Пятый элефант - Терри Пратчетт

На противоположной стороне улицы клоун поднял лестницу, повернулся, сбил стоявшего за его спиной клоуна в ведро с водой, снова повернулся, чтобы посмотреть, чем вызван шум, и свалил пытавшуюся встать жертву обратно в ведро. Толпа молча смотрела. Если бы это было смешно, клоуны бы этого не делали.

– Все Гильдии против, – сказал заместитель Ваймса, капитан Моркоу Железобетонссон, когда клоуну с лестницей вылили в штаны ушат воды. – По-ихнему это не что иное, как «вторжение в частные владения».

Огонь охватил комнату на первом этаже.

– Если мы позволим зданию сгореть, по индустрии городских развлечений будет нанесен серьезный удар, – совершенно искренне произнес Моркоу.

Ваймс бросил на него косой взгляд. Впрочем, весьма характерное для Моркоу замечание. Оно звучало вполне невинно, но заключало в себе второй смысл.

– Определенно, – кивнул Ваймс. – Таким образом, предлагаю что-нибудь предпринять. – Он сделал шаг вперед и поднес сложенные ладони к губам. – Слушайте все, говорит Стража! Делаем водяную цепочку!

– А может, не надо? – выкрикнул кто-то из толпы.

– Надо, – решительно ответил капитан Моркоу. – Давайте пошевеливайтесь. Если организуем две цепочки, с пожаром будет мигом покончено! Ну, чего застыли? Это ведь даже весело!

И многие зеваки, как заметил Ваймс, подчинились. Моркоу искренне считал, что в Анк-Морпорке нет плохих людей, и почему-то горожане испытывали совершенно необъяснимое стремление оправдывать это его отношение.

К вящему разочарованию толпы, как только клоунов разоружили и отвели в сторонку, пожар был быстро потушен.

Ваймс закурил сигару. К нему подошел Моркоу, вытирающий пот со лба.

– Причина пожара – пожиратель огня, – отрапортовал Моркоу. – Видимо, съел что-нибудь.

– За сегодняшнее нам еще воздастся. Небесная кара постигнет нас, – хмыкнул Ваймс, когда они двинулись дальше, патрулируя городские улицы. – О нет… А там-то что?

Моркоу поднял взгляд на ближайшую клик-башню.

– Беспорядки на Цепной улице, сэр, – сказал он. – Объявлена общая тревога.

Они перешли на бег. Именно так полагалось поступать по сигналу общей тревоги. На месте попавшего в беду вполне мог оказаться ты сам.

На улицах все чаще стали попадаться гномы, и Ваймс начал догадываться, что их ждет впереди. Гномы выглядели крайне озабоченными, и двигались они в одном и том же направлении.

– Все уже кончилось, – констатировал Ваймс, когда они завернули за угол. – Слишком много подозрительно невинных зевак.

Что бы тут ни случилось, действовали с размахом. Улица была усеяна всевозможными обломками и значительным количеством гномов. Ваймс замедлил шаг.

– Третий раз за неделю, – покачал головой он. – Да что такое на них нашло?

– Трудно сказать, сэр, – ответил Моркоу.

Ваймс бросил на него пронзительный взгляд.

Моркоу был воспитан гномами. Кроме того, в любых ситуациях он старался говорить правду.

– «Трудно сказать»… Это то же самое, что и «не знаю»?

Капитан смущенно потупился.

– Думаю, тут замешаны… политические вопросы, – наконец пробормотал Моркоу.

Ваймс заметил торчащий из стены метательный топорик.

– Да, это я и сам вижу.

Кто-то шагал им навстречу по улице, и, вероятно, этот кто-то и был истинной причиной прекращения беспорядков. Младший констебль Шпат, самый здоровенный тролль из всех, что доводилось видеть Ваймсу. Он нависал над всем и вся. Шпат был настолько большим, что совершенно не выделялся в толпе, поскольку сам по себе был толпой. Люди не замечали его, потому что он загораживал все остальное. А еще, как и большинство крупных существ, он был инстинктивно добрым и довольно-таки стеснительным, предпочитая выполнять приказы других, нежели решать самому. Приведи его судьба в какую-нибудь уличную банду, он стал бы ее мускулами. В Страже он выполнял роль щита, за которым прятались остальные стражники.

– Похоже, все началось в кулинарии Буравчика, – сказал Ваймс, когда подтянулись остальные стражники. – Допросите владельца.

– Не слишком удачная мысль, сэр, – твердо заявил Моркоу. – Он ничего не видел.

– Откуда ты знаешь? Ты ведь даже не поговорил с ним.

– Просто знаю, сэр. Он ничего не видел. И ничего не слышал тоже.

– Хотя толпа разгромила его закусочную, а потом устроила на улице драку?

– Именно так, сэр.

– Ага, понимаю. Хочешь сказать: не тот глух, кто не слышит, а тот, кто не хочет слышать?

– Нечто в этом роде, сэр. Послушайте, сэр, все уже закончилось. Думаю, никто серьезно не пострадал. Так будет лучше, сэр. Прошу вас.

– То есть… это личное гномье дело, да, капитан?

– Так точно, сэр.

– Но это Анк-Морпорк, капитан, а не какой-нибудь рудник далеко в горах, и я обязан поддерживать в городе порядок! А это, капитан, совсем не похоже на порядок. На улицах творится хаос! Что скажут люди?

– Так и скажут, сэр. Еще один день в жизни большого города, – с деревянным лицом откликнулся Моркоу.

– Да, полагаю, примерно так они и выразятся. Тем не менее… – Ваймс поднял с земли стонущего гнома. – Кто это сделал? – спросил он. – Я не в настроении играть с тобой в молчанку. Имя! Ну?

– Аги Молотокрад, – пробормотал гном, вяло трепыхаясь в хватке Ваймса.

– Отлично, – сказал Ваймс, отпуская гнома. – Моркоу, запиши.

Гном благоразумно поспешил скрыться за углом.

– Никак нет, сэр.

– Не понял?

– В городе нет никакого Аги Молотокрада, сэр.

– Ты что, всех местных гномов знаешь?

– Многих из них, сэр. Но Аги Молотокрада можно встретить только в рудниках, сэр. Это дух-проказник, сэр. Например, «сунуть туда, куда Аги уголь сует» означает…

– Я уже догадался, – перебил его Ваймс. – Ты хочешь убедить меня в том, что, судя по словам этого гнома, беспорядки возникли без какой-либо причины? На пустом месте?

– Более или менее, сэр. Прошу прощения, сэр. – Моркоу пересек улицу и снял с ремня две белые ракетки. – Я просто переместился в зону видимости башни. Думаю, нам следует послать сигнал.

– Зачем?

– Мы заставляем патриция ждать, сэр. Воспитанные люди должны предупреждать о своем опоздании.

Ваймс достал часы и уставился на циферблат. Похоже, это будет один из тех самых дней… которые случаются каждый день.

Вселенная устроена так, что человек, всегда заставляющий вас ждать как минимум десять минут, в тот день, когда вы опоздаете на десять минут, будет готов к встрече десятью минутами раньше. И постарается подчеркнуть ваше опоздание, ни словом о нем не упомянув.