Все двадцать семь часов! - Наталья Косухина

— Два костюма ты мне оставишь, — стоял на своем Лагфорт, и мне пришлось уступить.

И вот настал момент, когда мой работодатель, господин Лагфорт, покинул гостиницу, чтобы отправиться на помощь своей больной матушке. Будем надеяться, что госпожа Лагфорт получила наше письмо вовремя.

В вечер отъезда крупного промышленника шел очень сильный дождь, было мокро и сыро. Хотелось поскорее подняться наверх, поближе к огню.

— Я буду с нетерпением ждать тебя, — сообщила я своему шефу, вкладывая в слова совсем другой смысл.

Через полчаса после своего отъезда Макс остановится около одного из поселений, и дальше в карете поедет совсем другой человек. А спустя час в гостиницу прибудет Мисси Маршал, пятиюродная сестра Лагфорта, вышедшая после окончания закрытой школы замуж за помещика из глухой деревни, про которую никто не слышал. Но муж неожиданно скончался, и она готова самоотверженно помогать брату. О ее приезде я уже всех предупредила.

— Я знаю, что ты будешь ждать меня, — ответил Макс, в этот момент, наверное, тоже краем глаза заметив наблюдающую за нами прислугу.

Обхватив меня за талию, Лагфорт, стоя под навесом, прижал меня к себе и, глядя на мою шокированную физиономию, хитро прищурился:

— Ты боишься меня, Таисия?

— Ты флиртуешь со мной, Макс? — приподняв бровь, спросила я в ответ.

— Ну что ты, — ответил Лагфорт и провел рукой, затянутой в кожаную перчатку, по моей щеке. — Лишь придаю убедительности нашей легенде.

— Ты, главное, не увлекайся и помни про наш контракт.

Лагфорт засмеялся и, уткнувшись мне в плечо, со смешком спросил:

— Целоваться для убедительности будем?

— Пожалуй, в этот раз можно обойтись. Все-таки мы вчера весь вечер ругались, — пробормотала я.

Шеф меня сильно нервировал.

Макс поднес мою руку к губам и поцеловал, глядя мне в глаза.

— Ты коварная женщина, Таисия.

Позер!

Я пожала плечами.

— Ты уже говорил.

Развернувшись, Лагфорт направился к карете, не оглядываясь, а слуги старательно отводили глаза, как будто мы сделали что-то неприличное.

Я же в который раз подивилась, какой мой шеф плут и насмешник. «Очень обаятельный плут и насмешник», — думала я, направляясь к себе в комнату.

Я сидела у камина и в тепле потягивала горячий шоколад, когда дверь комнаты отворилась и зашла фигура, спрятанная под плащом и черной вуалью.

— Дорогая подруга, сколько лет, сколько зим!.. — мелодичным басом проговорила эта нимфа.

— Дорогая, ты все еще в трауре? — окинула я Макса взглядом.

— Нет, но в дороге так важно защитить себя от нескромных взглядов посторонних мужчин.

Услышав такое, я обожгла язык горячим шоколадом и, отдышавшись, поторопила слуг, которые раскладывали вещи. Как только дверь за ними закрылась, я тут же подошла и заперла ее на ключ.

А Макс тут же сорвал с себя плащ и следом вуаль, оставшись в дорожном костюме.

— Что за гадость! Как вы вообще это носите? Ничего не видно, и постоянно эта сеточка лезет в рот.

— Не переживай, тебе ее больше не придется носить. Но завтра нам нужно встать пораньше. Я уже поела, и сегодня слуги нас не побеспокоят, но завтра…

— Не напоминай! Я до сих пор не могу понять, как я на это согласился.

— Ой, только вот не начинай опять!

За разговорами и планированием завтрашнего дня мы забыли о времени и спать легли поздно. И кажется, только я закрыла глаза, как прозвенел будильник. Встав и быстро приведя себя в порядок, я начала тормошить Лагфорта, который не хотел подниматься.

— Макс, последний раз говорю, вставай, пока модернизация твоего производства не накрылась медным тазом!

Как всегда, именно дела смотивировали шефа подняться и отправиться в ванную. Откуда ко мне вышел мужчина с красными от недосыпа глазами и щетиной.

— Макс, тебе нужно побриться.

Потрогав лицо, Лагфорт заметил:

— Да нормально, даже не сильно колется.

— Для господина Лагфорта нормально. Макс, у тебя видна щетина. Мисси не может появиться в обществе со щетиной на лице. Ты что!

Ворча, промышленник снова отправился в ванную, и, когда он вышел оттуда, я уже успела подобрать ему одежду.

— Что? Почему розовое?

— Потому что женщина из высшего света, приехав на новое место, должна показать себя. Таковы негласные правила.

— Мисси не из высшего общества.

— Еще скажи, что твоя сестра доярка с островов. Надевай давай.

— Но ты…

Тяжело вздохнув, я призвала на помощь все свое терпение:

— Макс, у нас с Мисси разное положение и репутация в обществе.

— У Мисси их вообще нет. Она не существует.

— Вот чтобы об этом никто не догадался, ты не должен выделяться. Я славлюсь в обществе своей экстравагантностью и привлекаю к себе тем самым постоянное внимание! — разозлилась я. — Сколько можно пререкаться?

— Тогда отвернись.

Вздохнув, я развернулась и подошла к окну, чтобы понаблюдать за проснувшимся городом.

— Ты сможешь надеть все в правильной последовательности?

За спиной раздался смешок:

— Я не один десяток лет раздевал женщин. Не перепутаю.

И действительно, несмотря на пару проклятий в адрес адовых завязок, которые не хотели завязываться, спустя пять минут, когда я развернулась к нему, Макс стоял в розовых чулках и черных панталонах.

— Все-таки цвет белья оказался неудачным решением, — сказала я, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, но, видимо, мне это не удавалось.

— Таисия, не смей смеяться или я тебя придушу! — прорычал шеф.

— Не кричи — услышат. Ты забыл, что тебя здесь нет?

— С тобой забудешь!

Тут мы оба одновременно взглянули на корсет.

— Может, не надо? — спросил Лагфорт.

— Надо, Макс, надо. Посмотри на свою грудь: она же ни в одно платье не влезет. Ее надо стянуть.

Взяв с кровати самый большой корсет, который мы только нашли в магазине, я подошла к шефу:

— Подними руки.

Обхватив грудную клетку корсетом, я поняла, что он чуть-чуть не сходится:

— Нет, так я тебя не стяну. Ложись на постель.

Мрачно посмотрев на меня, Макс попросил:

— Только помягче.

— На живот, — добавила я, осматривая корсет и проверяя на нем швы.

Усевшись сверху на работодателя после того, как он лег, я успокоила: