Цвет моих крыльев - Екатерина Шашкова

Но разбудил меня Кьяло, ворвавшийся в комнату, как голодный медведь на пасеку.

– Подъем! Хватит уже дрыхнуть, а то без тебя начнут!

– Не начнут. Я первая… то есть вторая… ладно, третья претендентка на победу. А еще я девушка, а девушкам положено опаздывать. И вообще, рань же несусветная.

– Очень даже сусветная! Через полчаса общее построение всех участников.

– Ну так еще полчаса целых… Чего? – Я подскочила в кровати как ужаленная. – А как же завтрак?

– Завтрак был час назад, – развел руками парень. – Я честно пытался тебя разбудить, но ты не отзывалась, а дверь была заперта… В общем, пока я ее открыл…

Зная этого бронебойного субъекта, «открыл» надо понимать как «разнес вдребезги вместе с прилегающим косяком и запирающим заклинанием». Ну ни фига себе я спала!

А есть, как назло, хотелось все больше и больше…

– Я что, голодная должна отстаивать свою честь на поле боя?

– Почему? Я тебе бутербродов принес. Какой будешь: с сыром или с колбасой?

– Оба! – Я вцепилась в вожделенный завтрак сначала руками, а потом и зубами.

– А я не знаю, как там твоя честь, – в комнату протиснулся Флай, – но если опоздаешь на построение, то защищать ее придется в другом месте и со-о-овсем другими методами. И кстати, ты хоть заявку-то подать не забыла?

– Ч-черт! – Я судорожно сглотнула мешанину из хлеба, сыра и колбасы и потянулась за валяющейся возле кровати одеждой. – Хоть бы отвернулись, олухи.

– Да я уже, – пробубнил зардевшийся Кьяло.

– А чего я там не видел? – привычно отшутился Глазастый.

Но, что характерно, оба сразу же с преувеличенным вниманием уставились на пол и потолок соответственно. Пока парни изучали качество побелки и покраски моего обиталища, я поспешно натянула форму, побрызгала в лицо водой, мельком глянула в зеркало. И в который уже раз сама себе напомнила новогоднюю елку.

Дело в том, что форма академии делилась на мужскую и женскую. Причем женская представляла собой безразмерный суконный сарафан длиной до щиколотки, и в нем даже красавица Кардинн выглядела как баба на чайник. Естественно, все девушки, когда была такая возможность, носили мужской вариант формы: штаны, рубашку, куртку и сапоги. При этом штаны и куртка были выдержаны в цветах академии – зеленые с золотом, а рубашке полагалось быть либо белой, либо родового цвета. То есть в моем случае тоже зеленой. (Вообще поговаривали, что в основании академии самое непосредственное участие принимал какой-то предок моего «дядюшки» Муллена, отсюда и совпадение цветов.) А у меня еще и глаза зеленые. Ну и прибавьте теперь коричневые сапоги. Что получается? Натуральная вечнозеленая елка, только вместо пятиконечной звезды на макушке россыпь коротких черных волос. И уши торчат, как у добермана на тропе войны.

– Ну ты там скоро? – поторопил Флай, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

А у меня вдруг возникло жгучее желание двинуть его чем-нибудь по башке, чтоб стабильно опоздал на построение. Если меня из-за не поданной в срок заявки не допустят до участия, хоть не так обидно будет. Посидим втроем, как в старые добрые времена, предадимся ностальгии… Благо Кьяло уж точно никуда не торопится.

Мой лучший друг в турнирах вообще никогда не участвовал из-за природного человеколюбия. В смысле боялся, что в процессе особо напряженного поединка его опять может переклинить в берсерка, и тогда – бедный соперник, бедные зрители, попавшиеся под раздачу, и бедный он сам, естественно. Мне было проще: я хотя бы могла самостоятельно решать, применять магию или нет. Но колдовство на соревнованиях все-таки здорово походило на жульничество. Тем более что могли заметить, и это поставило бы под удар не только меня, но также Кьяло, и Хозяина… Так что пока что я не рисковала. Честно говоря, за прошедшее время я магией пользовалась исключительно для того, чтобы запирать двери да зажигать в комнате свечи, потому что с местными способами добывания огня так и не освоилась. А метать фаерболы во все стороны нужды не было. Хотя иногда очень хотелось запустить парочку в особо занудного преподавателя. Или в Кардинн. А уж с каким удовольствием я подпалила бы Риссу…

– Пошли уже, соня!

Терпение парней все-таки лопнуло, и моим пироманским фантазиям пришел конец. Потому что мечтать о таких вещах надо в тихой и уютной обстановке, а не болтаясь как мешок с мукой на широком плече Флая (и когда только этот задохлик успел вырасти?).

– Все собрала, надеюсь? – Кьяло подхватил объемистую сумку с доспехами и поспешил следом за нами.

– Не помню, – честно призналась я, пытаясь подтянуть сползающий сапог. Все-таки великоват, зараза. – Да и какая разница? Вот если бы я целенаправленно шла выигрывать …

– А ты что, показательно проигрывать собралась, что ли? Сюрприз Муллену готовишь?

– А он тут при чем?

– Как это? Он же вчера приехал!

Вот как, значит! Приехал, а мне даже словом не обмолвился. Кьяло в курсе, и еще полгорода наверняка знает, и весь замок… А ко мне даже в гости не зашел!

Кажется, я наконец-то начала понимать Тьяру, вечно упрекавшую отца в отсутствии внимания. Ему до всего дело есть, кроме нее… и меня.

– Что, решил тряхнуть стариной и поучаствовать в организованном мордобитии? – Я изо всех сил постаралась придать лицу выражение относительного безразличия. Сделать это было нелегко, особенно учитывая, что Глазастый как раз начал спуск по крутой лестнице и все время норовил задеть перила моей головой.

– Насколько я знаю, нет. По делам, наверное. Или просто поглазеть, как молодежь резвится.

Поглазеть… Явно не на образцово-показательный фарс, организуемый академией. А на настоящий турнир, куда я с таким упадническим настроением могу и не попасть. И Хозяин в очередной раз убедится в том, что его «племянница» – полнейшая бездарность.

– Обидно…

– Что именно?

– Да так, не бери в голову. Лучше скажи честно: я могу пробиться в Турнир Равных? Теоретически?

– Только если возьмешь второе место в нашем. Первое-то тебе точно не грозит: не доросла еще, – вклинился в разговор Флай.

– И кто это говорит? Мое постоянное и излюбленное средство передвижения! – Я извернулась и отвесила парню беззлобную затрещину, от которой он даже не попытался уклониться. – Ну а серьезно? Шансы-то у меня есть?

– Шансы-то есть… – задумчиво ответил он. – А вот как ты ими воспользуешься, сейчас посмотрим. Только учти – я поддаваться не буду.

– И не придется! Я сильнее.

– Не сильнее, а увертливее, – лениво поправил Кьяло.

– И умнее! – подхватила я. – Ведь если признанный чемпион, победитель трех последних турниров несет меня на руках, значит, он давно признал свое поражение и хочет таким образом показать, как ничтожно мало значит его скромная персона в этом бренном мире.