Печать льда - Сергей Малицкий

– Пойду я, подумаю. Есть одна думка, только холодом от нее веет. Решиться еще надо поперек холода пойти. Ты, вельт, покажи пока парню мой товар, может быть, и сам что подберет себе, а я по-всякому за уговор один подарок ему сделаю.

Сказал и исчез. Хмыкнул Орлик, хлопнул Рина по плечу и пошел вдоль стен кольцами греметь, занавеси в стороны раскидывать. Тут младший Олфейн, который только-только хмель из глаз сгонять начал, рот и разинул. Первый раз за день гнусный взгляд Фейра Гальда из памяти выбросил. И хоть не слишком светло было в комнате, а все одно – как ослепило увиденное. Недаром Орлик назвал хозяйство Ханка лучшей оружейной Айсы.

А комната как бы не втрое просторнее оказалась! По одной стене лежали на широких полках да висели разнообразные мечи, топоры, кинжалы. Стояли в пирамидах копья, пики, секиры, алебарды и уж вовсе диковинные приспособления, вроде насаженных на древки тесаков. Полки напротив были плотно заполнены доспехами. Шлемы, кольчуги, кирасы, наручи, поножи, перчатки, жилеты, стеганки блестели металлом и кожей, отсвечивали разводами покрывающего их масла, исключая те из них, что были заботливо укутаны в холст. Вдоль потолка и по полу выстроились в два ряда щиты – маленькие и побольше, стальные и деревянные, окованные железом и обтянутые кожей. Короткая стена за спиной ощетинилась связками стрел, а та, в которой таилась низкая дверь – расправившими рога луками и спущенными самострелами.

– Да тут можно не одну дружину вооружить! – восхищенно воскликнул Рин, касаясь пальцами диковинного меча, не уступающего размерами подарку опекунши. Длинная рукоять заканчивалась усами гарды, через ладонь ниже по клинку были устроены усы поменьше, а дальше следовал сверкающий клинок, лезвия которого на две трети от рукояти изгибались мелкой волной.

– Можно-то можно, только смеху будет, – кивнул Орлик. – Всякий воин в той дружине будет, словно чужеземец на краю света. Ханк порой в ущерб торговле что-нибудь дивное готов прикупить, отсюда и выбор такой. Однако эсток твой хоть и оценил, но покупать не поспешил, видно, даже он не слишком готов Фейра Гальда гневить. Ты на фламберг не заглядывайся, ищи оружие по руке, и на доспех тоже не смотри, сейчас это нам никак не по деньгам.

– Обойдусь без доспеха, – гордо выпрямился Рин.

– И гордыню умерь, парень, – спокойно заметил вельт, перебирая на полке топоры. – Я-то знаю, почему тебе пришлось с отцовским доспехом расстаться, постыдного в том ничего нет. Если бы мой отец умирал у меня на руках, я бы тоже все с себя продал, чтобы его дни продлить. Понял меня?

Рин сглотнул терпкий комок в горле, кивнул. Ярость, которая готова была бросить его в жар, словно утихла сама собой.

– А ведь не обманул меня Ханк, – оживился Орлик. – Уж год прошел, а лучше того топора и той пики, что я выторговал у него, ничего пока у мастера не появилось. Ты-то что ищешь? Я так понял, что меч у тебя был прямым, заточен с двух сторон, длиной в полтора локтя, в опущенной руке касался земли острием. Так? Вот такой и ищи! Некогда руку под другой клинок подбивать.

– Не могу выбрать, – растерянно вздохнул Рин, – глаза разбегаются.

– Сейчас, – Вельт подошел к мечам. – Вот здесь у Ханка прямые мечи под одну руку. Скамские коротковаты будут, вельтские – больно широки, а вот тарские – в самый раз. Тарсы – испокон века воюют. Если бы не Пуща, и Скаму давно бы сгрызли. Только и обломали зубы о вельтов на севере, да об Айсу на юге. Вот! Выбирай!

