Осада - Трой Деннинг

15 Миртула, год Дикой Магии (1372 по Л.Д)

Пьергейрон прибыл в ничем не украшенную Комнату Общего Командования замка Глубоководья и обнаружил, что капитан Городской Стражи, его старший оружейник и командир магов уже совещаются со своими коллегами из Городской стражи. Брайан, Мастер Меча, тоже присутствовал, спрятавшись за плащом и шлемом своего лорда. Даже Магистр Бдительного Ордена Магов и Защитников был там. Строго говоря, орден был гражданской гильдией и не подчинялся военному эдикту, но сейчас были чрезвычайные времена, и Пьергейрон часто призывал на службу частных граждан, когда безопасность города была под угрозой. Вопрос был в том, ответят ли они, когда угроза окажется в пяти сотнях миль отсюда, у моста Борескира? Пьергейрон подошел к свободному месту, главного за круглым столом не было, но садиться не стал.

— Ты слышал?

Рулатон, жилистый седовласый капитан стражи, мрачно кивнул, неопределенно махнул рукой в сторону своего оружейника и сказал:

— Хельве сам получил послание.

Пьергейрон повернулся к покрытому шрамами ветерану.

— Лассри? — спросил он.

Хельве кивнул.

— Она хотела сражаться на стороне Лаэраль.

Сердце Пьергейрона подскочило к горлу. Лассри была дочерью Хельве, чародейкой-дозорной, часто сражавшейся на стороне отца во время крупных беспорядков.

— Мне очень жаль — сказал он, поворачиваясь к остальным. — Что мы можем сделать?

— Против Ярости Драконов? — спросила Тириэллента Сноум. Командующая силами стражей-магов, она была смуглой женщиной с

гордой осанкой и неопределенного возраста, которая была магом-сивилларом задолго до того, как Пьергейрон вступил в должность.

— К сожалению, не так уж много.

Хотя глаза Хельве слезились, он кивнул.

— Лассри сказала, что они оказались в ловушке у стены из багбиров и гноллов, а позади них из облаков выпали все синие Анаврока. Я уверен, что все кончится прямо сейчас.

— Как бы то ни было, — сказал Открытый Лорд, — мы должны сделать все, что в наших силах.

Пьергейрон обвел взглядом сидящих за столом, останавливаясь на каждом из командиров в поисках малейшего намека на несогласие. Все они были храбрыми солдатами, но их долгом было служить Глубоководью, и, если нужно было объяснить, как спасение армии помощи, направлявшейся в Эвереску, способствовало безопасности города, он должен был это знать. Поскольку Глубоководье все еще было погребено под постоянной волной метелей, а корабли в гавани опрокидывались под тяжестью покрытых коркой льда мачт, никто из присутствующих не нуждался в напоминании об опасности, угрожавшей их городу с тех пор, как фаэриммы сбежали из своей тюрьмы в Анавроке. В глазах собравшихся командиров он не нашел вопросов.

— Хорошо, — сказал Пьергейрон. — Пока мы разговариваем, Малиантор вызывает Силу Грея в мой дворец. Она начнет гадание, чтобы провидеть ход битвы. Я бы хотел, чтобы вы послали отряд добровольцев: сотню боевых магов и двести воинов, встретить ее во дворце в течение четверти часа. У меня есть запас телепортационных свитков…

— В этом нет необходимости, — проскрежетал голос в углу.

Пьергейрон обернулся и увидел смуглую фигуру принца Агларела, выступающую из тени у камина, его черный плащ и пурпурная накидка, казалось, почти застыли в темноте.