Обычная злая сказка - Александра Первухина

Жрица облегчённо рассмеялась над собственной глупостью: это надо же было придумать! Испугалась оттого, что ей приснился сон, вот ведь дурёха! Привыкла за последнее время, что вместо сна проваливается в какую-то чёрную яму, наполненную отзвуками мучающей тело боли, и теперь шарахается от обычных сновидений! Девушка прислушалась к себе и обречённо поморщилась: кое-что не изменилось даже во сне. Боль, не такая сильная, как наяву, всё равно продолжала сидеть у неё в груди колючим обжигающим клубком. От размышлений о несправедливости мира Снеару отвлёк странный стук и сердитые детские всхлипывания. Забыв, что всё происходящее всего лишь сон, девушка заспешила на звук, обеспокоенно размышляя, что могло случиться с ребёнком и не нужна ли ему помощь.

Ответ обнаружился за очередным поворотом тропинки, и девушка не могла сдержать улыбки при виде открывшейся её глазам картины. Девочка лет шести, одетая в порванную тунику и заляпанные грязью штаны, сосредоточенно рубила коротким кинжалом, в её руках выглядящим настоящим мечом, толстое дерево. Судя по зарубкам, этим нелёгким делом она занималась уже довольно долго и без особого успеха. В очередной раз ударив по твёрдому стволу, ребёнок бросил кинжал и сел на землю, сердито всхлипывая и вытирая грязную мордашку не менее грязным рукавом. Снеара тихо помянула про себя растяп-родителей, бросивших девочку одну, да ещё и позволивших ей играть с настоящим оружием, о которое малышка может легко пораниться, и осторожно окликнула:

– Эй, ты в порядке?

Ребёнок вздрогнул от звука её голоса, а потом совершенно неожиданно заявил:

– Ну где ты была так долго? Я не могу снять Пирса, Нала заколдовала его, и теперь он не идёт на мой зов и дерево не слушается.

Снеара недоумённо посмотрела на девочку, пытаясь понять, о чём она говорит, а потом перевела взгляд на ветки дерева, куда указывала маленькая ручка, и улыбнулась. Ситуация стала проясняться. В кроне застряла смешная тряпичная кукла, которую, видимо, и звали Пирсом. Девушка подошла ближе и, встав на цыпочки, попыталась достать игрушку, ставшую причиной слёз своей хозяйки. Со второй попытки ей это удалось, и Снеара осторожно присела рядом с девочкой, протягивая ей куклу:

– Держи. А как тебя зовут? – Девушка внимательно посмотрела на измазанную зарёванную мордашку. – И где ты живёшь?

– Лара, – ещё раз всхлипнула девчушка и решительно вцепилась в свою куклу. – А живу я в доме.

– Понятно. – Снеара улыбнулась, стараясь не напугать свою маленькую собеседницу. – Ты знаешь, где находится твой дом?

– Знаю, конечно! – Лара стремительно вскочила и, подхватив валяющийся рядом кинжал, привычно сунула его за пояс. – Пойдём покажу!

– Пойдём.

Девушка настороженно покосилась на острый клинок, волнуясь, не порежется ли ребёнок о столь неподходящую для него игрушку, но, убедившись, что лезвие находится в таком положении, что случайно напороться на него достаточно сложно, успокоилась. Между тем Лара уже решительно шагала по тропинке, прижимая к себе одной рукой куклу, а другой пытаясь стереть с лица грязь. Снеара заспешила следом, улыбаясь про себя взрослой уверенности маленькой девочки.

К дому они вышли быстро, и девушка остановилась, восхищённо разглядывая уютный двухэтажный особнячок, притаившийся в глубине сада. Если бы не явные признаки того, что за домом давно не ухаживают, этот коттедж выглядел бы совсем как в её мечтах о собственном доме. Девочка подбежала к слегка покосившейся двери и решительно толкнула её. С противным скрипом створка подалась внутрь, и Снеара приготовилась к встрече с нерадивыми родителями Лары, но на звук никто не появился. Озадаченно поглядев на давно не мытые окна, жрица осторожно поднялась вслед за ребёнком на крыльцо и оказалась в полутёмной прихожей. Ситуация становилась всё непонятнее.

– А где твои родители? С кем ты живёшь? – Вопросы вырвались непроизвольно, и Снеара прикусила язык, проклиная своё любопытство: глаза девочки снова наполнились слезами. – Прости, я не хотела тебя расстроить.

– Мои мама и папа ушли и ещё долго-долго не вернутся. – Лара сердито всхлипнула и вытерла рукавом нос. – Я с Налой живу, но мы с ней поссорились и не разговариваем. Она моя младшая сестра, но не слушается…

– Ясно.

Девушка тихо вздохнула, примерно понимая, что произошло. Наверняка с родителями детей случилось несчастье, и они оказались предоставлены сами себе. Оставалось только удивляться стечению обстоятельств, благодаря которым девочки какое-то время смогли прожить в полном одиночестве и при этом никак себе не навредили.

– Ты есть хочешь? В доме есть что-нибудь съестное?

– Не хочу, – сердито насупилась Лара. – Мне надоели сладости.

– А если не сладости, хочешь?

Снеара всегда обожала детей и легко вернулась к привычному тону общения с ними.

– Хочу, – немного подумав, выдала девочка и тут же подозрительно спросила: – А что это будет?

– Как насчёт яичницы и стакана молока?

Девушка не очень хорошо представляла себе, чем можно и нужно кормить таких маленьких детей, но помнила, как мать всегда по утрам готовила ей яичницу, и здраво рассудила, что если она от такой диеты не умерла, то и этот ребёнок, скорее всего, выживет. По крайней мере, это не сладости, которыми, судя по всему, девочка питалась последнее время. Малышка склонила голову к плечу, обдумывая её предложение, и решительно кивнула.

– Хорошо, тогда показывай, где здесь кухня.

Снеара взяла Лару за руку и только тогда осознала, что совершенно не представляет себе, какие запасы продовольствия остались в этом доме и есть ли они вообще. Но девушка не успела придумать, как ей выпутаться из создавшегося положения: ребёнок решительно потянул её вглубь прихожей. Осторожно шагая следом за девочкой, жрица внимательно глядела по сторонам, отмечая всё новые и новые следы запустения. Чувствовалось, что взрослых в этом доме нет уже давно, и это настораживало. Ещё скрипучая несмазанная дверь – и они оказались в просторной светлой кухне. Снеара потрясённо приподняла брови, разглядывая поразительный беспорядок, царящий в помещении. Она с невольным уважением покосилась на стоящую рядом с ней кроху, умудрившуюся пусть даже при помощи сестры привести комнату в такое состояние.

Лара ответила ей вопросительным взглядом и опять попыталась вытереть лицо грязным рукавом. Девушка аккуратно отвела её руку и внимательно оглядела кухню в поисках плиты: кроме приготовления нормальной еды явно следовало ещё и искупать обеих девочек, если, конечно, Нала не плод воображения оставшегося в полном одиночестве ребёнка.

– Где у вас хранятся продукты? И где вода?