный ужас:

«Всё. Стройка кончилась. Сейчас он меня сожрет прямо в прихожей».

Но я лишь хищно улыбнулся, чуть наклонился к ее измазанному сажей лицу и слегка приоткрыл пасть.

Внутри меня Чёрный Желудок послушно крутанул барабан, смешивая остатки плотной маны от недавнего аукциона с сырой энергией Бездны. Я сдержанно дохнул ей прямо в лицо облачко магического тумана.

Лиза инстинктивно вдохнула… и замерла.

Её зрачки расширились так, что почти затопили радужку. Я вдул в неё чистейший энергетический коктейль со вкусом перечной мяты и жидкого электричества. Изголодавшееся, пустое Ядро металлокинетика впитало этот дар мгновенно, как губка. По бледным щекам Лизы тут же