Молли Блэкуотер. Сталь, пар и магия - Ник Перумов

— Они замечательно смотрятся, — с искренним восторгом отозвалась Молли, и мистер Питтвик немедля расцвёл:

— Да, мисс Блэкуотер, мисс Таньша хороша, не правда ли? Легко сделается первой красавицей Норд-Йорка, стоит ей только захотеть…

Он прав, подумала Молли, глядя на зардевшуюся Таньшу. Она и впрямь потрясающе красива. Большие глаза, брови мягким изгибом, ровные розоватые щёки, не нуждающиеся в румянах… И грация. Грация зверя, не человека.

Что они наделали, вдруг в ужасе подумала Молли. Они хотели сделать Таньшу незаметной, одной из множества девчонок на балу, а сделали… сделали его королевой! Да вокруг неё сейчас завертится такое, такое…

— Молли! Быстро говори! Что с тобой?! Что тут было? Что за письма?! — шёпотом зачастила Таньша, пока они шагали длинным и узким коридором следом за их провожатым.

— Да-да, говорите, только быстро! — кинул через плечо Питтвик. — Говорите, я пойду вперёд, уведу Спенсера, он не должен вас видеть вместе… Мисс Таньша, чувствуете его?

— Да. — Волка приостановилась, закрыла глаза свободной ладонью. — От двери… вправо. Потом… влево, прямо, снова влево…

— Большая курительная, — мигом выпалил мистер Питтвик. — Превосходно, мисс Таньша! Я пошёл. Дайте мне пять минут… ровно через пять минут выходите, под руку, как подруги, беседуйте, только быстро! Потом расходитесь, как завидите меня. Я выведу мисс Таньшу. Всё понятно?

…Они осторожно выскользнули в общую залу. И вовремя — папа, стоя с военными в начале анфилады, уже начал озираться. Кто-то из офицеров успокаивающе хлопнул доктора Блэкуотера по плечу, указывая на Молли; та помахала папе рукой, мол, всё в порядке. Таньша улыбнулась, сделала книксен, причём получилось это у неё лучше, чем у самой миссис О’Лири, преподавательницы хороших манер и танца в гимназии Молли.

Молли едва не зафыркала от смеха самым неприличным образом, увидав, как раскрываются рты и поднимаются брови у господ военных при виде Таньши. Но это всё-таки был бал «отцов и дочерей», и правила (как только теперь сообразила Молли) защищали Таньшу, каким бы именем ей тут ни вздумалось назваться…

И Молли стремительным, захлёбывающимся шёпотом, пытаясь, чтобы на лице оставалась самая что ни на есть приятная и ни к чему не обязывающая улыбка (эх, как же она хорошо получалась, скажем, у мамы! Вот где пригодились бы уроки, а она, Молли, не слушала…), торопливо рассказывала Таньше, что случилось. Как её захватил Особый Департамент. Что ей пришлось измыслить, спасаясь. О том, что ей поверили, особенно после того, как записки стали исчезать из тайника. И что записки, конечно же, ловушка. Что возглавляет всё это дело лорд Спенсер, которого она чувствовала ещё по дороге за перевал. Что у неё исчезала магия, а потом вновь вернулась, когда надо было защищать братца. Что у него, у маленького Билли, похоже, тоже есть дар и он начинает пробуждаться, оловянные солдатики двигаются сами собой.

И что так и не вернулась Ди.

Таньша молча слушала, склонив голову.

— Они отпустили тебя? Поверили в то, что ты шпионишь?

Молли кивнула, продолжая улыбаться самым светским образом. Или, вернее, надеясь, что улыбается самым светским образом.

— Как видишь. Поэтому я пишу вам эти записки, где есть кое-какая правда, но в основном…

— Это мы поняли, — перебила Таньша. — Не бойся, мы по-прежнему будем их забирать, твои письма. Но всё равно, Молли, sestrichka! Тебе надо бежать. Вместе с братом. Долго эта игра продолжаться не может. Надо уходить. К нам, за перевал, обратно. Понимаешь?

