Забвение - Бекка Фицпатрик

Опять.

– Ты вызвал меня, чтобы показать это? – спросил Джев с тихим отвращением. – Ты хоть понимаешь, как я рискую каждый раз, когда встречаюсь с тобой? Не зови меня сюда просто поболтать. Не зови меня пожаловаться на свою горькую судьбу. И никогда не зови меня, чтобы похвастаться своими последними достижениями и победами.

– Терпение, парень. Я показал тебе архангела, потому что мне нужна твоя помощь. Очевидно, у нас обоих есть вопросы. – Хэнк многозначительно кивнул на клетку: – А у нее есть ответы.

– Любопытство умерло во мне довольно давно.

– Ну, хочешь ты этого или нет, но ты все еще жив. Я сделал все, что мог, чтобы заставить ее говорить, но птичка в клетке отказывается петь, прости за каламбур, – он высокомерно ухмыльнулся. – Заставь ее рассказать то, что мне нужно, и я отдам ее тебе. Не думаю, что нужно напоминать, сколько проблем доставили тебе архангелы. И если вдруг выпадает возможность им отомстить… вряд ли мне стоит продолжать.

– Как тебе удалось удержать ее в клетке? – холодно поинтересовался Джев.

Губы Хэнка изогнулись в торжествующей улыбке.

– Я отпилил ей крылья. Если я не вижу их, это не значит, что я не имею представления о том, где они находятся. Ты подкинул мне идею. До тебя я и представить себе не мог, что нефилим может лишить крыльев ангела.

Глаза Джева потемнели.

– Обычная пила не смогла бы спилить ей крылья.

– А я и не говорил, что пила была обычной.

– Что бы ты ни затевал, Хэнк, я искренне советую тебе завязать с этим. И быстро.

– Если бы ты знал, что я затеваю, ты бы умолял меня взять тебя в долю. Архангелы не будут править вечно. Есть силы, которые превосходят даже их могущество. Силы, которые ждут, чтобы их использовали, нужно только знать, где искать, – проговорил Хэнк загадочно.

Джев с презрением отвернулся, намереваясь уйти.

– Эй, парень! У нас договор! – крикнул Хэнк ему вслед.

– Да, но это в него не входило.

– Тогда, возможно, мы могли бы заключить новое соглашение. Ходят слухи, что ты так и не заставил никого из нефилимов произнести клятву верности. А до Хешвана остались считаные недели…

Слова словно повисли между ними в воздухе.

Джев остановился:

– Ты предлагаешь кого-то из своих людей?

– Ради общей пользы, – Хэнк развел руками и широко улыбнулся. – Ты сам сможешь выбрать. Разве от такого предложения можно отказаться?

– Интересно, что подумали бы твои люди, если бы узнали, что ты вот так запросто продаешь их для своей выгоды.

– Проглоти свою гордость. Пытаясь меня уколоть, ты все равно не сможешь сравнять счет. Позволь, я объясню тебе, почему я так много добился в этой жизни: я никогда не принимал ничего близко к сердцу. И ты не должен. Давай забудем о былых разногласиях между нами. Мы оба можем получить выгоду. Помоги мне, а я помогу тебе. Все очень просто.

Он сделал паузу, давая Джеву время на раздумье.

– Когда ты в прошлый раз отверг мое предложение, все кончилось катастрофой, – добавил Хэнк с нажимом.

– Я больше не хочу заключать с тобой никаких сделок, – ответил Джев мрачно. – Но я дам тебе совет. Отпусти ее. Архангелы заметят ее отсутствие. Возможно, похищения – это твой метод, но на этот раз ты слишком испытываешь судьбу. Мы оба знаем, чем это кончится. Архангелы не проигрывают.

– Увы и ах, но они таки проигрывают, – поправил его Хэнк. – Они проиграли, когда вы пали. Они проиграли, когда вы создали расу нефилимов. И они могут проиграть снова, и проиграют. Тем больше оснований начать действовать прямо сейчас. У нас есть одна из них, и это дает нам преимущество над ними. Мы вместе, ты и я, можем сорвать куш. Вместе, парень. Но нужно действовать прямо сейчас.

Я села у стены, подтянула колени к груди, закрыла глаза и откинула голову назад. Глубокий вдох. Мне же уже удавалось возвращаться из галлюцинаций в реальность, получится и сейчас. Смахнув со лба выступивший пот, я сосредоточилась на том, что делала непосредственно перед тем, как началось видение. Возвращайся к Джеву – реальному Джеву. Открой дверь в свое сознание. И пройди через нее.

– Я знаю про ожерелье.

При этих словах Хэнка я широко открыла глаза. Я уставилась на стоящих передо мной двух мужчин, а точнее – на Хэнка. Он знает про ожерелье? О том, которое разыскивает Марси? Это два разных ожерелья или речь идет об одном и том же предмете?

«Да нет же, – убеждала я себя. – Галлюцинациям верить нельзя. Это твое подсознание создает каждую деталь этой сцены. Сосредоточься на создании выхода…»

Джев вопросительно приподнял брови.

– Я предпочитаю не раскрывать свои источники информации, – бросил Хэнк сухо. – Но очевидно, единственное, чего мне сейчас не хватает, это ожерелье. Ты достаточно сообразителен, чтобы догадаться, что здесь начинается твоя роль. Помоги мне найти ожерелье архангелов. Сгодится любое.

– Так ты обратись к своему источнику, – ответил Джев просто, однако в голосе его послышалась насмешка.

Хэнк скрипнул зубами.

– Два нефилима. На твой выбор, – продолжал он торговаться. – Ты сможешь их менять…

Джев махнул рукой, не давая ему закончить:

– Моего ожерелья у меня нет, если ты об этом. Архангелы забрали его у меня, когда я пал.

– А мой источник утверждает, что все не так.

– Твой источник врет, – произнес Джев преувеличенно любезно.

– Но и второй мой источник подтверждает, что ты носил ожерелье этим летом.

Джев задумался на мгновение, глядя в пол. А потом недоверчиво покачал головой и рассмеялся, глядя на Хэнка.

– Нет. Не мог же ты… – он неожиданно перестал улыбаться. – Скажи мне, что ты не опустился до того, чтобы втянуть в это дерьмо свою родную дочь.

– Она видела серебряную цепочку у тебя на шее. В конце июня.

Джев окинул Хэнка презрительным взглядом:

– И как много она знает?

– Обо мне? Она учится. Я не в восторге от этого, но меня приперли к стенке. Помоги мне, и я больше не буду использовать ее.

– Ты решил, что мне есть дело до твоей дочери.

– До одной-то из них точно есть, – Хэнк сопроводил свои слова дьявольской усмешкой. – По крайней мере, было.

Желваки на скулах Джева заходили ходуном, а Хэнк засмеялся:

– Столько времени прошло, а костер все еще горит, а? Как жаль, что она даже не знает о твоем существовании. Кстати, о другой моей дочери. Я слышал, что она тоже носила твое ожерелье в июне. Оно у нее, так ведь? – он не спрашивал, скорее утверждал.

Джев выдержал его взгляд, даже не моргнув:

– У нее нет ожерелья.