Зов любви - Ариэлла Одесская

— Ага, значит, все же решила поиграть в фею! — произнес отец. — Милая, наказание ты выберешь за свой обман и манипуляцию родителями. Ты могла просто попросить, мы бы тебе не отказали, просто проследили и помогли тебе, — строго проговорил отец. — Признайся, это твоих рук дело, то, что у тризара нет малышей и то, что мы не видим, что в его гнезде происходит?

— Милая, еще ты будешь наказана за то, что без спросу взяла конфеты, — вспомнила мать о воровстве.

— Да! — уже по-настоящему расплакалась Ясмина. — Я больше не буду так делать. Только позвольте мне завершить игру, — мать обняла дочь, утишая ее.

— Так какое ты выбираешь для себя строгое наказание? — строго проговорил отец.

— Отправлюсь к прадедушке! — горестно вздохнула она, при этом Светарра с беспокойством посмотрела на мужа. Тот ободряюще ей улыбнулся и мысленно сообщил, что все будет нормально, он позаботиться об этом.

— Хорошо, ты уже присмотрела для него любимую? — спросила Светарра, чтобы ободрить свою малышку. Ей было жаль ее наказывать, но иначе нельзя, проступки очень серьезные. Что может быть хуже вранья и манипуляции родителями.

— Да среди тех, кто мог бы иметь взаимную любовь, есть одна бедняжка, — загорелись глаза малышки. — Пойдемте к вам на работу, я покажу, она правда из закрытого техногенного мира, но так же даже интересней играть, — вскрикнула радостная Ясмина, готовая спрыгнуть с маминых колен и уже бежать.

— Э, нет… дорогая, вначале обед! — пересадила она дочь на ее место за столом. — Или съеденные конфеты аппетит отбили? — строго посмотрела на нее мама, вспомнив за конфеты.

Ясмина покраснела, вдруг ей стало стыдно за свое воровство, взмахнула рукой и из пространства выплыла коробка конфет, опустившись на стол.

— Я съела всего лишь одну, — увидев приподнятую бровь матери, добавила. — Не успела больше, хотя очень хотелось, — покраснев, призналась она. — Тризар воззвал, пришлось оставить все и идти на зов.

— Заберешь их собой к прадеду, ты их выстрадала, — рассмеялся отец, потрепав ее по волосам.

После торопливого обеда Ясмина с матерью отправилась в ее «творческую студию», так она называла место, где творила различных существ. Прочитав воспоминания дочери, она весело произнесла.

— Ну, что ж выбирай аватар для своей подопечной. Можешь изменить его и наделить его способностями по своему усмотрению.

После она начала с любопытством наблюдать за своей дочерью, которая от усердия высунула кончик язычка и с сопением трудилась. По прошествии времени малышка радостно воскликнула.

— Все готово, можно переселять ее душу.

Светарра внимательно посмотрела на творение рук своей малышки и спросила.

— Милая, ты уверена? — подхватила она ее на руки.

— Мам, ты сама говорила, что красоты и молодости мало, могут обидеть или забрать себе и останется наш змей без любимой.

— Ну ты же будешь приглядывать за ней? Теперь ты несешь ответственность за нее, иначе она может погибнуть.

— Конечно буду, ведь это так интересно! — поцеловала она мать в щеку. — Спасибо тебе, мамочка, и прости меня, что огорчила тебя.

— Мы давно тебя простили, котенок, мы же любим тебя с папой, но наказание это для твоей пользы, — поцеловала она дочку в ответ.

На следующий день родители поцеловали малышку, которая держала в руках улику своего преступления, коробку с конфетами. Мэрор открыл портал и произнес последние напутствия.

— Котенок, помни, что яркая твоя сущность может окрасить мрачный мир! И твой прадед нуждается в тебе. Вернешься, как только захочешь, но только не сегодня! — предупредил с поспешностью отец, как-то по-особенному посмотрев на свою жену.

Неунывающая малышка кивнула головой, помахала им ладошкой и шагнула в портал. Мэрор обнял свою жену и муркнул ей на ушко.

— Не переживай, моя кошечка, я сделал так, что теперь никто и никогда не сможет лишить нашу малышку божественных сил, даже такой могущественный бог, как мой дед. Я хочу, чтобы ты знала, мы отправили к нему нашу Ясмину не для того, чтобы наказать ее, а для того, чтобы она перевоспитала нашего мрачного деда, — затем он рассмеялся. — Наша малышка умеет быть сущим наказанием, даже для такого, как он.

Настроение Мэрора изменилось: из родителя он стал мягким и мурчащим любвеобильным котом. Подхватив свою жену на руки, он потерся об ее макушку и соблазнительно муркнул.

— Пока малышки нашей нет дома, помурчим! — накрыл он ее губы в сладком поцелуе, направляясь в их спальню.

А малышка в это время вышла из портала и с криком кинулась к прадеду. Который восседал на своем жутком троне в устрашающем виде бога Войны и Смерти и обозревал свой мрачный мир, погрязший в войнах, сражениях.

— Деда, смотри, что я тебе принесла! — с этими словами она влезла к нему на колени, обняла его за шею и чмокнула в нос, так как шлем в виде черепа укрывал его щеки.

От чего суровый дед опешил на месте и легонько, несмело погладил правнучку по спине. Он уже не помнит, чтобы его вот так искренне были рады видеть и, тем более, обнимали и целовали, как родного. Эта яркая жизнерадостная малышка перевернула всю его божественную сущность и капельку растопила лед его холодного сердца. Он настолько был изумлен, что забыл про все свои божественные и устрашающие спецэффекты и проговорил обычным голосом.

— Так, посмотрим из-за чего тебя сослали ко мне в наказание, — после этих слов малышка быстро открыла коробку, достала конфету и ловко ее развернула, а затем всунула ее ему в рот. Медленно пробуя ее на вкус, дед так же, как и внучка, прикрыл глаза от удовольствия.

— Это они так думают, что наказывают меня, — рассмеялась Ясмина. — Мне очень нравится у тебя. Ты у меня любимый дед! У тебя тут столько нового и необычного, интересного, — подольстилась она к нему, затем быстро развернула вторую конфету и сунула себе в рот. — Ммм… Правда вкусно? — спросила она с полным ртом, жуя. Как можно наказывать за то, что хочется их постоянно.

— Очень вкусно! — согласился с ней дед, и перед ним развернулась вторая конфета, зависнув в воздухе, ее он тут же отправил в рот. — Но ведь тебя, маленькая проказница, не из-за них отправили ко мне.

— Нет, конечно! — беспечно пожала она плечиками и сцапала вторую конфету. — Ты ведь все уже сам знаешь, но я сама попросилась к тебе. И не для того, чтобы отбывать наказание, — решила она обезопасить себя. — Я просто захотела тебя увидеть, — заулыбалась она. — А то я же знаю, как тебе тут скучно одному, уже все надоело, наверное. А со мной не соскучишься! — и это прозвучало, как скрытая угроза. — Деда, я, кстати, знаю, где можно достать такие вкусные конфеты, — проговорила она с видом заговорщика.

Вместо ответа ее дед замер на месте, затем проговорил, вставая вместе с ней.

— Вот что, посиди тут немного я сейчас вернусь, — усадив ее в свой огромный трон, он пропал из виду.