Не проклинайте мужа Светом - Александра Лисина

Вернувшись обратно, первым делом присела рядом с тяжело дышащим инкубом и, положив ему ладонь на затылок, осторожно погладила. Мессир настороженно замер, так и не выпустив изо рта изжеванную простыню, но потом устало прикрыл веки и задышал чуточку ровнее.

— Сейчас станет легче, — пообещала я, бережно и аккуратно массируя ему каменную шею. — Извини, я не знала, что это так больно. Сейчас все исправим. Все наладим… будешь у меня как новенький…

Служанка управилась на удивление быстро и, робко постучав в дверь, всунула мне в руки приглушенно звякнувший мешочек. Порывшись среди склянок, бережно завернутых в тряпочки, я мысленно поблагодарила госпожу Ольдман с ее предвидением, уверенно открыла одну баночку, набрала в ладонь полупрозрачную субстанцию с приятным травяным запахом и, повернувшись к постели, на всякий случай предупредила:

— Терпи.

Но ответа не дождалась, после чего вздохнула и начала осторожно размазывать обезболивающую мазь по мужской спине.

Надо сказать, инкуб меня удивил — больше не рыкнул ни разу, хотя от боли его порой самым настоящим образом перекореживало. Я не останавливалась. Но и не спешила, терпеливо втирая мазь до тех пор, пока она не впиталась полностью. Затем взяла следующую склянку и, намазывая уже второй слой, позволила себе легкие массирующие движения. И во второй раз прошлась от шеи до самых пяток, не оставляя без внимания ни один, даже самый крохотный участок.

Не всегда Мессир готов был безропотно это терпеть, когда я дошла до ягодиц, он заметно напрягся. Даже со скрипом повернул голову, отыскивая меня взглядом, но не преуспел — я сидела в это время у него в ногах и сосредоточенно обрабатывала самые интимные участки его бедер.

Мало-помалу он успокоился и снова закрыл глаза, дыша уже не так тяжело, как раньше. А когда снадобье наконец заработало в полную силу и Мессир устало обмяк, я мысленно поблагодарила ведьму еще раз — мази она выбрала самые сильные. Видать, и впрямь готовилась к встрече, раз отдала служанке заранее собранный мешок.

Вторая заминка у нас случилась, когда я попросила Мессира перевернуться на спину, чтобы обработать остальные части его немаленького тела. От моей просьбы он заметно поморщился, заворчал, но получил звонкий шлепок по ягодицам и с грозным рыком, от которого задрожали стены, перевернулся.

Толкнуть его в плечо и опрокинуть навзничь было уже нетрудно — руки-то я ему в порядок еще не привела, вот и не дотянулся. А уж избавить от обрывков одежды и, прикрыв срам куском рукава, обмазать с ног до головы оказалось и того проще. Благо инкуб не сопротивлялся. Только следил прищуренными глазами, время от времени выразительно сжимал кулаки и, чувствуя, что пальцы по-прежнему слушаются плохо, недовольно сопел.

— Как я пойду обратно, ты не задумывалась? — наконец соизволил он подать голос, когда я сноровисто обрабатывала его живот.

— Нет, — равнодушно откликнулась я. — Нам, женщинам, лишний раз думать не положено.

— А одежду для меня ты хотя бы догадалась заказать?

— Я тебе не служанка и не жена, поэтому заботиться о твоем благополучии не обязана.

— А если бы была женой? — задал коварный вопрос инкуб.

Я на мгновение остановилась, одарив его задумчивым взглядом.

— Тогда ты бы сам решал, что и кому я должна.

— И ты бы покорилась?

— А ты бы дал мне выбор?

Мессир нахмурился. После чего зачем-то поменял облик и снова посмотрел на меня черными глазами мужа.

— А разве он его тебе предлагал?

Я хмыкнула и снова взялась за массаж.

— Его все устраивало. Мое тело, голос, запах, повадки… Но для суккубы, поверь, это не самый плохой вариант.

— Тогда почему ты не с ним? — снова нахмурился инкуб и чуть повернулся, чтобы мне было удобнее добраться до его бедра.

Я сдула с лица упавшую прядку.

— А почему ты сейчас сменил облик?

— Не могу долго ходить в одном и том же.

— Чужой образ давит? — понимающе усмехнулась я. — Хочется выбраться из старой кожи, развернуть плечи и вдохнуть глоток свежего воздуха? А ты попробуй представить, что этой способности тебя лишили. Зуд никуда не делся, в груди уже тесно, дышать нечем, от желания что-либо поменять хочется выть и кидаться на стены, но ты не можешь. Ты заперт в клетке чужих желаний и при этом знаешь, что уже никогда и ничего в себе не изменишь. Всего лишь потому, что какая-то поганая магия заставляет приносить себя в жертву ради чьего-то недолговечного удовольствия.

— Но суккубы принимают постоянный облик лишь однажды…

— Вообще-то нет, — снова усмехнулась я, отодвигаясь и берясь за мускулистую голень. — Замужество нас ограничивает, но при определенных обстоятельствах смена внешности возможна. Даже если супруг будет возражать.

— Ты уверена, что будет?

Я пожала плечами.

— Демоны эгоистичны. Каждый желает заполучить совершенство лишь для себя одного. Зачем ему жена, которая от него не зависит? Имея полную гарантию, что она — его и только его собственность, ему не надо беспокоиться, что кто-то более успешный ее уведет. Абсолютная верность. Абсолютная власть и безупречный контроль над ситуацией. Была бы у тебя возможность, какой бы путь ты избрал?

Мессир усмехнулся.

— Я же демон.

— Тогда не задавай глупых вопросов и давай сюда вторую ногу.

Какое-то время я работала молча, сосредоточенно отдаваясь важному делу. Мессир, прикрыв глаза, о чем-то размышлял, послушно то поднимая, то поворачивая ногу, когда это требовалось. Ближе к рассвету, когда я взялась за его руки, он уже мог нормально сидеть, а когда начала разминать подушечки пальцев, неожиданно раздул ноздри и как-то странно выдохнул.

— Что? — не поняла я, когда пальцы в моей ладони сперва дернулись, а потом подозрительно обмякли. — Тебе опять больно?

Он посмотрел на меня долгим, полным непонятного сомнения взором.

— Нет.

— О, тогда, значит… нравится? — догадалась наконец я, на что инкуб недовольно заворчал и отвернулся. — Ну и зря. Своих желаний не надо стесняться. Иногда крохотная просьба решает огромное количество ненужных проблем.

— Где ты этому научилась? — хмуро спросил он, отнимая руку и поворачиваясь ко мне другим боком.

— Обязательная программа воспитания. Суккуба должна уметь доставить мужчине удовольствие. И не только с помощью плотских утех.

— А для тебя кто-нибудь такое раньше делал?

— Да. Только для этого меня понадобилось сперва приковать к ложу и вставить в рот кляп. — Я подняла спокойный взгляд. — Хочешь еще что-нибудь спросить о моем прошлом?

Мессир недовольно сузил глаза.

— Хочу получить ответ на вопрос, но не уверен, что ты ответишь.