Лучшие враги - Марина Ефиминюк

— Влюбить мужчину можно и другими способами, после которых он проснется довольный жизнью, а не с желанием стать вдовцом.

Мы же не будем обсуждать ту самую неприличную вещь, о которой благородные дамы говорят исключительно полунамеками? Нет ведь?!

— Романтический ужин — беспроигрышный ход! — между тем заявила Летисия. — Деликатесы, приготовленные с любовью, свечи с мускусным ароматом, красивая женщина в смелом платье. Мужчины такое обожают. Знаешь, что подумает Калеб?

— Что я решила его отравить и тут же отпраздновать поминки.

— Что он самый удачливый парень в Сартаре, раз ему досталась такая великолепная женщина. К тому же умеющая хорошо готовить, — отрезала тетка.

— Но я вообще-то не умею готовить, — призналась я, чтобы сразу, так сказать, прояснить вопросы кулинарии и прочего обольщения.

— Невелика наука! — с воодушевлением пообещала она. — Пару рецептов освоить совсем несложно. В замковой библиотеке целый стеллаж кулинарных гримуаров. Твоя бабушка их коллекционировала.

— Она знала кулинарную магию? — искренне удивилась. Бабку я помнила плохо. В сознании остался смутный образ властной худой женщины, отчего очень-очень похожей на Эбигейл и совершенно точно не знающей, чем тесак отличается от овощечистки.

— Нет, она только собирала книги.

— По-моему, проще попросить дедушкиного повара. Он точно приготовит вкусно и съедобно.

— Светлый боже, милая, тебя ещё учить и учить, — покачала головой тетушка, словно я действительно была совершенно безнадежна. — Энни, настоящие крепкие чувства достигаются только тяжелым трудом! Это работа! Когда завоевываешь будущего мужа нельзя лениться. Поработал сегодня, получил завтра. Сегодня вложился, завтра…

— Я уловила суть, — сухо остановила пламенную тираду, пока Летисия не вошла в ажиотаж.

— Всем давно известно, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Приправь еду романтикой, и он уже танцует под твою дудку.

Отчего мне представился Калеб, выплясывающий под пронзительную флейту. В фантазии он был с голым торсом.

— По-моему, с любовным зельем будет покороче и попроще.

— Я уже полчаса пытаюсь до тебя донести одну простую вещь, а ты все никак не можешь понять! Любовное зелье приведет тебя в прямо противоположное от сердца место!

Тетушка вытащила из кармана платья маленькие золотые часики, проверила время и торжественно объявила:

— Идем делать первый шаг к сердцу твоего мужчины!

— Откровенно сказать, тетушка, сегодня вообще неудачный день, чтобы шагать, — призналась я, с ужасом представив, что вновь начну выдавать порционную, но скандальную правду. — Лучший вариант, если я закроюсь в комнате в гордом одиночестве и по возможности не буду шевелиться.

— Но материал для первого урока уже привезли, — развела она руками. — И он обошелся твоему деду в кругленькую сумму.

Пришлось подчиниться. Мы пошли к сердцу Калеба Грэма и почему-то попали в замковую кухню. Оказалось, что учить меня готовить «парочку несложных блюд», призванных восхитить моего «сурового» жениха, она решила немедленно.

Морепродукты доставили какой-то особенной магической службой посыльных по заказу Летисии прямиком на кухню. Личный дедушкин повар уже изучал лежащие во льду деликатесы и хватался за сердце, словно оно было готово разорваться на тысячу маленьких кусочков. На всякий случай я принялась вспоминать воскрешающие заклятья, а когда глянула в ящик, то воскрешающие заклятья чуть не понадобились мне самой.

— Что это? — указала на черную блестящую штуковину, явно выращенную в теплицах ада, но точно не в морских глубинах нашего славного Сартара.

— Морской огурец! — взвизгнул повар. — Наисвежайший!

— А выглядит так, как будто умер лет сто назад.

— Надо его непременно приготовить пресветлому! — причитал шеф. — Уверен, господину Иствану он придется по вкусу.

— Руки прочь от чужого ужина! — скомандовала тетушка Летисия, с такой властной интонацией, какой в ней никогда не заподозришь. — В возрасте пресветлого лучше думать о последних зубах, а не о других… частях тела. Перетри ему тыквенного супчика с имбирем, чтобы не пришлось жевать.

— Что вы, госпожа чародейка, все время хороните отца? — возмутился повар, по всей видимости, с теткой у них была давняя симпатия, которая проявлялась столь престранным образом. — Может, он ещё женится.

— Этого еще не хватало!

— Да что такого в этом морском огурце? Ну, кроме отвратного вида и цены, — не удержалась я. — Просто если мы говорим о гипотетическом ужине, я обязана знать, каким противоядием откачивать жениха, если он съест и прямо за столом попытается издохнуть.

— Милочка, от желания еще никто-никто не умирал, — хихикнул повар.

— Смотря от какого, — резонно заметила я. — От желания свернуть шею невесте иногда умирают невесты. Не то чтобы меня можно просто придушить, но хотелось бы точно знать, о каком именно желании идет речь.

— Морской огурец — лучшее средство для мужского здоровья и силы… — деликатно, но очень туманно пояснила тетушка.

— Силы духа? — уточнила я.

— Ну и духа тоже… Сугубо мужского…

Я с сомнением покосилась на подозрительное существо на льду, оно мне категорически не нравилось и желания, которые вызывало, тоже.

— Так это афродизиак, что ли?!

— Самый лучший, природный, очень полезный, — кивнула тетка.

И эта женщина осуждала меня за любовное зелье…

— Спрячьте этих морских чудовищ в кладовую, а потом скормите деду! У Калеба нет проблем с мужским здоровьем.

Парочка единодушно примолкла. На мне скрестились два выразительный взгляда.

— И нет, я не проверяла на практике! — уверила я. — Но, рассуждая логически, он ещё не успел достичь возраста пресветлого, а значит, есть надежда обойтись банальным стейком, так?

— Никому еще не помешало… — начал было повар.

— До свадьбы никаких огурцов! Ни морских, ни тепличных, ни грунтовых!

— Для грунтовых уже поздновато будет, — потер гладкий подбородок повар.

Через полтора часа интенсивного урока по кулинарной магии, двух порезанных пальцев и утопленного в кастрюле с соусом тонкого золотого колечка, подаренного Холтом, у меня возник закономерный вопрос. Если еда считалась самым простым путем к сердцу мужчины, то каков же тогда сложный? Представить было страшно. Лучше умереть одинокой черной ведьмой с приблудной черной кошкой и непутевой преемницей, чем вот это все.

«Это все» между тем задорно булькало, густело, пропитывалось соусом и пахло вовсе не пионами. Ведь ещё по утру будущий урок обольщения спокойно плавал в глубинах южного моря и ведать не ведал, что его положат на алтарь обучения несмышленой невесты.