Путь князя. Атака на будущее - Роман Злотников

– И нечего ржать!

Гаджет был возмущен до глубины души. Это ж надо было так подставиться! Ну, тетка, ну, сволочь...

В автобус они влезли самыми последними. Двери уже дернулись, собираясь окончательно закрыться, но в них еще протискивался какой-то старичок с авоськой, набитой стиральным порошком, и Рат легким движением, подобным тому, каким девушки раздвигают тюль на окнах по утрам, вернул их в прежнее положение. Так что Данька и Гаджет успели проскочить внутрь салона. В салоне было тесновато. Данька полез в карман за деньгами (последний полтинник, блин), но Гаджет вдруг сделал страшные глаза.

– Ты че, платить вздумал?

– Ну... да, а что?

– Ну, ты и лох, – снисходительно улыбнулся Гаджет.

– Почему? – поинтересовался Рат.

– Смотри – салон полный. Пока кондуктор до нас доползет, мы уже доедем до нужной остановки. Так что стойте спокойно и не дергайтесь.

Рат усмехнулся.

– А если дойдет?

– А на тот случай у меня во, – и Гаджет гордо продемонстрировал тысячную купюру.

– И что?

– А то, что у этих бабок никогда столько сдачи не бывает.

– То есть, – с некоторым сомнением в голосе начал Рат, – ты не платишь потому, что считаешь себя хитрее людей, которые работают в автобусе? И ты можешь их, как сейчас говорится, кинуть, причем безнаказанно. Я правильно понял?

– Ну... да, – несколько озадаченно ответил Гаджет.

Видимо, для себя он пока ничего такого не формулировал. Просто придумал или где-то узнал, как можно пользоваться транспортом, не оплачивая проезд, и радостно начал это делать. Не заморачиваясь, как говорится.

– Понятно, – кивнул Рат и после короткой паузы спросил: – А зачем?

– Что?

– Зачем тебе кидать этих людей?

– Да никого я не кидаю, – рассердился Гаджет, – я просто... ну, экономлю. Ты че, думаешь, они своего не наварят? Да они тут такие бабки с нас снимают – мама не горюй!

– С тебя тоже? – уточнил Рат.

– С меня – нет. Потому что я не лох. И кому попало ездить на себе не позволю.

– Знаешь, – помолчав, задумчиво произнес Рат, – я ведь спрашивал тебя не о них. О тебе самом. Зачем делать вещи, которые тебя явно... поганят, для того чтобы сэкономить сущие гроши.

– Да кто ты такой, чтобы меня учить? – нервно возвысил голос Гаджет. – Учат тут всякие! Зла уже не хватает. Тоже мне – пога-анят. Ты мне еще про карму напой, которая портится. Кришнаит хренов.

– Про карму не буду, – серьезно ответил Рат, – а вот про душу напомню. Она ведь так и гибнет, по шажку, по капельке. Там – не лох, потому что другого кинул, тут опять не лох, потому что чужого урвал. И получается, что вместо человека выросло нечто непонятное, под названием «нелох», тип хордовый, вид позвоночный, отряд приматов. Тебе это надо?

– Ах-ох, как мы заговорили, – зло зарычал Гаджет, – душа... боженька, а Бога нет, понял? И не было никогда. Сказки все это. Опиум для народа.

Рат вздохнул, поднял голову, бросил взгляд через окно вверх, в небо, потом достал из кармана купюру и, тронув за плечо стоящего рядом мужчину, попросил:

– Передайте, пожалуйста, на два билета, – а затем повернулся к Гаджету и несколько печально сказал: – Прости, но я должен открыть тебе страшную тайну. Бог – есть. И, к твоему величайшему сожалению, он, как говорится, шельму метит. В чем ты вскоре и убедишься.

После чего принял от мужика сдачу, билеты, протянул один Даньке и, сделав шаг назад, спокойно уселся на как по заказу освободившееся место. Данька даже удивился – как он смог увидеть, что место освободилось. Спиной же стоял...

– Молодой человек, проезд оплачивать будем?

– А? – Гаджет обернулся. Сразу за его спиной стояла тетка-кондуктор и строго смотрела на него.

– Да, конечно, – Гаджет бросил на Рата насмешливый взгляд и с видом победителя протянул тетке тысячную купюру.

Тетка посмотрела на купюру, потом на Гаджета, потом снова на купюру.

– А помельче ничего не найдется?

– Нет, – уверенно покачал головой Гаджет, – только это.

– Точно не найдется? – снова переспросила тетка.

– Точно.

– Ну, тогда готовьте карманы, – спокойно констатировала кондуктор и, выдернув из рук Гаджета купюру, убрала ее в дальний отсек сумки. После чего передвинула сумку на бок и вытащила из-за спины точно такую же, только намного более раздутую. Раскрыв ее, она начала извлекать оттуда пригоршни металлических пятерок и рублей и, подмигнув Гаджету, произнесла:

– Ты что же, милок, думаешь, один во всей Москве такой умный? Если я всем буду прощать, так на что жить-то? Так что не обижайся, парень, я тебе сдачу мелочью отсчитаю. Чтоб больше неповадно было. Или, – она хитро прищурилась, – может, простишь сдачу-то?..

* * *

До турбазы они добрались где-то к полудню. Сюда, в эту глухомань, они приехали для того, чтобы выполнить поручение Барабанщицы – как следует спрятать листок. Прятать его в квартире смысла не было. Если их там застукают, найти листок – только дело времени. Особенно для профессионалов. А Данька не сомневался, что те, кто пытается его разыскать, – крутые профессионалы. Ну, конечно, не такие, как Рат, но все-таки... Держать листок на квартирах у ребят – это подвергать опасности их семьи. В общагу Даньке ходу нет, да и вообще в университете лучше не показываться. Так что получался полный тупик.

И тут Гаджет вспомнил о старой турбазе на Истринском водохранилище. Турбаза работала только летом, так что сейчас там должно было быть пусто и голо. А мест, где можно было спрятать столь маленькую вещь, – предостаточно. Ну хотя бы до лета. К тому времени все непременно разрулится. Так или иначе...