К чему приводят девицу... Дивные сны - Анна Рассохина

Прижала ношу к груди — отдавать без боя красный ольшаник я не собиралась, ведь знала, как он важен и полезен.

Затем глаза дуайгара зловеще сузились, и он угрожающим тоном сообщил:

— У вас есть кое-что другое, что принадлежит мне!

Я сглотнула, кузины попятились, все поняли, что в этот момент демон уже не шутит, он всерьез угрожает нам! И это было очень страшно! Хвост перворожденного вновь стал нервно хлестать по его сапогам.

— Я жду ответа, шерры!

— Вам мха жалко? — пискнула рыжая.

Дуайгар подскочил к нам и зло высказал:

— Я не об этом говорю! Мне нужна моя… лично моя вещь! И она находится у вас. Я чувствую! Отдайте!

Лисса вздрогнула, а я поняла, чего он от нас требует. Знак! Я совсем о нем забыла! С досадой прикусила губу. Мой жест не остался незамеченным. Глаза демона из сиреневых превратились в черные, полностью черные провалы без радужки и зрачков. Казалось, на меня смотрит сама тьма.

— Отдай! — прошипел он.

Лиссандра мелко задрожала, Йену я не видела, но понимала, что и она тоже испугана. Сама я тряслась как осиновый лист, от ужаса позабыв все слова. Вдруг мне припомнилась фраза Олии о том, что никогда не надо сдаваться, всегда нужно бороться до последнего. Я судорожно сглотнула и прохрипела:

— Если я отдам вам знак, вы нас отпустите? И мох не заберете?

Обе кузины повернулись в мою сторону. На их лицах большими буквами можно было прочесть все то, что они думают о состоянии моего рассудка! А мне уже припомнился и поцелуй эльфа, и многообещающий прощальный взгляд ожившего дракона, и я рассудила, что терять уже нечего!

Дерзко взглянула прямо в пугающие глаза дуайгара. Прикусила губу, но не отвернулась, а лишь выше вздернула подбородок. Под конец мужчина медленно проговорил:

— Их я отпущу, но ты останешься!

Пришлось соглашаться, но сестрички у меня были не промах, и они просто так сдаваться не собирались!

— Погодите! — Вперед вышла Лисса, а поскольку Йена все еще держала ее за руку, то они обе закрыли меня собой.

— Что ты себе позволяешь, хвостатый?! — возмущенно спросила рыжая. — К твоему сведению, я потомственная боевая ведьма, и такие, как я, никогда своих не бросают, а таких, как ты, мои предшественники изрядно потрепали во время войны! Хочешь рискнуть?

Дуайгар замер, затем моргнул и посмотрел на Йену.

— Ты тоже ведьма?

— Я сестра ведьмы! И никого из своих родственниц тебе не отдам! — дрожащим голосом заявила наша иллюзионистка.

Демон оторопел. Я встала рядом с кузинами. Все ожидали реакции перворожденного. Дождались, когда его глаза вновь посветлели.

— Точно, эти шерры из мир Лоо’Эльтариусов, — пришел к выводу перворожденный.

Заметив, что дуайгар успокоился, я тихо полюбопытствовала:

— Вы нас отпустите, если я верну вам медальон?

Он преувеличенно тяжко вздохнул:

— Они еще и торгуются!

Я пожала плечами:

— Что в этом особенного? Нам нужно уйти отсюда, желательно вместе с ольшаником, а вам нужен знак. Раз вы сразу нас не убили, то почему бы нам не договориться?

— А почему бы мне не убить вас в этот самый миг? — раздраженно поинтересовался демон.

— Так не тяните! — в тон ему ответила рыжая. — Если собираетесь нас убить, то поспешите, а если надумаете отпустить, то отпускайте, мы и так уже на обед опоздали. Меня матушка вызывает! Что мне ей отвечать?

Мы с Йеной дружно схватились за кулоны.

— Стоять! — рявкнул демон.

Мы вздрогнули. Перворожденный с раздражением провел рукой по белым волосам и воззрился на нас сиреневыми глазами. Это было совсем не страшно, скорее завораживающе, таинственно и необычно! Пришлось ждать его решения. Дуайгар нарочито медленно размышлял вслух:

— Договориться? Почему бы и нет?! Но что я получу взамен? Девчонок я отпущу, еще и подарю им редкий ольшаник, а с чем останусь я?

— Вы получите свой значок, — с лучезарной улыбкой подсказала я, — а он, между прочим, сделан из необыкновенного красного золота.

— Да что это за знак такой? — возопили кузины.

— Ты что, его продать собиралась, глупая девчонка? — одновременно с ними возмутился перворожденный.

Повернулась к сестрам и быстро сказала:

— Я этот медальон в заброшенной веси нашла в тот день, когда мы с матушкой выползня ловили, а вы, господин демон, не волнуйтесь, это вредно для здоровья! — и выразительно поглядела на него.

Мужчина молча воззрился на меня, видимо окончательно перестав понимать происходящее. Но такое его состояние длилось недолго. Дуайгар пришел в себя и подозрительно осведомился:

— Мой знак все это время находился в Демоновых куличках?

— Я откуда знаю? Я нашла его там в начале этой седмицы, а где медальон хранился до того, не ведаю!

— Странно… я почувствовал его совсем недавно…

— Я его из земли выкопала, вот, наверно, в тот момент вы его и почувствовали.

— Конечно! Значит, мерзкие людишки его закопали! — догадался мой собеседник.

— Почему вы обзываетесь? — возмутилась Лисса. — Вас не учили хотя бы простым правилам поведения, господин демон?

Он выразительно поморщился, чуток поразмыслил, а затем просиял:

— Учили!

Мы попятились, уж слишком подозрительной выглядела его широкая ухмылка.

— Шерры, вы чего? Неужели испугались? Так поздно уже этим заниматься!

— Кто вас знает, господин демон, с чего это вы вдруг развеселились? — с иронией заметила рыжая.

Дуайгар хмыкнул:

— Вы вроде говорили, что на обед опаздываете?

Мы с кузинами настороженно переглянулись.

— На обед к вам мы не пойдем, — поспешно заявила я.

— А я и не приглашаю, — с готовностью поведал демон.

— Ну никаких знаний правил, — преувеличенно тяжело вздохнула Лисса.

— О каких правилах вы говорите?

— О самых обычных правилах поведения с девицами, — пояснила Лиссандра. Похоже, что игра, предложенная перворожденным, увлекла кузину. А то, что демон играет с нами, было понятно даже мне!

— О правилах поведения? Это каких? Напомните. — Дуайгар сделал вид, что задумался.

— Хотя бы представьтесь, господин демон.

— Ксимерлион! — Он даже слегка поклонился.

— Просто Ксимерлион? — удивилась рыжая.

Мужчина нарочито небрежно пожал плечами и отозвался:

— Просто Ксимерлион, а для друзей Ксимер…