Простая смертная #2 - Екатерина Оленева

Красное – слишком яркое, это свет страсти. Зачем страсть на совете? Жёлтое? Тоже не годится – это цвет праздника и праздности. Белое? Белое слишком лёгкое – это для невинных дев, для единорогов. бескрайних лужаек – цвет ангелов и целомудрия.

Я остановила свой выбор на глубоком синем, с золотистыми вставками. Он не так выгодно оттенял мои рыжеватые волосы, как зелёный, но зато к высокому вдовьему статусу подходил безукоризненно. Буйные мои локоны служанкам пришлось укротить, спрятав под золотой обруч диадемы-короны, удерживающий на голове накидку из синей, в тон платья, прозрачной материи.

Красота и статус одинаково ярко подчёркивались одеждой – тот самый эффект, к которому я и стремилась.

Одной части меня ужасно хотелось пойти и поприветствовать сына, но я понимала, что, сейчас пойдя на Совет сослужу ему более верную службу, чем если пойду на поводу своего сердца и ворвусь к нему в комнату с намерениями затискать и расцеловать с утра. Сдержанность – удел тех, кто стоит у власти. Мой сын родился с этим, а мне приходилось учиться – учиться каждый день.

В Зал Совета Присутствия мы с Атайроном вошли рука об руку, как если бы уже были королём и королевой. В тронном зале отца обычно стояло высокое кресло на помосте, здесь же был широкий и довольно длинный, так, что мы оба могли на нём поместиться, диван.

Мы прошли по широкому ковру, вдоль двух рядом мужчин, одетых по-разному, но одинаково покорно склоняющих свои голову в нашем присутствии. Хотя я и видела, что некоторые мужчины кто с любопытством, кто с тайным неодобрением поглядывали в мою сторону, но стоило им встретиться со мной глазами, как голову опускались ниже.

Остановившись перед диваном, мы повернулись лицом к присутствующим на Совете.

– С благословения богов, всеблагих и милосердных, я открываю сегодняшнее заседание Совета, – глубокий голос Атайрона легко заполнял пространство, что, несмотря на присутствие достаточно большого количества людей, казалось полупустым из-за светлого оформления и большого высоких полукруглых арок. – Рад представить вам мать нашего будущего повелителя, возлюбленную супругу моего покойного брата – Анжелику Ванхелию. До совершеннолетия своего Ангэя I, короля Десятицарствия, она разделит со мной все тяготы и ответственность власти, как того пожелал перед смертью мой возлюбленный брат.

Выдержав небольшую паузу, Атайрон опустился на своё место.

К моему удивлению, все остальные, сделав шаг назад, тоже сели на деревянные скамьи с сиденьями, обитыми тёмно-красным бархатом, расположенные вдоль стен. В тронном зале Оруэлла сидеть право имел лишь король, а когда здесь правил Эвил… ну, когда здесь правил Эвил, меня из внутренних покоев в эту половину никто не пускал.

Речь шла об обыденных вещах. Мой страх что-то не понять быстро рассеялся. Обсуждали хлопоты с монетой, урожай и правосудие. Прозвучал доклад, что в столице не хватает внутренних войск, чтобы поддерживать порядок. Что необходимо снизить пошлину на ввоз и вывоз целого ряда товаров. Потом следовал доклад о заговоре каких то Славных Воинов Нового Братства. Если я правильно поняла суть, то в заговоре участвовали не благородные лорды, а большей частью купцы, лавочники и ремесленники. Судя по донесениям шпионов, они планировали заключить союз с Дикими Всадниками из Края Пустынь. Что ещё хуже, к ним зачем-то примкнула Чёрная Лига, к которой в своё время принадлежал и сам Атайрон.

Услышав упоминания об Ордене старых собратьев Чернокнижник помрачнел.

Всё таинственное и непонятное невольно привлекает и завораживает, а что может привлекать и завораживать сильнее тёмных колдунов? Доподлинно об их таинственной жизни мало что было известно, зато слухов и теорий было – хоть отбавляй.

Тайный сговор заключался с целью устранения от власти Хасепти, которых народ не признавал, ведь законным наследником был мой сын. Конечно, появления Ангэй выбивал почву из-под ног заговорщиков. А наш союз с Атайроном усилит наши позиции.

– Поводов для беспокойства нет, – сладкоречиво распевал один из докладчиков. – Особенно теперь, когда появление новых драконов усилит нашу оборону.

Атайрон кивнул. Но с мрачным видом. Очередные измены, интриги, подковёрная борьба. Почему наши славные подданные не могут жить тихо? Потому что видят власть сочным пирогом, который приятно откусить. Игра такая. Власть – сокровище, цель королей – не дать её у себя похитить. Лишь в оставшееся от этой игры время можно немного позаботиться о жизни своих подданных. Если что, это всё ирония.

Совет порешил в итоге пошлины не снижать, цены в городе – поднять, шпионам продолжать наблюдать, армии – выдать денежное довольствие. Ну, и ещё кое-что – так, по мелочи. Кого-то переназначили на новый пост. Поскольку я ещё не знала местную знать в лицо, не поняла, кто тут друг, а кто враг – мне было всё равно. Прежде чем протаскивать к себе сторонников, ими нужно обзавестись.

Совет продлился несколько часов, после чего славные мужи разошлись, а я получила возможность выдохнуть и с облегчением шагнуть на свою женскую половину, где всё было куда более родным и знакомым.

Ангэя в его комнате я не нашла. Мне доложили, что мальчика повели знакомиться с его новыми учителями. Что ж? Отлично! Я тоже с ними познакомлюсь.

***

Воодушевлённая и весёлая, я шла следом за моим провожатым в сопровождении стражи, которая по дворцу ходила за мной следом неотвязно, как тень. Ну, к этому я давно привыкла. Не полагается царственным особам в одиночестве передвигаться. На память пришёл давнишний мем из старой жизни, тот самый, где Сулейман-Султан из «Великолепного века» в ужасе сетует на то, что стучал в дверь три раза, но никто не отрыл – так как же он выйдет из своих покоев? Иногда я думаю, что в сходной ситуации в первый момент тоже пришла бы в ужас.

Царская жизнь она такая – ты не успел глаза продрать, счастливые подданные тапки несут. А ты им улыбаешься, обуваешься и думаешь: что там внутри тебя ждёт – мягкий мех или кто гремучее змею подложил? И так каждый день. Обычаи предков запрещают тебе всё – всё за тебя делают. Незнамо кто. Не факт, что лояльный человек.

В прошлой жизни я любила готовить. А какие торты я делала?..

Мои воспоминания прервали, в очередной раз распахнув дверь. И настроение моё в тот же момент упало. Ушло в минус.

По классной комнате словно прошёл ураган и разнёс в щепы классные парты и доску, перевернул шкафы, сбил в кучу ковры с пола и сорвал гобелены и карты со стен.

Трясущиеся мужчины в чёрных кафтанах и парочка женщин в ярких платьях пытались разгрести из общей кучи всё то, что в эту кучу было сброшено. Ощущение с первого взгляда было такое, словно по комнате прошёлся смерч – в прямом смысле этого слова.

Стоило людям заметить моё присутствие, как они тут же замерли на месте, опустив глаза и руки вниз и замерли в поклоне. Вернее, как присели, так и остались.

– Госпожа…

Первой мыслью было: на наследника напали, как минимум. Возможно, похитители. А может быть – убили. Но мозг обрабатывает информацию быстрее сознания, я поняла, что мои фантазии не больше, чем фантазии. А разрушения устроил, скорее всего, сам Ангэй.