Пепельный рассвет - Антон Демченко

Я тряхнул головой, избавляясь от несвоевременных мыслей, окинул взглядом скупо освещённый парой алхимических фонарей двор и, позволив своему телу раствориться в темноте, скользнул по карнизу. Вперёд, к приключениям, чтоб их пустым ведром да коромыслом!

Бег по улицам Горного запомнился мне чередой смазанных картинок. Мелькающие мимо смутно белеющие в темноте пятна свежеоштукатуренных стен домов, тёмные провалы узких безлюдных переулков, яркие пятна редких фонарей на широких "приличных" улицах, и ещё более редкие силуэты гостей Весёлого квартала… ну и тех, кто вышел на ночной промысел. Эмиссары трущоб в деле, так сказать.

Но отвлекаться на них я не стал. Во-первых, не моё дело, а во-вторых, в воздухе уже тянет предрассветной свежестью, а значит, времени у меня осталось не так чтобы много. Нет, если бы я наткнулся на трясунов за работой, то не поленился бы помочь их жертве, но повезло. Им или мне, это уже другой вопрос.

В общем, то места назначения я добрался без особых приключений и довольно скоро. Перемахнул через ограду и, обежав нужное мне здание вокруг, со всех сил затарабанил в неприметную, но прочную дверь чёрного входа. Минута, и в окне второго этажа мелькнул свет лампы, метнулся из стороны в сторону, осветил уже другое окно, а ещё через минуту я услышал как загрохотал дверной засов.

— Ну? — Раздался хриплый со сна голос хозяина дома, доверчиво распахнувшего дверь во всю ширь.

— Господин! Скорее одевайтесь и бежим. Нас ждут в известном вам доме. Это срочно! — протараторил я, изображая сипение сбитого от быстрого бега дыхания.

— С ума сошёл?! — взрыкнул было хозяин дома, но осёкся и, опасливо оглянувшись куда-то в темноту коридора за своей спиной, зашипел яростным шёпотом. — Какое бежим, когда до рассвета ещё не меньше часа?! Твои хозяева совсем оборзели?! Я им что, мальчик на побегушках?

— Они мне такие же хозяева, как тебе, отрыжка Тьмы! — тем же злым шёпотом отозвался я. — Не хочешь идти — не надо. Потом не жалуйся, когда Трибунал за яйца подвесит!

— Как-кой Трибунал?! — дал петуха мой собеседник, и от него явственно повеяло страхом.

— Тот самый, который будет тебя судить, — фыркнул я, всё так же не повышая голоса. — Глава стражи явился к барону, вместе с ним имперская ищейка, командор томарцев и… священник Горного Дома. Стража уже поднята по тревоге и вот-вот начнёт облаву, а железнобокие к утру возьмут город в кольцо, чтоб отлавливать бегущих крыс.

— А-а… а я здесь причём? — почти проблеял здоровяк, позвякивая лампой.

— А ты думаешь, с кого они начнут?! — произнёс я, пристукнув пятой рейдерского посоха о дубовую ступеньку лестницы.

— И что делать? — от страха, толстяк, кажется, совсем потерял голову.

— Идти со мной. Получишь блокаду на разум, и ни одна тварь ничего из твоей тупой башки не вытащит! — рявкнул я. — Хоть пусть всем клиром литургию читают!

— Ты… ты как со мной разговариваешь?! — явно поняв, что теряет лицо, попытался хорохориться мой собеседник.

— Как с трусливой скотиной, о которой кто-то решил проявить заботу, — фыркнул я в ответ и договорил, всё тем же дурацким полушёпотом, разбавив его нотками злой зависти. — В отличие от некоторых, которые "ещё могут пригодиться в дальнейшей работе", мне придётся сматывать удочки немедленно. Причём такими путями, каких я даже тебе, мешок сала, не пожелал бы! Давай! Чего встал?! Бегом!

Мужик вздрогнул, помотал башкой, и припустил по коридору так, что только обтянутые белыми портками ляжки засверкали, да просторная ночная рубаха надулась эдаким парусом. М-да, я уже говорил, что местная мода меня убивает? Так вот, здешнего варианта пижам и нижнего белья это тоже касается. В первую очередь, я бы даже сказал.

Страх неплохо повлиял на скорость сборов моего собеседника. И не прошло пяти минут, как закутавшись чуть ли не по самые брови в тёмный плащ, надвинув на глаза широкополую шляпу, он вывалился из дома, с грохотом захлопнул калитку в воротах, и вышел на улицу, оказавшись аккурат под потухшим фонарём. Да-да… здесь, оказывается, тоже водятся люди, обожающие воровать лампочки… точнее, алхимические лампы. Но я ж её обязательно верну! Вот поговорю с дядечкой без присмотра духа-хранителя его владения, и сразу же верну. Честное слово.

Удар! И кряжистый толстяк оседает наземь, чтобы прийти в себя спустя всего каких-то четверть часа, в знакомых мне по недавним приключениям развалинах какой-то времянки в трущобах. Тел моих вчерашних противников там, кстати говоря, уже и не наблюдается.

— Ну, здравствуй ещё раз, уважаемый Бигген. Поговорим о делах твоих скорбных? — развеяв маскировку и скинув с плеч плащ незадачливого нападавшего, протянул я, глядя в соловеющие глаза пленника.