Божественная шкатулка - Барри Лонгиер

– Так, значит, он сможет взлететь?

– Взлететь? Что за убогое слово! – Я поднял глаза к небу и указал на высокое облако. – Лучше будет сказать, что он воспарит в небеса. – Я сделал жест, изображавший воображаемый полет в небесные выси, который сопровождался плавными извивами, взлетами, падениями и снова взлетами на разной скорости.

Я уже готов был подать сигнал, по которому ковер скатался бы в трубку, когда к нам подбежал местный дурачок по имени Дорк. Здешние торговцы часто используют его в качестве скорохода, передающего различные известия.

– Хозяин Корвас, я...

В то же мгновение я поспешно спрятал свой потайной свисток.

– Умолкни, Дорк! У меня сейчас покупатель. – С этими словами я повернулся к волшебнику. – Простите меня, уважаемый Йоркис.

– Что происходит? – вопросил Йоркис недоуменным тоном.

– Простите? – повторил я и посмотрел туда, куда показывал покупатель. Оказалось, что около полусотни выдрессированных мною марзакских жуков беспорядочной армией выскочили из-под ковра и устремились прямо на рыночную площадь. Времени на объяснения не оставалось. Потребовались долгие годы, чтобы научить жуков повиноваться моим приказаниям, и я, естественно, устремился вслед за ними.

– Стойте, господин! Осторожно, госпожа, смотрите, куда ступаете! – завопил я. Признаюсь, что самообладание могло в любое мгновение покинуть меня, к тому же было неизвестно, как поведет себя Йоркис. На моем пути неожиданно возник какой-то безумец, выскочивший из близлежащей торговой лавки с жутким приспособлением, наверняка специально изготовленным для палача Кваага, обслуживающего королевскую темницу. Это был огромный барабан, приводимый в движение при помощи ручки. Катясь по мостовой, он громыхал так, будто происходило землетрясение. Из-за него мне пришлось резко сбросить скорость и посторониться. Прежде чем я успел пошевелиться, эта тварь своим чудовищным сооружением успела проехаться по моим бесценным марзакским жукам.

Увиденное привело меня в ужас. Катастрофа! Я погиб. Кто же теперь захочет купить ковер? Мысли о потере моих верных жуков, которых я помнил по именам, еще более усилили мое отчаяние. Я хорошо знал Бентию и ее детишек Нэба и Тиба; отчаянного Бомбу, которому приделал протез после того, как голодная самка богомола лишила его ноги; дряхлого Хадруббу, который в свое время первым попал мне в руки в дни, когда я оказался на финансовой мели...

Я был начисто разорен. Прежде чем мне удалось снова прийти в себя, существо с жутким инструментом для пыток вернулось и обратило ко мне свое сияющее идиотской улыбкой лицо.

– За свои услуги, брат, я не возьму с тебя ни гроша!

– Ни гроша? Ни гроша! За какие такие услуги, недостойный безумец? И не набивайся мне в братья, жалкий, вонючий отпрыск вулотского слизняка!

К лицу этого парня прилила кровь.

– Я нахожу твои слова оскорбительными, коверщик!

– Коверщик? Ты сказал коверщик? Я – Корвас, торговец коврами, и продаю лучшие волшебные ковры в этой или любой другой Вселенной! А ты кто такой?

– Я – садовник Обюшон. Я также занимаюсь и торговлей.

– Торговец, – презрительно произнес я. – Какой же торговец станет расхаживать с таким вот инструментом пыток?

Негодяй рассмеялся мне прямо в лицо, и я бы заставил его проглотить дерзкий смех, если бы он не поставил свой чудовищный инструмент между собой и мной.

– Это не инструмент для пыток, брат Корвас. Это мой товар, я продаю его. Это газонокосилка.

– Газонокосилка? – Я посмотрел на поверхность принадлежащего ему огромного барабана. Она вся была усеяна раздавленными трупиками дорогих моему сердцу жуков. – Для чего она нужна?

– Как для чего? Для стрижки газонов и лужаек!

Я качнул головой и рассмеялся в ответ на забавные слова моего собеседника.

– Я что, похож на человека, у которого уши набиты сеном? Да, приятель? Для чего, безумец, нужно подстригать лужайки? Ведь после этого останется одна лишь голая земля, а трава засохнет от солнечных лучей.

– Нет, Корвас. Стричь – значит делать поверхность плоской и ровной.

– А вот и нет! Стричь так стричь, ровнять так ровнять!

Обюшон вздохнул и кивнул:

– Ну хорошо, пусть это будет не газонокосилка, а газоновыравниватель.

– Не вижу никакого толку в этой штуке. Да и ты сам, похоже, плохой торговец. Еще ты наверняка слишком много пьешь, бьешь жену, детей и собаку, воруешь в храмах и у слепых нищих и скорее всего плохо кончишь. Я больше не хочу тебя видеть. Убирайся прочь!

Я повернулся было лицом к моему покупателю Йоркису и его золотым, но того уже и след простыл. На его месте стоял дурачок Дорк. Он тут же принялся пресмыкаться передо мной.

– Прости меня, хозяин Корвас! Прости!

– Простить тебя?!

Дорк подобрал с земли палку и протянул ее мне.

– Ударь меня, хозяин! Я заслужил наказание! Пожалуйста, ударь меня!

– Смирись с этим, идиот! – Я переломил палку о колено и бросил ее в дорожную пыль. – Говори, что тебе было велено мне передать, или ты пожалеешь, что появился на белый свет.

– Что? – По лицу Дорка было видно, что он тщетно пытается понять смысл произнесенной мною фразы.

– Не обращай внимания на мои слова, идиот! Просто передай послание.

– Послание?

– Какое у тебя имеется для меня послание?

Дорк был на грани паники.

– Прости меня, хозяин, но я, видно, все позабыл...

– Что??? – Я двинулся прямо на Дорка. Тот попятился и упал спиной на мои оставшиеся ковры. Судьбе было угодно, чтобы при падении на ковры он угодил на оставшихся в живых марзакских жуков, безвозвратно погубив и то, и другое. Мне ни за что не отыскать чистильщика, который взялся бы вывести с ковров темно-пурпурные пятна марзакских жуков. Это уже слишком для хваленого волшебства Искандара. Я протер глаза и покачал головой. Боги – покровители торговли время от времени любят пошутить, и тут уж ничего не поделаешь. Однако те многочисленные случаи, когда они избирали объектом своих развлечений вашего покорного слугу, часто приводили меня в замешательство. Наверняка есть и другие – те, кто тоже вполне мог бы поразвлечь их.

– Хозяин?

Я открыл глаза и увидел стоящего передо мной Дорка. Кивком головы указав в сторону Западных ворот рынка, он произнес:

– Волшебник сказал, что обратится к королевской страже и потребует, чтобы с вас за мошенничество живьем содрали кожу!

– Тебе есть еще что сказать, чтобы сделать мой день еще более счастливым? Может быть, гетеринская религия снова призвала к погромам неверующих? Или состоялось новое нашествие на город жутких жуков из моря Чара?

– Ж-жутких жуков?

– Я шучу, идиот.