Время перехода - Алан Дин Фостер

Столь быстрое проявление истинной магии вызвало шепот, исполненный благоговейного удивления.

К несчастью, это впечатляющее зрелище отвлекло крадунов. Джон-Том велел Перестраховщику напомнить, что не надо обращать внимания на такие вещи, или никто ничего не получит. Зато облако убедило сомневающихся, и теперь все сосредоточились что было мочи.

Во время песни появилось несколько гничиев – намного меньше, чем привлекала дуара, но достаточно, чтобы доказать, что волшебство свершается. Однако вели они себя как-то странно. Вместо того чтобы пикировать и взмывать по знакомым траекториям, они носились в воздухе короткими рывками. Двое даже ударились о землю, отскочили от нее и полетели прочь, вихляясь, будто пьяные.

Он не представлял, что означает это хаотичное движение, но времени на размышления не было. Главное, чтобы племя продолжало думать. Они начали погружаться в грезы, понемногу утрачивая контакт с реальностью, и вдруг в ноздри ударило зловоние. Странно, но его чаропение часто приводило к неожиданным побочным эффектам. Джон-Том заметил, что его товарищи тоже ощутили запах.

– Черт, что за дерьмовый аромат?

Сидевшая рядом Виджи зажала нос обеими лапами.

– Джон-Том, запах просто ужасен!

Так оно и было, но он боялся прервать пение и игру. Жуткая вонь распространялась и усиливалась.

Перестраховщик попятился на несколько шагов, кивая на ближайших туземцев:

– По-моему, разит от них.

В самом деле, крадуны все до единого – от вождя до грудных детишек – внезапно обрели совершенно непереносимый запах, но при этом вовсе не были загипнотизированы. Один за другим они открывали глаза и начинали обсуждать жуткие миазмы, источаемые их мехом. Сосед отшатывался от соседа, и воздух наполнил возмущенный ропот отвращения.

– Все ясно, – сказал Мадж, едва удерживая рвущийся наружу завтрак.

– Ежели и были какие сомнения насчет нашей участи, то теперь все подтвердилось.

Джон-Том продолжал играть до тех пор, пока не стало ясно, что желаемого результата он не добьется.

– Не понимаю. Я сыграл безупречно, и слова были подходящие.

– Должно быть, дело в твоем прозношении, приятель, а можа, это оттого, что вместо дуары у тебя суар. Ты пел о вечной отраде, а они теперь пребудут в вечном смраде.

– Придется попробовать еще разок.

Не успел он это сказать, как пара охотников направилась к нему, гневно потрясая своими усеченными мачете.

– Перестраховщик, скажи им, что все будет в порядке, скажи, что я допустил ошибку, но все исправлю. Скажи же, и побыстрей!

Енот перевел. Охотники заколебались, угрожающе поглядели на человека, но вернулись на свои места. Джон-Том снова запел. Запах усложнял дело, но выбора у него не было. Зеленое облако засветилось снова. Ни у кого из зрителей не осталось и тени сомнения, что перед ними волшебник; вот только само волшебство их не очень устраивало.

Джон-Том старался изо всех сил, сосредоточившись на дикции, отчетливо выговаривая каждый слог. Снова песня дала результат, но снова не совсем тот, к которому стремился певец.

– Потрясно, кореш, – провозгласил Мадж, глазея на крадунов. – Теперь они наши друзья навек!

Аромат не исчез. Но теперь племя не только распространяло запах похуже, чем заброшенная станция очистки фекальных вод. Вторая песня внесла в их внешность еще один корректив: все туземцы, независимо от роду-племени и пола, приобрели шокирующую розовую окраску.

– Ты не смог погрузить их в отрадные грезы, – прокомментировала Виджи, – зато сделал смрадными и розовыми:

– Ничего не понимаю, – пробормотал Джон-Том. – Обе песни звучали правильно.

– Лично я бы не пытался объяснять им это, парень. Нет, разозлить их еще больше тебе не грозит. Говори что хочешь, тока не ляпни, что не можешь превратить их обратно, а то они нас зажарят без масла и соли.

– Усек. – Джон-Том повернулся к еноту. – Скажи вождю, что волшебство с первого раза не всегда работает как надо. Я прошу прощения за неприятные результаты, но после отдыха все поправлю. Когда происходит подобное чудо, надо немного обождать, чтобы не сделать еще хуже.

Ни вождь, ни его советники явно ни в грош не ставили такое объяснение, но выбора у них не было – и они, и Джон-Том понимали это.

Мангуст выкрикнул приказ. Отряд разъяренных ярко раскрашенных и крайне пахучих охотников тут же погнал Джон-Тома с друзьями в конец деревни – прямиком в большую крепкую деревянную клетку. Она была подвешена на тросе из лиан к ветке высокого дерева. Пока их поднимали, пленники беспомощно перекатывались из стороны в сторону. Наконец клетка зависла футах в двадцати над землей. Поглядев вниз через решетчатое дно, они увидели туземцев, тыкавших в их сторону оружием и пальцами.

– Меня это не смущает, – заявил Мадж, – но я бы предпочел, чтоб они стояли подальше. Они жутко воняют, а уж выглядят еще того чище.

Виджи тут же зажала ему рот лапой.

– Только не смейся, милый, не смейся ни в коем случае. Не забывай: чтобы поправить дело, достаточно одного Джон-Тома, а остальных можно пустить в расход. Они этого еще не сообразили, так не давай им повода подумать об этом.

Он кивнул, и она убрала лапу.

– Надо было укусить тебя за пальцы, любка, но ты права. – Он присел на решетчатый пол клетки. – Ну что, чаропевец, как будем выпутываться на этот раз?

Джон-Том вжался в угол и погрузился в раздумья.

– Я-то думал, что как раз этим и занят. – Он уставился на суар, словно пытался одной силой желания пополнить его еще одним набором струн и более чуткими регуляторами. – Эх, был бы здесь Клотагорб!

– Чего-чего? Мы теряем уверенность в своих силах, а?

– Эй, дай роздых! По крайней мере, сейчас они не могут насадить нас на вертел. Может, волшебство получилось несколько нешаблонное, зато дало нам возможность отдышаться.

– Не самое удачное определение, Джон-Том.

Виджи обмотала нос изящным кружевным платочком.

– В толк не возьму, чего вы тут ноете! Я в, свое время нюхивал и похуже.

– Ничуть не сомневаюсь, – отмахнулась она, – судя по описанию притонов, из которых Джон-Том в свое время выволакивал тебя.

– Чего-чего?! – Мадж одарил своего долговязого друга уничтожающим взглядом. – Стоило мне отвернуться на минутку, как ты тут же чтой-то набрехал?

– Только правду.

– Правду?! – всплеснул лапами выдр. – Ты что, парень, совсем, что ли, сдурел, если говоришь правду дамам?

– В каком это смысле?! – вспыхнула Виджи, и у них с Маджем завязалась бурная перепалка – не такой уж плохой способ отвлечься от мыслей о нависшей угрозе.

Перестраховщик сел и занялся чисткой когтей. Джон-Том с завистью смотрел на друзей, умеющих вовремя расслабиться.