Практическая антимагия - Степан Кайманов

И это говорил человек, на чьей тарелке высилась горка обглоданных рыбьих костей. Конечно, трудно спорить с настоящим поваром, но мне показалось, что рыба была восхитительна. Сочна и ароматна. Как выяснилось, так думал не только я.

– Не знаю, по-моему, она чудо как хороша, – не согласился Маркус перед тем, как отправить в рот еще один кусок морской совы. – Да, определенно хороша, – вновь подтвердил он.

Гидар почему-то нахмурился и бросил недобрый взгляд на всезнающего пекаря. Буверт и Дар уже наелись от пуза, поэтому с интересом следили за спором между агентом его величества и бывалым поваром.

– И салат недосолили, – Эрик продолжал разносить местных поваров, не замечая хмурого взгляда смотрителя. – У нас каждый знает: миндурские водоросли много соли требуют. Как рыба, – с умным видом поделился он.

Лицо Гидара помрачнело больше прежнего. То ли смотритель сам колдовал над блюдами, то ли кто-то из близких ему людей корпел над ними, но каждый упрек воспринимался им как личное оскорбление. Приперся, понимаешь, какой-то поваренок не пойми откуда, живот набил, и нет чтоб хозяев отблагодарить – хаять начал угощение. А они, может быть, над каждым блюдом не один час бились.

Теперь мрачное настроение смотрителя заметили и другие – все, кроме пекаря. Он продолжал опустошать стол и по-прежнему шумел, как пирующий отряд гномов. Эрик, похоже, не замечал, что уже трапезничает в одиночестве. Чему я, зная пекаря, нисколько не удивился: еда, ее оценка поглотили Эрика так, как коллекционера оружия поглощает вид редкого меча, за обладание которым не стыдно и последние штаны отдать.

Напряжение росло, и я решил несколько разрядить обстановку. Не хотелось бы, чтобы один из учеников проводил драгоценное время не с учителем, а в кровати под присмотром целителя.

– Гидар, я бы хотел посетить твою библиотеку. Тебя не затруднит…

Верное решение. Он даже не дал договорить. Какой книголюб откажется похвастаться своей великолепной коллекцией.

– С удовольствием. С огромным удовольствием! Жди меня у входа в библиотеку после обеда.

– Не стоит бес…

– Нет уж! Хочу показать тебе ее лично.

– Да и заплутать там немудрено, – рассмеялся Маркус. – У него как в лабиринте.

Представление тем временем продолжалось. Пухлые пекарские пальцы выловили из чаши самый большой плавник жирохвоста, подержали его над ней, дав густому бульону стечь, и понесли над столом. Конечно, недолгий полет плавника в пекарский рот был прослежен всеми, кто находился за столом. Особенно смотрителем. Он все еще надеялся снискать похвалу бывалого повара. Хотя бы за одно блюдо.

Не тут-то было! Отправив плавник жирохвоста в свой поистине бездонный желудок, Эрик состроил такую недовольную гримасу, будто плавник был не просто безвкусен, но и давненько протух. Дар и Буверт с любопытством ждали поварских пояснений. А мне по-настоящему стало жалко Гидара, и немного страшно за пекаря.

Успех моего маневра был временным. Смотритель раздулся от гнева – дальше некуда, и ожег ненавистного повара взглядом заклятого врага. Если бы не наблюдательный Маркус, решивший успокоить Гидара, лишь небожители знают, чем бы закончился пир для Эрика.

Агент оставался агентом даже за трапезой; он мягко опустил ладонь на смотрительскую руку, готовую взметнуться над столом под гневные возгласы. Эрик, храня недовольную гримасу, стер жир с губ и хотел было уже окончательно разгромить местных поваров, да упреки застряли в горле. На миг мне показалось, что он просто-напросто подавился. Рот-то открыл, а закрыть не смог. Так и уставился в конец зала.

Чем были плохи плавники жирохвоста, мы так не узнали. Стоило в зале появиться темноволосой красавице в длинном розовом платье и ярком фартуке, как Эрик и думать забыл о своем излюбленном занятии. Уж на что умом не богат, а понял-таки, чьи блюда он недавно разносил в пух и прах. Оттого, наверное, и покраснел, вызывая довольную ухмылку Буверта, который поднялся первым, приветствуя даму.

Следом встал Дар, за ним и мы с Маркусом. Сидеть остались смущенный и растерянный до ужаса Эрик и расцветший от вида поверженного врага Гидар.

– Позвольте представить вам мою дочь Клариссу, – сказал смотритель. – Это ей мы обязаны таким пре-крас-ным обедом, – пояснил он, добивая и без того раскисшего пекаря.

Буверту наконец-то удалось поднять прилипшего к стулу дотошного повара. Не в прямом смысле, конечно, – попробуй такого толстяка подыми, а несколькими легкими толчками в плечо. Мол, вставать надо, дубина, в присутствии дамы.

Мы, очарованные смотрительской дочерью, представились и сели за стол. Эрик, с трудом вымолвивший собственное имя, опустился на стул значительно позже других. Если так и дальше пойдет, повар скоро будет знать хорошие манеры не хуже любого дворянина.

К всеобщему удивлению, Кларисса подошла не к отцу, а к признанному целителю.

– Бульон для Пронта готов, – еле слышно сказала она, и Дар тотчас поднялся.

– Вынужден оставить вас, – поклонился целитель и быстрым шагом направился к дверям.

– Как там солдаты? – серьезно спросил смотритель.

– Накормлены, – ответила она, с едва зримой улыбкой разглядывая пекаря.

– А плавники великолепны, – вдруг произнес Эрик в тишине. – Это лучшие плавники, что я пробовал в жизни!

Краем глаза я заметил, что ухмылка сползла с лица Буверта. Удивительно: неужто он – молодой, полный сил дворянин, увидел соперника в рыжеволосом и дурно воспитанном толстячке?! Ни за что не поверю. Но красавица Кларисса и впрямь уделяла пекарю неприлично много внимания. Еще из-за нее дрязг между ними не хватало. И так словно из разных миров явились.

Дочь смотрителя поглядела в отцовские глаза, а затем стрельнула взглядом в сторону агента.

– Совсем забыл. – Гидар повернулся к агенту. – Маркус, ты обещал выделить нам в помощь кого-нибудь… Уж коли всех слуг из замка отослали.

– Я согласен! – воскликнул пекарь и тут же притих под хмурым взглядом агента.

– Эрик, ты здесь для другой цели, – уточнил Маркус грозно. – Солдаты подойдут?

– Конечно, – кивнул Гидар.

– Вот и хорошо. Будет чем их занять. Сейчас же распоряжусь.

Он поднялся и вместе с молодой поварихой, которую провожали три теплых мужских взгляда, направился к дверям.

Я вздрогнул: с глаз словно слетела какая-то пелена. До последнего момента именно она прятала от меня до боли знакомые черты смотрительской дочери. Не то она как-то тряхнула своими густыми черными волосами, не то как-то игриво обернулась напоследок, но только сейчас я заметил, как – невероятно сильно! – она походит на Марту. Как походит на… Лилю.

Неужели я стал их забывать?..

Нет, не может быть.

В библиотеке пахло магией. Древней и могущественной. Такой, какой сейчас днем с огнем не сыщешь за отсутствием ее носителей. Все больше неумехи попадаются, вроде лесного разбойника, метавшего огонь в нашу карету. На память приходит разве что Грум Зверь, чья сочная магия опьяняла не хуже пива из гномьей пивоварни.