Камешек в жерновах - Сергей Малицкий

Утром друзья двинулись в путь. Взмахнула рукой Аи, отступила в сторону — и то ли со стволом эрна слилась, то ли стеблем древесного вьюна обернулась. Скрылась за деревьями заветная поляна, умолкла, растаяла в тумане мелодия. Только деревья все так же словно своды выстраивали над головой. Расступались, ветви раздвигали. Тропу застилали листвой, траву посылали под ноги не колючую и цепкую, а мягкую да низкую. Да и как иначе — дюжина корневиков шагала впереди. У одного зеленый лист на макушке. То ли прилип, то ли из почки прямо по месту и проклюнулся. Хейграст шел сразу за провожатыми, зеленолистого называл Проросшим да покрикивал на Дана с Баюлом, чтобы быстрее ногами работали — разленились, путешествуя на джанке! Аенор довольно носился взад и вперед, всем своим видом давая понять, что дичи в чаще предостаточно.

— Эх, хорошая была лодка! — сокрушался Баюл, не поспевая за друзьями и то и дело переходя на легкий бег.

— Аи сказала, что вытащит ее из тростника и отдаст Индасу, — успокаивающе отзывался Хейграст.

— Да, слуг у нее предостаточно, — бурчал банги, смахивая со лба пот. — Хотел бы я знать, отдыхают они когда-нибудь.

Корневики останавливались, когда отдых требовался их спутникам. Хейграст постукивал по стволу ближайшего дерева, отряд проходил еще несколько ли и делал привал либо у родника, либо у излучины ручья. Один из деревянных помощников отправлялся за хворостом, остальные находили места в тени деревьев и тут же прорастали белесоватыми корнями в почву. Баюл аккуратно снимал кусок дерна и разводил костер.

— Что? — спросил банги во время одного из привалов, поймав тревожный взгляд Дана. — Почуял опасность?

— Нет, — поежился мальчишка. — Четвертый день идем, а я все никак не могу привыкнуть. Словно мертвецы нас сопровождают. Пусть и деревянные. А опасность… Здесь она почти не чувствуется, но все еще остается на юге.

— Да уж, — кивнул Баюл. — Всякий раз, когда один из этих корневиков приносит хворост, я все жду, что он мне оплеуху закатит. Представь себе, что вот так же и мы служим архам, а на привалах им кости да куски тел элбанов подтаскиваем.

— Ну и сравнение! — покачал головой Хейграст.

— А ты чего думал? — повысил голос Баюл. — Что так, что эдак — все одно дерево!

— А ведь мы и с каменным человеком сталкивались, — прошептал Дан. — Я рассказывал тебе, Баюл. Вот тогда страшно было!

— В том-то и дело, что каменный человек — это магия, — почти прошипел Баюл, — а в этих ребятах магии ни на песчинку! Они вот именно такие, какие есть.

— Это тебе страшные рассказы индаинских рудодобытчиков не дают покоя? — усмехнулся Хейграст.

С того самого мгновения как Аи рассказала о его семье, нари словно помолодел и взбодрился. Порой Дану даже казалось, что не было никакого путешествия и Хейграст совсем такой же, как тогда, в воротах собственного дома в Эйд-Мере, когда кузнец встречал Дана, Саша, Лукуса…

— Что-то скребет у меня внутри, — наконец признался Баюл, наполнив живот вечерней похлебкой. — И вот теперь, когда ясно вижу, что это не голод, пришла пора разобраться. Что делать-то будем? Оно понятно, конечно, через топь пойдем. Эл позволит или Аи с помощью Эла — найдем твою семью, нари, а может, и еще кого встретим. На равнину Уйкеас выберемся. Дальше-то что? Что тебе сказала Аи?

Хейграст ответил не сразу. Почти четыре дня назад, под утро, Аи отвела нари в сторону и, положив руки ему на плечи, то ли чуть слышно напевала что-то, то ли рассказывала. И вот Баюл не выдержал, спросил.

— Хорошо.

Хейграст мгновение смотрел на пламя, затем поднял глаза, прищурившись, пробежал взглядом по лицам друзей:

— Она сказала, что видела мою смерть.

Дан замер. Холод проник в сердце и обжег грудь.

— Как?! — вскочил на ноги Баюл.

— Вот так, — спокойно ответил Хейграст. — Ни где это случится, ни когда — не знает, более того, поняла, что речь идет обо мне, только когда встретила нас.

Дан похолодел. Перед глазами встало тело Лукуса, пронзенное ледяными иглами.

— И что же, ничего нельзя сделать? — Мальчишка с трудом проглотил комок, образовавшийся в горле.

— Почему же? — пожал плечами Хейграст, пристально глядя на огонь. — Можно. Зарыться в землю и сгнить там. Или самому броситься на лезвие меча. Ни слова, слышите, чтобы ни слова моим об этом! Баюл, тебя это касается в первую очередь… С этого момента чтобы язык был на привязи.

— Ты не обидишь меня, нари, — напряженно пробурчал Баюл, — что бы там ни говорил. Я вот что скажу, сколько тебе осталось жить, столько я буду рядом с тобой. Конечно, если смерть не настигнет меня раньше. И даже не пытайся прогнать меня!

— Спасибо, банги, — кивнул Хейграст и повернулся к Дану: — Успокойся. Что она мне сказала нового? Только то, что однажды я погибну в бою? Не самая плохая участь! Мы все воины, и то, что наша смерть ускользнула от ее внимания, ни о чем не говорит. Смерть идет за каждым из нас?