Молли понимала. Конечно, мама и папа… но они поймут, если не согласятся уйти с ними — поймут, конечно же…

— Сейчас самое удобное время, — шипела Таньша в самое ухо. — Тебе поверили, тебя отпустили. Твоя семья свободна. Когда ты исчезнешь… Тебе здесь нет места, Молли! Возвращайся! Возвращайся домой!

Домой? Но её дом здесь, в Норд-Йорке…

Здесь? В Норд-Йорке, где тебе каждый миг грозит гибель? Где Особый Департамент ходит за тобой по пятам? А вернувшаяся магия грозит, мягко говоря, печальной участью? Что тебе тут делать? Забирай братца, садись верхом на медвежью спину — и обратно, за перевал! К госпоже Старшей. Которая, конечно же, успела поправиться, не могла не поправиться! Туда, на её двор, к чёрному Vasiliju и его сотоварищу Polkanu, где в неведомых тёплых тоннелях под горами растут себе молодые кракены, набираясь сил, чтобы выбраться в океан…

Там на серебряном подносе живёт и почти что не тужит голова бравого генерал-майора лорда Вильяма, презабавно заботящегося, помимо всего прочего, о красе собственных усов, что продолжают себе расти, несмотря ни на что.

Там кроются великие тайны магии, там начинается дорога к берегам неведомых земель — и разве не это её настоящий дом? Дом, где лежит её предназначение, её судьба?.. Разве не права Таньша?..

Нет.

Дом Молли Блэкуотер — здесь, в Норд-Йорке. И он нуждается в генеральной уборке. Если она убежит отсюда — то кто останется наводить порядок?

Но братик!.. Что она станет делать с ним?..

— Мы специально решили, что я должна сама пойти, с тобой поговорить! Письмом не обойтись, самой говорить надо, на такое дело кошку не пошлёшь!..

— Так Ди у вас? — обрадовалась Молли, ощущая, как с плеч сваливается гора.

— Да, да, у нас! Всё с Ди твоей в порядке, она с нами. Ну ты, наверное, уже и сама догадалась.

— Не, — помотала головой Молли. — Боялась, что она потерялась, пропала… И ко мне не вернулась почему-то…

— Ди-то? — фыркнула Таньша. — Она нигде не пропадёт. Очень умная у тебя кошка. И к тебе вернётся, дай только срок. А сейчас она там, где нужнее. Но не про Диану твою речь сейчас, sestra дорогая! А про то, что тебе бежать надо. С братом твоим.

— Мама… — начала было Молли, но Волка резко оборвала её.

— Ты своей маме живой нужна и на свободе. Не волнуйся, если даже их куда в ссылку отправят — мы найдём! Ярина… она далеко пробиралась, на самый юг, и я тоже сумею, если потребуется! Только тебе надо сейчас убраться отсюда, спастись!..

Таньша умоляюще стиснула руки. На них оглядывались — всё более и более пристально. Время стремительно истекало.

— Потом, Таньша, потом! — прошипела Молли. — Как я свяжусь с тобой?

— Мы тебя найдём, — посулила Волка, резко отпуская руку Молли; к ним быстрым шагом уже направлялся мистер Питтвик.

«А он не трус, далеко не трус, — растерянно подумала Молли, глядя, как Таньша исчезает в проходе, куда следом за ней решительно направился и толстяк. — Дал мне себя увидеть. Представился. Назвал своё имя. Он рискует, очень рискует. Что, если меня схватят? Начнут пытать?.. — Она зябко поёжилась. — Значит, я не имею права попасться. Ни за что. Второй раз им меня не поймать!»

— Молли! — наконец налетел на неё папа. — Куда ты делась?

— Да никуда, папочка. Всё время тут была. Знакомую вот встретила, — как можно более небрежно уронила Молли.