Опасные небеса - Владимир Корн

Мои ребята вернулись на корабль все как один с довольными лицами. Они весело переговаривались между собой: мол, не было бы счастья, да несчастье помогло – не появись альвендиец и не устрой он за нами такую упорную погоню, мы бы никогда не оказались здесь и ничего бы не нашли. Каждый из них по очереди подходил к столу и выкладывал на него то, что ему удалось обнаружить в руинах. Что ж, сейчас начнется дележка, и мне, как капитану, положено четверть из всех этих найденных вещей. Причем выбирать я должен первым.

Я внимательно осмотрел все диковины Древних. Фонарей больше не оказалось, но и те два, что удалось найти, были большой удачей. Особняком лежал предмет, на который Родриг Брис поглядывал с явным вожделением.

«Не волнуйся, Род, он будет принадлежать тебе по праву. Думаю, даже мысли ни у кого не возникнет потребовать себе то, что очень тебе нужно и чем ты будешь пользоваться ежедневно».

С подобной вещью сталкиваться мне уже приходилось: на «Орегано» у корабельного боцмана была именно такая. Это инструмент, вернее, целое собрание инструментов, причем настолько разнообразных, что поневоле диву даешься, как Древние умудрились собрать их все в такой с виду неказистой железяке.

Если раскладывать ее особенным образом, то по очереди обнаруживаются пила, долото, тесло, сверло, нечто вроде топора, ножницы по металлу, угольник, лекало, рубанок, к слову изменяемый от плоского до нескольких профильных, наконец, рашпиль – и это еще далеко не все. И все это богатство не имело ни малейших следов ржавчины, не требовало правки или заточки, как не будет требовать их после многих лет использования. И что самое удивительное, весь этот набор инструментов поместился в предмете, ненамного превышающем размеры топорища для не самого большого топора.

– Держи Родриг, твое по праву, – придвинул я к нему это чудо.

– Спасибо, капитан! – произнес он с таким воодушевлением, что я даже подумал: «Ты еще слезу пусти от счастья. Пусть и чудесный, но все же инструмент, им работать надо. В самом деле, не ларец же, доверху заполненный златом и самоцветами, которые смогли бы обеспечить тебе безбедное существование до конца жизни».

Так, а вот это что? Да неужели? Блестящая, даже не покрывшаяся за прошедшие тысячелетия патиной штуковина, больше всего схожая с кофемолкой. Такая же небольшая ручка сбоку, те же формы, что и у нее, разве что один из торцов заканчивается раструбом. Удивительно, но если направить раструб в нужную сторону, а затем крутить ручку, то можно каким-то волшебным образом поместить в нее звуки. От лая собак или скрипа тележных колес, до пения под аккомпанемент цитры, скрипки, да что угодно. Стоит она очень дорого, находятся любители выложить за нее весьма крупные суммы.

– Эту вещь лучше продать, а вырученные деньги поделить, – глядя на всех, отодвинул я ее в сторону.

Следующим, что привлекло мое внимание, были несколько металлических кругляшей, формой и размерами весьма схожие с серебряными геллерами. Но это точно не деньги, хотя бы потому, что никому и никогда не попадались деньги Древних.

И все же это лучше чем деньги, потому что обычные с виду кругляши не менее чудесная вещь, чем другие диковины: достаточно поместить такой кругляш в кружку с пивом или бокал с вином, как через считаные мгновения их содержимое станет холодным. Именно холодным, не ледяным, брось их хоть несколько штук. Отличная находка, особенно в жарком климате Островов, где зачастую так хочется хлебнуть чего-нибудь холодненького.

Цветок. Выглядит как настоящий, как только что сорванный, и пахнет так, как и должен пахнуть, никакого подвоха. Мни его, ломай, скручивай, затем брось в огонь, подожди добрые полчаса, вынь из пламени, а он все будет прежний, даже не закоптится.

– Николь, это тебе, – протянул я его девушке. – Никто ничего не будет иметь против? – поинтересовался я, оглядев плотно обступившую стол команду «Небесного странника».

– Нет, капитан, все справедливо, – ответил за всех Родриг, по-прежнему не сводивший глаз с инструмента, но все еще не решавшийся взять его в руки, пока дележка не закончилась полностью.

Да и кто, собственно, будет на цветок претендовать? Разве что Мирра, единственная, помимо Николь, девушка на борту корабля, но у нее есть почти такой же, когда-то я сам его ей и подарил.

Следующим предметом, попавшим мне в руки, была обыкновенная трубка, длиной в мужскую ладонь. С виду она выглядела как единое целое, но ухватив и потянув в разные стороны, мне удалось сделать ее вдвое длиннее, причем вся она покрылась мельчайшими отверстиями.

Поднеся к носу, я почувствовал запах моря, мне даже крики чаек на миг почудились. В этом и есть ее секрет: испускать запах, причем настолько сильный, но в то же время ненавязчивый, что он может убить практически любую вонь. К тому же, запах можно менять, и для этого достаточно прокрутить. Внутри трубки раздастся едва слышный щелчок, и запах станет другим: ароматом цветущего лесного луга, фруктов, да всего, чего угодно, но всегда приятным. Хорошая вещь, и придется она к месту.

– Родриг, – снова обратился я к нашему боцману. – Подвесишь ее в кубрике, там она будет кстати.

– Сделаем, капитан, – ответил тот, наконец-то положивший ладонь на инструмент.

Не то чтобы в кубрике стоит вечная вонь, но помещение неважно проветривается – недоработка при строительстве корабля. Кроме того, через перегородку расположен трюм, из кубрика в него ведет дверь, а в самом трюме бывает все, что угодно… В общем, трубка там явно не помешает.

Я снова взял так похожий на монету кругляш. Затем присоединил к нему еще парочку – на столе их добрая дюжина: пусть эти три будут моей долей.

– С остальным разберетесь сами.

На столе оставалось несколько древних светильников – овальных полупрозрачных камней, испускающих мягкий голубоватый свет, с виду очень похожих на л’хассы, разве что меньше их чуть ли не вдвое, и еще немало предметов, чье предназначение было для меня непонятным. Но ничего, пусть новые владельцы сами разбираются с ними, и тем приятнее им будет открыть их секреты. А они иной раз бывают такими!.. Ну а мне все же стоит хорошенько отдохнуть перед тем, как мы попытаемся отсюда выбраться.

* * *

Убежище мы покинули через два дня, на третий. Для начала я подвел «Небесный странник» точно к провалу в своде. Провал, через который мы и рассчитывали выбраться наружу, оказался достаточно широк для того, чтобы «Небесный странник» сквозь него протиснулся. В «воронье гнездо», к тому времени отремонтированное Родригом, взобрался Аделард в кирасе и шлеме, держа наготове арбалет.

Далее мы осторожно подняли корабль вертикально вверх так, чтобы мачта высунулась из провала. Внимательно осмотрев все вокруг с помощью трубы, Лард стукнул по бочке кулаком – выше!

Поднялись выше, и снова осмотрели, теперь уже все вместе – и снова никого.