Доставь или умри - Александр Георгиевич Шавкунов

— Как всегда, скор на расправу и безжалостен. Хорошее качество.

— Чего тебе надо? — Выдохнул Эллион, едва сдерживая рык.

— Ну… — Протянул Ринзан, оттолкнулся лопатками от стены и двинулся к курьеру, плавно жестикулируя и глядя в глаза. — Меня попросили совершить преступление, сам понимаешь, жрец не может от такого отказаться. Ну и как я мог отказаться, увидеть старого друга?

— Чего?

Ринзан притворно покачал головой, провёл ладонью по щеке.

— Как же, Эл, не узнаёшь закадычного приятеля?

— Рин?!

Жрец Аргантоса щёлкнул пальцами и ткнул указательным в сторону курьера.

— В яблочко, приятель! Давно не виделись! Может, обнимемся?

— Я воздержусь. Но ты… и Арганотос?! Как?! Ты же был самым умным! Я думал, ты уйдёшь в храм мудрости!

Ринзан обошёл тела товарищей, как кучи вонючего мусора, подцепил носком башмака табурет. Поднял и сел, оглядывая троицу с ядовитой улыбкой. Эллион жестом отмёл спутников к стене, Роан подчинился на негнущихся ногах и не отрывая взгляда от мертвеца. Уже второго на его счету, но буря эмоций ничуть не меньше. Под разбойником растекается густая лужа крови, штаны спереди и сзади намокли, смрад бьёт в ноздри. Тишь схватила за руку, потянула за собой и, оказавшись у стены, крепко обняла.

— Да, — сказал Рин, покачивая головой, — я и сам хотел, но по пути на нас напали разбойники во главе со жрецом. Я был молод и смышлён, а отец… отец был слишком храбрый. Итог закономерен. Меня взяли в ученики, а отец отправился в канаву.

— Ты, стал учеником убийцы отца? — Пробормотал Эллион.

— Не сразу, естественно, как я ненавидел старого хрыча! Ух! До сих пор дрожь пробирает, представляешь?

— Нет, не представляю.

— А затем… о! Затем я познал всю красоту философии Аргантоса! Куда там пресным рассуждениям мудрецов в храме! Тут настоящая мудрость, живая и жестокая! Друг мой, мы все воплощение хаоса, абсолютного беззакония, лишь по насмешке природы упорядоченные. Человек одним своим существованием разносит энтропию! А мы, просто получаем удовольствие от процесса и не носим маски законности. Аргантос велит нарушать все законы. Включая логику, хотя у неё низкий приоритет…

— Избавь меня от этих рассуждений. — Фыркнул Эллион.

Внизу начали появляться голоса, вновь хлопнула дверь, ещё раз и ещё. Улыбка Ринзана стала шире, будто он красуется идеальными зубами.

— Нарушаешь законы приличия? Мне нравится это!

— Зачем ты явился?

В голосе курьера звенит металл, глаза сузились и недобро поблёскивают.

— Понимаешь. Илмириты совершили ошибку, предложив мне контракт на убийство мальчишки. — Сказал Ринзан, повернулся к Роану, дрожащему, как на морозе, поднял ладонь и поиграл пальцами. — Кстати, привет, парень! Так что, я просто нарушаю условия контракта. Они знали, что я жрец, но не знали, что мы с тобой похожи, как… ха-ха, братья.

— Угу. Сводные.

— Ой, да ладно тебе, старший. Брат есть брат.

— И что, теперь ты просто уйдёшь?

— Ну да, но… знаешь, какое очень страшное преступление можно совершить нам?

— Братоубийство.

— Именно! Ха-ха! Ты всегда был смышлёный! К счастью для тебя, не сейчас, на сегодня мне хватит предательства товарищей.

Ринзан встал, отряхнул штаны и двинулся к выходу. В дверях обернулся и сказал, широко улыбаясь:

— Но я приду за тобой, возможно завтра, может, послезавтра. Нужно сказать илмиритам спасибо, что напомнили о тебе.

Глава 26

Ринзан начал подниматься и в момент, когда зад оторвался от табурета, Эллион ударил. Нога описала правильный полукруг, ударяя шнуровкой ботинка в скулу и висок. Голова сводного брата дёрнулась, как мячик на верёвочке, тело бросило на пол… ладони ударили в доски, жрец крутанулся волчком и приземлился на ноги. Потёр покрасневшую кожу на скуле и широко улыбнулся. Будто получил не удар, способный сломать дубовое полено, а пощёчину от хрупкой красавицы.

Роан охнул, а ручки Тишь стиснулись на талии, лицо уткнулось в бок. Курьер выпрямился, весь напряжённый, как сжатая пружина. Взгляд сузился, а руки поднялись, прикрывая локтями рёбра, кисти вытянуты и расслаблены.

— Какой подлый удар! — Восхитился Ринзан. — Моё почтение! Ну раз ты хочешь поиграться…

Плавно шагнул к старшему брату, левая рука хлестнула в голову, разогнанная поворотом корпуса. Эллион заблокировал правой, коротко ударил и застыл, хватая ртом воздух. Колено жреца вбилось в живот, продавило плотные мышцы.

— Знаешь, мне всегда нравилась манера боя илмиритов. — Сказал Ринзан, разрывая дистанцию и уклоняясь от удара локтем, откинулся назад, и нога свистнула над носом. — Быстрая, странная и такая несовершенная!

— Какого… — Выдохнул Эллион, потирая живот и кривясь.

— Разница между нами братец. Ты усердный и непоколебимый, а я… ну, а я просто гений.

Ринзан атаковал, блокируя предплечьями и стремясь сблизиться с братом. Большинство атак гасит в зародыше резкими тычками. Подбивает на размашистые удары и перехватывает инициативу, будто играясь. Эллион скалится, пытается уловить логику в движениях брата, но они слишком хаотичны, как у пьяного наркомана. Изловчившись, перехватил руку, отвёл в сторону и ударил локтем в грудь. Ринзан в последний миг подставил ладонь и отшатнулся. Скривился, тряся кистью, и погрозил пальцем.

— Хорош! Это мой брат!

— Я этим не горжусь. — Буркнул Эллион, меняя положение ног и готовясь к новой стычке.

— А я горжусь, тем, что у тебя такой брат, как я. Не каждому везёт быть в родстве с гением.

Жестом фокусника жрец Аргантоса достал кинжал. Свет из окна отразился от полированной стали и разбежался по стенам солнечными зайчиками. Ринзан покрутил оружие в пальцах, широко улыбнулся и… скользнул к выходу. В дверях остановился, отсалютовал брату и исчез, только по лестнице застучали подошвы.

Эллион медленно опустил руки, выругался и принялся массировать предплечья. Ощущение, что по ним били дубиной. Пнул труп разбойника и повернулся к «грузу».

— Что это было? — Протараторил Роан. — Как он выжил от того удара?! Он благословлённый?!

— Возможно. — Пробормотал Эллион, припоминая истории о преступниках, что получили внимание Аргантоса.

Внутренний голос фыркнул, Ринзан не неуязвим, он просто расслабился в миг перед ударом. Обмяк всем телом и просто отскочил от ноги, получив минимальные повреждения. Реакция небывалая, но не сверхъестественная. При должной сноровке может повторить такой же трюк.

— Что теперь делать будем? — Спросил Роан.

— Ничего. — Ответил курьер. — Разве что, комнату другую возьмём.

***

Ринзан остановился в переулке, скривился от боли в руках и груди. Что ни говори, а сводный старший брат чудовище. Когда ему в последний раз делали больно? В детстве разве что, во время обучения.

По главной улице