Ушастое Возмездие - София Грозовская

Ольга трясла Литаниэля. Его светлая голова ходила ходуном. А волосы подметали травку.

— Литаниэлечка, милый, скажи хоть что-нибудь! — умоляла она.

Но эльф был не склонен к диалогам. Зато казался благодарным слушателем.

Мелодрамы намекали. Если вышеперечисленные реанимационные действия не помогают. Например, раны слишком глубокие. Или удар слишком сильный. И пациент скорее мертв, чем жив. Есть проверенный метод!

Ольга склонилась и поцеловала эльфа в щеку.

— Ты что делаешь? — удивился Асмодей.

— Я… Я хочу, чтобы он очнулся! — поджала губы Ольга.

— Чтобы мужчина очнулся нужно целовать не в этом месте, — в Асмодее проснулся демон похоти.

— Кхе-кхе! — послышался кашель Дарины.

И демон похоти тут же уснул.

— Я имею в виду в губы, — заметил Асмодей. — Как в сказке…

Дарина вздохнула и закатила глаза. Ольга решила, что пора действовать. Она, конечно, уже представляла себе первый поцелуй между ею и эльфом. Это было что-то романтичное и невероятное. В мечтах ярко светило солнышко.

Ольга посмотрела на глубокую ночь.

В ее мечтах они сидели в красивой, увитой розами беседке.

Эльф наполовину лежал в каких-то колючках.

А еще в мечтах он поцеловал ее первый и внезапно!

Ольга посмотрела на бездыханное тело с откинутой головой и расстроилась. Все не так!

А потом склонилась и прикоснулась губами к эльфийским губам.

— Ну что? Есть результат? — спросил Асмодей.

— Поцелуй в губы — искусственное дыхание, — мрачно заметила Дарина.

— У-у, — помотала головой Ольга. Как и любая женщина, она была уверена, что от ее поцелуев встанет и Ленин и у Ленина.

Мелодрамы сдались. Зато голливудские фильмы намекали, что есть еще один способ. Верный на сто процентов. Когда герой категорически отказывается возвращаться, нужно признаться ему в любви. После этого герои обычно вставали, шли бить морды, спасать мир и размазывать зло по всем плоскостям. Нужно признаться в любви!

— Я… Я люблю тебя, — прошептала Ольга.

— Что?! Ты с ума сошла?! — почти хором воскликнули Асмодей и Дарина. — Ты понимаешь, что его любить нельзя!

Внезапно эльф раскрыл глаза. Он посмотрел на заплаканную Ольгу и сощурился.

— Ты жив! — обрадовалась Ольга, бросаясь к нему на шею. Но не тут-то было.

— Где я? — спросил Литаниэль. Потом он увидел Ольгу. Которая терлась об него. — Да как ты смеешь ко мне прикасаться, грязное ничтожество!

Ольга отстранилась и захлопала глазами. Перемены в эльфе были столь разительны, что она своим ушам не поверила. Тем более, что она совсем недавно принимала ванну.

— Руки убери, — смахнул ее руки Литаниэль. Он встал, глядя на Асмодея и Дарину. Ольга сидела в тихом ужасе. И смотрела на высокую фигуру.

Эльф отряхивал рукав и цепким взглядом осматривался.

— Кто такие? — спросил он очень недружелюбно.

— Это что за минута просветления? — спросила Дарина. Эльф повернулся к ней и… Молниеносное движение пальцами заставило Дарину отлететь в дерево. Все произошло так быстро, что Ольга даже пискнуть не успела. Зато успел Асмодей. Он поймал Дарину и обнажил меч.

— За меня, быстро, — скомандовал он.

— Что? — возмутилась Дарина.

— Литаниэлечка, — прошептала Ольга. — Что с тобой?

— Со мной? — переспросил эльф. И смерил ее высокомерным взглядом. — Со мной все в порядке. С дороги. Живо.

— А как же наша любовь? — ужаснулась Ольга.

— Что? — обалдел Литаниэль. — Да я лучше жабу поцелую, чем тебя. ты себя в зеркале видело, чучело?