Орлик выложил на стол три меча сразу. Прямые лезвия были одинаковыми по длине и ширине, но все же разнились между собою. У одного была широкая пята, другой вовсе обходился без нее, зато имел канавки по всей длине. Третий выглядел чуть массивнее прочих, но заточен с одной стороны полностью, а с другой только на треть длины. Рукояти приятно холодили ладонь серебряными насечками, гарды изображали козлиные рога. Орлик ощупал шары противовесов, поднял один меч к лампе. В серой глубине клинка заискрилась сумятица изморози.

– Литой, – покачал головой вельт. – Редкая работа! В самой Тарсии таких мастеров теперь всего три семьи и, похоже, по одному клинку от каждой Ханк имеет. А ведь лет по двести каждому мечу! Вот только кажется мне, что Фейра они не остановят.

– Фейра должен приятель твой остановить, а не меч сам по себе, – подал голос вернувшийся Ханк. – Хотя вооружить его надо. Хороший выбор вы сделали, кстати. Под твою руку, Олфейн, у меня лучше и нет ничего. Почти нет. Но прежде чем выбор делать, ответь, готов ли честью поручиться тайну хранить, если открою ее тебе?

Нахмурился Рин, оглянулся на вельта, а тот брови поднял да ручищи в стороны развел, мол – твоя честь, ты и решай.

– На тайну не напрашиваюсь, но слово свое всегда держу. А приятель мой старый, Камрет, всегда говорил, что всякий секрет как звено цепи, одно ухватишь – следующее само покажется.

– Камрет словно мудрость Айсы, – усмехнулся тарс. – Старый и маленький. Когда нужен – исчезает, когда не нужен – под ногами путается. Я из секретов цепи не собираю, а то звено, что здесь в свертке у меня, оно хоть и тайное, но что-то мне подсказывает, без него тебе собственную цепь никак не продолжить!

– Открывай сверток, – кивнул Рин.

– Ну смотри, парень, – согласился Ханк и откинул холстину в сторону.

Кинжал на столе остался да меч в ножнах. Обыкновенный скамский меч. Разве что рукоять у него была не деревянная, а из клыка морского зверя выточена. Да и подлиннее обычной – при желании и двум хватам место достанется. Вместо противовеса комель рукояти чуть расширялся и был подбит серебром. Стальные лепестки гарды смотрели в сторону клинка и почти на всю длину были обмотаны полосками кожи. Клинок скрывали деревянные ножны, ничем не отличающиеся от тех, которые некогда Рин часами выскабливал и натирал маслом в оружейной казарме. И в то же время отчего-то три роскошных тарских клинка рядом с неказистым на вид оружием показались стекляшками возле драгоценного камня.

– Вот. – Ханк подал Олфейну кинжал. – Длиной лезвия и хватом от твоего неотличим, но… – оружейник выдвинул из ножен четырехгранный синеватый клинок, – если и его переломит Фейр Гальд, тогда он не человек, а демон, чего, как говорят в Храме, вовсе не может быть! Так что будь спокоен. Это тебе в подарок за молчание о том, откуда у тебя взялся вот этот меч.

Ханк провел сухим пальцем по желтой кости, на которой были вырезаны крохотные лодки и люди в них среди бушующих волн.

– Не знаю уж, откуда меч, – удивленно вымолвил Орлик, – но вместо рукояти у него румпель от руля вельтской ладьи. Да еще и с наговором на удачу!

– Что подошло, то и приспособил, – усмехнулся оружейник. – Мог ведь и кусок весла отпилить. Или ты думаешь, Орлик, что мало у тарсов вельтских трофеев? Гарду взял от останков меча, найденного в Погани, даже окалину сбивать не стал, только полосками из шкуры желтого волка обмотал. Если уж эта сталь саму Погань пересилила, нечего ее переиначивать. Ножны купил за медяк у пьянчужки из дозорных. Проложил изнутри серебром, укрепил – подошли как влитые. А вот все остальное раздобыл еще тогда, когда сам ненамного старше твоего приятеля был…