Бояръ-Аниме. Одаренный: адъютант - Тим Волков

Итак, ожидаемо становилось все больше проблем.

И, кажется, я подошел к тому рубежу, перейдя который вернуться обратно уже будет невозможно. Но и остаться у него тоже не вариант. Нужно действовать.

— Что думаешь? — спросила Катя.

— Я не пойду туда.

— Как это… — удивилась девушка. — Это же поручение самого Императора…

— Катя, ты что, не слышала, что я только что тебе рассказывал? Он не Император, а всего лишь клон, двойник, копия, называй как хочешь.

— Доппельгантер, — со знанием дела уточнила Смит.

Все бросили на нее взгляды, и она тут же смущенно опустила глаза, понимая, что беспардонно влезла в разговор.

— Но ведь ты понимаешь, что всех, пока не доказано обратное, он является действующей властью? — продолжила Катя. — И отказавшись явиться по его поручению, ты ослушаешься его указания, а значит, будешь вне закона.

— Понимаю, — хмуро ответил я. — Но идти прямиком в капкан тоже нет желания.

— Александр прав, — поддержала меня Смит. — Идти туда — верная погибель. Они с этой целью и пытаются заманить Александра в ловушку, прикрываясь именем Императора. А потому нужно придумать причину, по которой ты не можешь явиться ко двору. Советую тебе прямо сейчас подготовить письмо с искренними извинениями в том, что не можешь прийти в императорский двор из-за того, что заболел. Причем заразной болезнью, например, гриппом. Жалуйся на температуру, озноб, слабость — в общем, распиши в красках. И вроде бы как не хочешь подвергать риску здоровье Его Величества, поэтому и взял на себя смелость не прийти. Но готов явиться позже, как только болезнь сойдет. Обязательно в письме упомяни про Первый Закон, который гласит, что здоровье и жизнь Императора имеют первостепенную важность для государства. Вот ты и исполняешь его. А насчет справки не переживай — постараюсь что-нибудь придумать. С больницей же помогла!

— Это здорово госпожа Смит придумала! — улыбнулся Шмыгаль. — Все верно.

Идея и вправду была интересной. Я поблагодарил Смит. Этот вариант стоило использовать, и я уже в голове продумывал структуру письма. Но нужно было решить еще одну проблему.

Я подошел ближе к Смит, спросил:

— Сможете определить управляющего тенями?

— Постараюсь, — кивнула та. — Только мне нужно остаться у тебя в доме — чтобы считывать следы.

— Без проблем, оставайтесь сколько будет нужно, мой дом — ваш дом.

— Я тоже останусь! — тут же подскочил к нам Шмыгаль.

Мы вопросительно глянули на него.

— А охрану кто госпоже Смит кто будете обеспечивать? — спросил он.

— Я и сама могу за себя постоять, — холодно произнесла Смит, смерив Шмыгаля надменным взглядом.

Шмыгаль на это не растерялся, произнес:

— Вам отвлекаться нельзя, вы будете другим, более важным делом заняты. А я уж позабочусь о вас. К тому же у меня будет минутка вспомнить более детально схему тюрьмы.

Шмыгаль глянул на меня, спросил:

— Ну так что, я останусь?

— Конечно, если вам так будет угодно, — растеряно ответил я.

И намеревался было отправиться в кабинет, чтобы начать писать письмо, как зазвонила сотка. Номер был мне неизвестен.

— Александр Федорович? — спросил незнакомый голос.

— А кто спрашивает?

— Ваш друг. Я бы хотел с вами встретиться.

— А у друга есть имя?

— Александр Федорович, вы должны понимать, что нынешняя система сотовой связи прослушивается десятками служб, в том числе и не государственных, частных, работающих на заинтересованные фамилии и структуры. Я бы не хотел раскрывать себя, потому что информация, которую я хочу вам передать — конфиденциальна.

— Тогда и вы меня поймите — у меня много недругов, которые только и ищут момент, чтобы всадить мне нож в спину. Как я могу поверить вам, не зная даже вашего имени?

— Я понимаю, — тяжело вздохнул говоривший. — Как же тогда нам поступить? А знаете, у меня есть идея. Давайте встретимся там, где вы скажете. И вы с собой можете приводить людей, сколько считаете нужным. Я же буду один.

— Вы так сильно хотите со мной встретиться?

— Я так сильно хочу передать вам ту информацию, которая поможет вам в вашем деле. А точнее, в нашем общем деле.

— В каком именно?

— Александр Федорович, я же говорил про прослушку. Говорите адрес и время. Только слезно прошу вас — придите.

— Хорошо, — после некоторой паузы ответил я. — В кафе «Сбитень» через пятнадцать минут. Устроит?

— Время поджимает, конечно, но устроит. Я там буду.

— Как я вас узнаю?

— Я сам найду вас.

И не попрощавшись, положил трубку. Звонок был крайне загадочным и попахивал подставой. Идти не хотелось, но чутье, никогда до этого меня не подводившее, тут молчало — засады я там не чувствовал. А что, если действительно у незнакомца есть какая-то информация касательно Императора? Впрочем, почему решил, что информация именно про Императора? Он же ведь не уточнил.

Меня одолевали сомнения.

— Призрак, — подошел я к другу. — Ты мне сейчас понадобишься.

— Всегда рад помочь! — живо ответил тот. — А мы куда-то идем?

— Верно. Сходим в наш дорогой сердцу «Сбитень».

* * *

До «Сбитня» домчались за пять минут. У нас оставалось в запасе еще пять, но я все равно попросил Призрака активировать его Дар и мы невидимые зашли в кафе. Там было почти пусто — в углу сидело несколько школьников, украдкой попивая эль и пиво. А в противоположной стороне сидел худой мужчина, явно тут лишний, не привыкший к таким заведениям.

Кажется, это тот загадочный звонивший незнакомец.

Мы с Призраком обошли «Сбитень», заглянули в каждый закуток, ожидая увидеть там спрятавшихся адептов. Но никого не нашли. Даже вышли на улицу, чтобы обнаружить там засаду. Но и там было тихо. Неужели и в самом деле незнакомец пришел один?

— Сколько еще продержишься на невидимости? — тихо спросил я Призрака.

— После того, как я целый дирижабль держал?! — усмехнулся Призрак. — Не переживай, еще минут двадцать точно смогу.

Мы встали прямо за спиной незнакомца и некоторое время просто стояли, надеясь, что он как-то выдаст себя. Он даже достал сотовый и принялся в нем что-то смотреть. Я заглянул через плечо, но даже немного разочаровался — никаких секретных посланий, просто новостная лента (на спортивном разделе он остановился особенно долго).

Значит, интуиция не врала? Это и в самом деле никакой не адепт? Становилось еще более интересно. Кто же тогда? Еще одна фигура в этой большой игре?

Впрочем, сейчас узнаем.