Ученица рыцаря - Мирослава Адьяр

И Эктор прекрасно ее понимал.

Его место было далеко от женщины, но от Эктора не могла укрыться ни кривая полуулыбка, застывшая на огрубевшем от ветра лице, ни сцепленные в замок руки.

– В окрестностях Гальдивы участились случаи магического психоза, – ровный тон женщины не был способен никого обмануть. В нем бурлил гнев, боль и разочарование; а в темно-серых глазах плескалась готовность сорваться с места и выскочить вон. – Даже те, в ком были хотя бы крупицы магии, отвечали на Зов. Иногда я находила в полях детей. Они выходили из домов и шли на голос пламени, а потом попадали в лапы дикому зверью.

Эшель не вздрагивала, ее интонации никак не менялись, когда она рассказывала новые и новые жуткие подробности. О том, как опустела целая деревня, о том, как скрытого чародея не успели скрутить и он сжег себя и забрал с собой жену и двоих сыновей. Только морщинка на ее лбу становилась еще глубже и злее.

– Даже через артубират мы не всегда можем уловить частицы дара, – проговорила Эшель тихо. – И жестоко за это расплачиваемся.

– Карим, – магистр повернулся к абсолютно беловолосому худощавому мужчине, что все это время просидел без движения. Казалось, он даже не дышал.

– Я давно говорил, что пироманты не останутся в заточении навсегда, – он склонил голову и неопределенно повел плечами. – Как бы вы это ни хотели, магистр, но факты говорят за себя, – Карим бросил на Эктора быстрый взгляд. – И недавнее происшествие здесь это подтверждает. Пироманты и их прихвостни – как крысы. Паразиты. Они найдут дорогу куда угодно. Это лишь вопрос времени.

В зале повисло мрачное молчание.

– Мне почти жаль тех несчастных, кто решил примкнуть к Ордену в этом году, – прогремел над столом звучный голос Алеина. Мужчина внушал искреннее благоговение при первом же взгляде. Самый высокий из всех, широкоплечий, массивный; светлые волосы стянуты на затылке в хвост и перехвачены кожаным шнурком; живые, сверкающие зеленые глаза смотрели насмешливо, с вызовом.

– Алеин, – рыкнул магистр. – Твой бы язык да в мирное русло. Например, неплохо бы отчитаться о делах на западе, где ты регулярно ошиваешься.

– Не “ошиваюсь”, а наблюдаю, – невозмутимо поправил магистра мужчина. – И на западе никаких странностей нет, тишь да гладь. Даже подозрительно.

– Или они лучше работают, – хохотнула Эшель.

Ее глаза сверкнули каким-то больным бордовым блеском.

– После нападения мы усилили патрули, – подал голос Эктор. – На входе в город всех проверяют через артубират, на центральной башне крепости всегда стоит Следящий. Если в городе появятся приспешники пламени, то он даст сигнал…

– Если в город проберется глашатай, то мы столкнемся с проблемой похуже случайного нападения магов, – прогудел магистр. – Он сможет обращать любого потенциального чародея со слабой ментальной защитой в верного помощника пламени. Нам никак нельзя допустить этого. Ты понимаешь, Эктор?

– Разумеется.

– Может быть, тут хоть кто-то задаст главный вопрос? – насмешливый рык Алеина заставил Эктора вздрогнуть. – Или скажет это вслух? – Мужчина впервые перестал улыбаться. – Печать Экды слабеет, и пироманты потихоньку ковыряют трещинки в поисках выхода. Предосторожности – это прекрасно, но скоро мы окажемся на пороге новой войны. А еще одной Экды у нас нет.

– Критикуя – предлагай, – мрачно бросил Карим. – Если мы выскажем страхи вслух – они не станут меньше, и не появится на пороге новая Экда, готовая принять в себя силу пламени. Все собравшиеся и так знают, что активность магов и появление энкери, – быстрый взгляд в сторону Эктора обжег не хуже уголька из костра, – тревожные знаки. Все мы знаем их значение.

– Тогда я искренне не понимаю, почему не отменили набор учеников, – хохотнул Алеин. – Чем эти зеленые сосунки нам помогут на пороге конца света?

Эктор подался вперед:

– Они займут твое место, когда пламя отправит твою душу к Единому.

– Мое место? – мужчина расхохотался не сдерживаясь. – Уж не твоя ли милая ученица метит на мое место? Не доросла еще! И не дорастет. Судя по тому, что я видел, она была бы хороша в койке, а не на поле боя. Или, – Алеин хищно оскалился и подмигнул Эктору, – на то и расчет, м?

– Помнится мне, – задумчиво протянул Эктор, – что твоя вторая ученица превзошла тебя в бою, а была она хилой девкой, весом в сотню с хвостиком фунтов и ростом тебе по грудь. Все правильно, Эшель?

– Да, все верно, – женщина хищно улыбнулась и ткнула в шрам, рассекающий лицо Алеина точнехонько на две половины. Узкий след от клинка тянулся по лбу вниз, задевал кончик носа и массивный подбородок.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Мужчина что-то пробурчал и заткнулся.

“Как раз вовремя”, – подумал Эктор.

– Грызня друг с другом делу не поможет! – голос магистра обрушился на плечи, как удар молота на наковальню. – Трепаться мы все любители, но ситуация серьезная и я требую отчитываться о всех происшествиях, где хотя бы краем глаза было замечено вмешательство пламени.

– Это не отменяет того, что я сказал! – не сдавался Алеин.

– Мы соберем Совет. И будем решать проблему вместе с потомками Экды, – магистр откашлялся и заложил руки за спину. – В их жилах течет первородное пламя, и кому, как не им, придется участвовать в грядущих событиях? Возможно, понадобится отправить кого-то в Запределье.

В зале повисла оглушительная тишина.

Самоубийственно. Невозможно!

Да еще и так близко к пиромантам, что кто угодно мог бы свихнуться, силен его разум или нет.

– Это неизбежные меры, – мужчина тяжело вздохнул. – Если безумие продолжит расти, я не вижу другого способа проверить состояние печати.

Магистр подал знак, завершая собрание, но расходиться никто не спешил. Все бросали друг на друга многозначительные взгляды.

Кого-то из них могут отправить в земли, где уже несколько столетий не ступала нога обычного человека. Снарядят, удостоверятся, что сообщение в любом случае попадет в Орден, и отошлют в Запределье.

Вернется ли при этом сам рыцарь – уже не будет иметь значения, он исполнит свою роль.

Роль вестника конца.

***

В свои покои Эктор вернулся разбитым и уставшим. Хотел заглянуть в комнату Саши, но оборвал себя на полпути, решив, что слишком уж печется о состоянии ученицы.